совершить поступок, едва не стоивший ему жизни, лишивший Наполеона империи, а Францию – ее величия.
Вечером 3 марта Бюлов и Винцингероде соединились на Эне, и днем 4-го Блюхер нашел открытыми ворота, которые должны были быть заперты, и подкрепление, которое довело его армию до ста тысяч человек. Он был в мгновение ока спасен от последствий собственных ошибок и от ужасной участи, какую готовил ему Наполеон.
Узнав, что Суассон открыл ворота, Наполеон был охвачен глубокой тревогой, ибо опасность, оставив Блюхера, внезапно нависла над ним. Ведь Блюхер получил в свое распоряжение 100 тысяч человек, а Эна, которая должна была послужить его гибели, стала его щитом. Нам же оставалось либо переходить через Эну с 50 тысячами на глазах 100 тысяч, что было бы величайшей дерзостью, либо удаляться от реки и возвращаться к Сене, да еще с непонятной целью, ибо невозможно было предстать перед Богемской армией, не разбив предварительно Силезскую.
Между тем Наполеон знал истину только отчасти, ибо ему еще не было известно, что Блюхер приобрел над ним двойное численное превосходство. Наполеон не отказался от преследования, ибо невозможно было возвращаться к Шварценбергу, не разбив Блюхера. Идти за Блюхером за Эну нужно было любой ценой, и идти немедленно, прежде чем неприятель уничтожит переправы через реку. И Наполеон, тотчас после получения сокрушительной новости утром 5 марта, отдал соответствующие приказы.
Ночью он отправил в Реймс генерала Корбино, дабы завладеть важной коммуникацией с Арденнами и захватить всех отставших солдат Винцингероде. Желая обеспечить переход через Эну, Наполеон направил Нансути с кавалерией гвардии к каменному мосту в Берри-о-Баке, по которому проходила большая дорога из Реймса в Лаон. Он также распорядился отправить кавалерийское подразделение в Мези на левом фланге для переброски моста на козлах, а Мортье предписал безотлагательно отправляться в Брен, чтобы подготовить другие средства переправы в Понт-Арси. Наполеон хотел располагать тремя мостами через Эну, дабы не пришлось дебушировать на виду у Блюхера по одному мосту, что могло сделать операцию невозможной. Зная из опыта, насколько бывают беспечны командующие, Наполеон не терял надежды найти Эну почти не охраняемой и осуществить переправу без единого выстрела.
Так и вышло. На правом фланге Корбино вступил в Реймс, захватив две тысячи человек Винцингероде и множество обозов, а Нансути с кавалерией гвардии и поляками генерала Пака столкнулся перед мостом в Берри-о-Баке с казаками Винцингероде, атаковал их, опрокинул и захватил мост, сломив сопротивление охранявшей его немногочисленной легкой пехоты. Столь быстрый захват каменного моста позволял обойтись без переправ в других пунктах, ибо основная часть неприятельских сил находилась в некотором отдалении. В ночь на 6 марта и днем 6-го Наполеон поспешил провести свои войска через Берри-о-Бак, дабы закрепиться на правом берегу реки, прежде чем Блюхер успеет помешать развертыванию его сил.
После перехода через Эну в Берри-о-Баке справа от дороги открываются волнистые широкие равнины, а слева появляются Краонские высоты; затем дорога проходит меж лесистых холмов и через Фестьё спускается на сырую равнину, среди которой возвышается город Лаон, построенный на отдельно стоящей скале и окруженный высокими древними стенами. Краонские высоты представляют собой оконечность удлиненного плато, одной стороной формирующего берег Эны, а другой – берег маленькой заболоченной речки Летте, протекавшей параллельно Эне и сообщавшейся с Лаонской равниной.
На этом-то Краонском плато длиной в несколько лье Блюхер и занял позицию со своей армией и полученным подкреплением. Части расположились соответственно своим отправным пунктам. Винцингероде, прибывший из Реймса, передвинулся на Краонские высоты через Берри-о-Бак, тогда как Бюлов, прибывший от Фера и Суассона, расставил войска между Суассоном и Лаоном. Блюхер с Сакеном, Йорком, Клейстом и Ланжероном, перейдя через Эну в Суассоне, поднялся по берегам Эны и расположился отчасти на Краонском плато, отчасти на берегах Летте, между Летте и Лаоном.
Утром 6 марта Наполеон, перейдя через Эну, захотел прощупать позицию неприятеля и приказал атаковать Краонские высоты. Поначалу французы без труда и без кровопролития захватили город Краон. Затем, углубившись в лощину между аббатством Воклер и замком де ла Бов, Ней и Виктор попытались захватить высоты, с которых стекает Летте, но после потери нескольких сотен человек признали, что для захвата нужна серьезная атака, и приняли решение остановиться, чтобы не проливать впустую драгоценную кровь, пока не будет решено дать сражение. Маршалы встали лагерем у подножия высот.
Первая дивизия Старой гвардии под началом Мортье расположилась в Корбени, а кавалерия Старой гвардии – в Краоне и его окрестностях. Вторая дивизия Старой гвардии заночевала позади Берри-о-Бака в Кормиси. Мармон также двигался к этому пункту, дабы сформировать арьергард армии и фланкировать ее во время предстоявших операций.
Сражение нужно было давать обязательно, каким бы сомнительным, вследствие численного превосходства и позиции противника, не казался его результат, ибо нельзя было, не победив Блюхера, ни двигаться на Шварценберга, ни отправляться за гарнизонами к границе. Но способ, каким следовало развязать сражение, порождал много вопросов. Приступить прямо к Краонскому плато, растянувшемуся на несколько лье между Эной и Летте, чтобы отбросить неприятеля на Летте и дальше на Лаонскую равнину, значило взяться за дело наиболее трудным способом. Был способ, казавшийся менее сложным. Не останавливаясь для сражения слева, нужно было пройти справа через Корбени и Фестьё на большую дорогу из Реймса в Лаон, спуститься в Лаонскую равнину и оттеснить неприятеля на Лаон. Но помимо того что на этой дороге таилось немало преград, так открывалась дорога на Париж, и неприятель, обладая Суассоном, был волен, победив или потерпев поражение, выйти к Марне и Сене, соединиться со Шварценбергом и двинуться на Париж с 200 тысячами человек. Поэтому важно было подступить к Блюхеру так, чтобы одну руку протянуть к Суассону, а другую – к Лаону (решающее соображение, которого не учитывают военные критики), а значит, оставался только один способ – любой ценой взойти на Краонское плато на левом фланге. На вершине плато имелась дорога, ведущая к Суассону. Двинувшись по ней и отбросив неприятеля на Летте усилием правого фланга, можно было вторым усилием оттеснить его на Лаонскую равнину, и если бы вслед за тем удалось захватить и Лаон, серия операций против Блюхера завершилась бы самым желательным и решающим образом.
Наполеон решился атаковать Краонское плато. На плато располагалась вся пехота Винцингероде, вверенная в ту минуту графу Воронцову, и весь корпус Сакена с Ланжероном в резерве, то есть 50 тысяч человек с многочисленной артиллерией. По предпринятым накануне атакам и направлению наших движений, превосходно различимых с высот, Блюхер догадался, что мы готовим атаку на Краонское плато. По совету генерал-квартирмейстера Силезской армии Мюффлинга он передвинул почти
