Одна рука его придерживала лямку мешка, другая сместилась на поясе, поближе к разряднику. Стандартное оружие самообороны походило на полицейский станнер, и выглядело как черная трубка сантиметров пятнадцать длиной, диаметром как раз такая, чтобы удобно было держать в ладони. Небольшой переключатель и еле заметные усики электродов у того конца, который стоило направлять на цель, — вот и все. Принцип работы этой штуковины, дальность действия и прочее проверить возможности пока не было.
Гай шагал по каменистой земле равнины, топча подошвами ботинок мхи, лишайники и редкие цветочки бледно-сиреневого цвета. Каждый шаг давался с трудом, приходилось буквально усилием воли заставлять себя передвигать ноги.
Над головой с непривычно большой скоростью проносились серые облака, меняя узор пасмурного неба. Несколько раз с земли, хлопая крыльями, взлетали крупные серо-коричневые птицы, величиной с домашнюю курицу или больше.
— На вертеле вы смотрелись бы гор-раздо симпатичнее! — проговорил вслух парень, однако адекватных мыслей, как добыть себе дичь на ужин, у него не возникло, и поэтому, вздохнув, он зашагал дальше.
Планшет показывал тридцать четыре километра до источника неопределенного сигнала, солнце стояло в зените, когда на равнине стали появляться кустарники и небольшие деревца, а на горизонте замаячила полоса густой растительности. По всей видимости, там протекала река.
Гай ускорил шаг насколько возможно, стараясь при этом внимательно осматривать ближайшие деревца. Он надеялся пройти до заката хотя бы половину пути и найти безопасное место для стоянки. А кусок каркаса от капсулы, лежащий в мешке, так и наталкивал его на мысль сделать себе что-нибудь вроде копья на случай встречи с обладателем крупных когтистых лап…
Подходящее деревце скоро попалось ему на пути: ровный ствол толщиной в два пальца и светлая кора, приятная на ощупь. Приложив массу усилий, чтобы сломать этого представителя местной флоры у основания, Гай ножом убрал все ветки, отломал верхушку, оставив древко длиной примерно в две трети собственного роста. Обстругав верхушку, он обжег ее зажигалкой, чтобы убрать «лохмотья», и достал из мешка обломок каркаса. Определив для себя наиболее подходящую для наконечника часть, парень долго долбил камнем по участку обломка, за который хотел прикрепить наконечник к древку, чтобы убрать острую кромку. Расщепив ножом древко и вставив наконечник, Гай еще некоторое время убил на то, чтобы прочно перемотать оружие куском стропы. Закрепив все это сверху универсальной клейкой лентой из аварийного контейнера, парень критически осмотрел свое творение:
— Семь профессий, годы учебы, высококвалифицированная работа — для того, чтобы сделать такое убожество! — сказал Кормак. А потом добавил: — Внутренний монолог — признак интеллектуально развитого человека.
Перебросив копье из руки в руку, он заметно повеселел и, по колено утопая в густой траве, зашагал к реке, на которую указывали все известные признаки. Смущал только непонятный темный массив, который возвышался над полосой зелени, растущей вдоль берега реки. Обрывистый противоположный берег? Очень возможно!
Проходя мимо зарослей кустарника, Гай вдруг ощутил резкий запах, который донес до него ветер. Оглядевшись и увидев вокруг примятую в нескольких местах траву, парень беззвучно выругался. На Абеляре, где он имел честь появиться на свет, все эти приметы означали наличие неподалеку лежки санглера. Санглер на Абеляре, дикий кабан на Земле или хряк на Кармарене — разница в нюансах. Злобными и агрессивными эти твари были в любом месте, где их встречали люди. Почему на этой Богом забытой планете должно быть по-другому?
По инерции пройдя еще пару шагов, Кормак остановился. Нужно было сваливать отсюда, и других конструктивных мыслей в его голове не возникало. Вопрос был один: куда? Ветер менялся, и если животное, которое находилось явно где-то неподалеку, учуяло бы парня, убегать было бы поздно…
Наконечником копья отодвигая мешавшие обзору ветки, парень потихоньку по широкой дуге отходил назад. В какой-то момент он, тронув копьем густой куст какого-то растения с вычурными листиками, увидел монолитную глыбу землистого цвета. Валун, коряга? Поднявшись на цыпочки, Гай попытался рассмотреть непонятный предмет, и рассмотрел!
Волосы зашевелились у него на голове, и душа ушла куда-то в район коленок. Медленно-медленно он стал пятиться назад, и, когда отошел метров на десять, сломя голову побежал прочь, стараясь не терять из виду заросли вдоль реки.
Совершенно выбившись из сил, он замедлился, поборов желание рухнуть в траву, и, постоянно оглядываясь, побрел дальше, еле волоча ноги и пытаясь осознать увиденное.
То, что он увидел, все-таки отдаленно напоминало и санглера, и кабана. Но вот эти клыки невероятного размера… Точнее, рассмотреть-то он смог один клык, животное спало на боку… Холка, маленькое ухо, характерное рыло и огромный, с локоть длиной, клык желтоватого цвета… Да, размеры местной свинки превосходили всякие ожидания — веса в этой твари было килограмм двести пятьдесят — триста! Дикой удачей было то, что ветер дул от животного, и, конечно, то, что парень наткнулся на него во время сна…
Как же не хватало винтовки! Гай выть был готов от осознания собственной беспомощности. Он посмотрел на самодельное копье у себя в руках и горько усмехнулся — с этой зубочисткой он бы и минуты не продержался против спящего чудовища, если бы оно проснулось!
Глава 2,
в которой появляется дверь и кое-что проясняется
Отсутствие винтовки было проблемой серьезной, но не единственной. Чем сильнее солнце клонилось к закату, тем чаще Гай задумывался о ночлеге. Да и сил оставалось на самом донышке — эта планета выпивала жизненную энергию большими глотками!
Соорудить палатку из парашюта и жердей? Не стоило даже и пытаться! Да и небезопасно это — ночевать в палатке в чистом поле. В итоге, порывшись в мелочевке из аварийного контейнера, парень извлек на свет Божий четыре сигнальных датчика. Эти небольшие штырьки сантиметров десяти длиной полагалось воткнуть в землю квадратом, и если какое-нибудь существо весом более семи килограмм пересечет ребра этого квадрата, раздастся мерзкий аварийный сигнал.
Разыскав на пригорке у реки подходящее развесистое дерево, робинзон поневоле решил устроить себе что-то вроде гнезда в его кроне. Он соорудил каркас между толстыми ветвями из нескольких веток поменьше, обломанных и привязанных стропами. Охапка хвороста и парашют дополнили конструкцию.
Задумавшись о горячем ужине, парень совсем загрустил. Потом махнул рукой, собрал несколько сухих веточек, настрогал ножом щепы и развел небольшой костерок, чтобы не было так грустно. Попив воды из фильтра и зажевав ее половиной рациона, Гай решил, что выработал свой суточный ресурс активности. Воткнув в грунт по периметру датчики сигнализации, он взобрался на дерево и на секунду замер: оранжевые закатные лучи местного светила заиграли бликами на поверхности реки.
Правый берег, на котором и находился путешественник, был пологим, заросшим кустами и зеленью. А левый представлял собой обрыв метров семи. Вплотную к нему подходил лиственный лес. Мощные деревья с пышными кронами поражали воображение своими размерами и величием, и Гай невольно залюбовался грандиозным зрелищем закатного солнца, постепенно скрывающегося за зеленой стеной этих исполинов…
Шумно выдохнув, парень попытался удобнее устроиться на своем ложе, но потом, повертевшись с боку на бок, привязал себя за пояс к одной из веток куском провода, который раздобыл в капсуле, — от греха подальше.
Ночь была беспокойной. Слышались голоса ночных птиц, рев каких-то зверей, но до самого рассвета никто не пересекал границу, которую стерегли чуткие датчики. Уже когда первые лучи солнца показались над равниной, и все, кто предпочитал звездный свет солнечному, умолкли, сработала сигнализация.
Она надрывалась во всех тональностях, завывая и голося так, что Кормак буквально подскочил и тут же чуть не сверзился со своего гнезда, повиснув на проводе и уцепившись левой рукой за ветку.
