Краем глаза он успел заметить движение и, не успев осознать своих действий, выхватил трубку разрядника и, направив его в нужную сторону, сдвинул переключатель. Что-то ослепительно сверкнуло и неведомый зверь издал утробный звук и завопил дурным басом.
Взяв в зубы оружие, Гай подтянулся на руках и уселся на ветке. Отдышавшись, парень пришел в себя и нашел достаточно смелости, чтобы отвязаться, спрыгнуть на землю и уже там, вооружившись еще и копьем, взглянуть в глаза опасности.
Под деревом полз, царапая землю когтями мощных передних лап, какой-то крупный мохнатый хищник, явно имевший в дальних родственниках кошку.
Увидев парня, он прекратил завывания и яростно зарычал. По всей видимости, у него парализовало заднюю часть туловища и лапы, которые волочились за ним по земле. Рыкнув несколько раз, зверь принялся подбираться к Гаю, который вот-вот было уже хотел сбежать. В душе Кормака вдруг закипела бешеная злоба. То ли напряжение последних суток дало о себе знать, то ли проснулись дремучие первобытные инстинкты: покрепче перехватив копье, парень встряхнул головой и сам зарычал по-звериному:
— Ну! Иди сюда!
Похоже, что к задним лапам зверя возвращалась чувствительность, его могучий организм боролся с действием разрядника. Хищник встал на четыре лапы, но парень не стал дожидаться атаки: размахнувшись копьем, он бросился вперед.
Зверь не ожидал такой прыти и не успел уклониться — наконечник из каркаса капсулы вошел прямо под лопатку! Издав страшный рев, хищник дернулся, рванулся, но парень давил и давил, понимая, что от этого зависит его жизнь. Мощные лапы пытались дотянуться до человека, били по древку копья, пасть с гигантскими клыками разевалась в ужасном рычании…
Вдруг древко хрустнуло и переломилось пополам! Парень, не удержавшись на ногах, рухнул на землю, а зверь, наоборот, вскочил и тут же припал на левый бок, ревя от боли, которую причиняла ему страшная рана.
Гай откатился в сторону, к разряднику, который выронил во время схватки со зверем, схватил его и направил на хищника, передвинув переключатель. Снова сверкнула электрическая дуга — несколько слабее, чем в первый раз. Зверь рухнул как подкошенный. Парень не терял времени: он выдернул обломок своего оружия из раны и, примерившись, воткнул его в горло чудовищу. Кровь брызнула фонтаном, обдав штаны и ботинки человека, который только теперь осознал, какой опасности подвергся. И если б не разрядник, неизвестно, чем бы все это закончилось…
Осматривая мускулистое, крепкое тело чудовища, его явно кошачью морду и пасть с непропорционально большими клыками, горе-охотник пришел к выводу, что перед ним один из видов саблезубых хищников, похожий на обитавших на Земле в ледниковый период зверей…
— К черту все! Сегодня я должен дойти! — парень пнул поверженного противника, утер с лица кровь, быстро собрал вещи, снял с дерева парашют и стропы и решительно направился на юго-запад, к горам.
* * *
Гай решил двигаться быстрым темпом: сто шагов — бег трусцой, сто — шагом, пока совсем не выбьется из сил. Пока ему было по пути с рекой, он любовался живописными лесными пейзажами ее берегов, но потом, у излучины, парень продолжил движение на юго-запад по равнине.
Его не покидало ощущение того, что вот-вот что-то должно начать происходить. И ощущение это становилось сильнее с каждым километром, пройденным к неопределенному сигналу.
Первая странность встретила его на 12 километрах до цели. Целая роща странных, скрюченных деревьев с мелкими листиками и какими-то светлыми пятнами на коре. То есть на самом деле — роща себе и роща, озерцо недалеко, все логично. Мало ли, может, эта скрюченность тут в порядке вещей? Проблема была в том, что эти самые мелкие листья росли на ветвях у большинства из них у самой земли. А выше — деревца были сухими и голыми, как будто какая-то зараза их съела…
Кормак потрогал одну из веток, приложил усилие — и ветка сломалась. Абсолютно сухое дерево… Странным было и то, что чем дальше на юго-запад росли деревья, тем меньше у них было зеленых ветвей и тем ниже они располагались.
До источника сигнала оставалось всего ничего. Гай махнул рукой на деревья и ветки и продолжил путь.
Через несколько сотен метров он заметил, что уже минуты две шагает по полосе высохшей пожухлой травы.
— Да что это за хрень такая? — он остановился, обернулся назад и заметил, что полоса эта начинается ровно там, где закончилась роща.
Шириной она метров двадцать, а длиной — Бог его знает, от рощи и вперед, на юго-запад.
Что-то такое стало складываться у него в голове, что-то неясное. Причина этим странностям была, в общем-то, на поверхности, просто никак не желала формулироваться во внятную мысль. Тем более мозг работать нормально отказывался: головные боли периодически портили жизнь с самой посадки на побережье.
Сделав один привал и хлебнув водички из фильтра, путешественник отправился дальше, стараясь держаться на границе сухой и зеленой травы. В голове он прокручивал утреннюю сцену схватки с хищным зверем и содрогался — разрядник спас его, тут не могло быть сомнений… Оставаться один на один с местной дикой природой, не имея крыши над головой и возможности защитить себя, — это было сущим безумием. Тем более что здоровым он себя не чувствовал: усталость накатывала волнами, мышцы ныли и сердце периодически начинало стучать как сумасшедшее. Поэтому и было так важно найти источник сигнала. Второй раз такого удачного стечения обстоятельств может и не получиться, и очередная местная тварь просто-напросто сожрет его вместе с вещмешком, копьем и разрядником…
Сигнал не давал гарантии на встречу с людьми. Но если там была хотя бы автоматическая станция связи, или строительный комплекс, или какой-нибудь военный дроид или зонд — это давало надежду на скорую эвакуацию и дополнительные ресурсы для выживания. Все объекты перечисленных типов находились под пристальным наблюдением Конфедерации, а Конфедерация очень заботилась о своей репутации и обожала сливать в сеть слезливые пропагандистские ролики о спасенных невинных людях и своих героических «стальных мундирах» — военно-космических силах и штурмовиках.
Так что Гай торопился. Сто шагов — бегом, сто — шагом. Пока легкие не стали разрываться, а ноги не загудели, и солнце не поднялось в зенит. До источника сигнала оставалось пройти километров пять, когда парень вдруг резко остановился.
— А это что за…
Обширное пространство перед ним представляло собой залитое стеклом поле! Стекло поблескивало на солнце, там и сям из глубоких трещин пробивались травинки и мелкие кустики. То, что тут произошло, не оставляло никаких сомнений: какая-то очень горячая хреновина расплавила песок и превратила его в стекло.
И тут в голове щелкнуло, и логическая цепочка завершилась: посадка! Здесь садился космический корабль!
На этом моменте парень чуть не принялся отплясывать джигу — если здесь садился корабль, то сядет и снова! Не бывает, чтобы просто так забыли планету земного типа! Самым страшным кошмаром Гая была мысль о том, что он здесь проведет остаток дней своих, без надежды на связь с внешним миром, наедине с неизвестной планетой и самим собой… Но теперь, теперь можно было просто выживать и ждать, когда прибудет новый корабль. Ждать неподалеку…
Чтобы достичь источника сигнала, необходимо было пересечь стеклянное поле, и парень зашагал по нему, разглядывая пробивающиеся сквозь трещинки травинки и стебельки маленьких сиреневых цветочков. По всему выходило, что корабль тут не появлялся несколько месяцев как минимум, если семена растений успели попасть в щели между стеклом, прорасти и набраться сил…
Этот вывод поубавил парню оптимизма, но в целом Кормак все равно был настроен решительно и бодро. Как будто и сил прибавилось, и одышка исчезла — за четверть часа он пересек место посадки корабля и глянул на планшет: три километра до сигнала.
Через пару сотен метров он наткнулся на две колеи, оставленные явно колесным транспортом. Какой тип двигателя использовался: электрический, водородный или внутреннего сгорания, сказать было невозможно, но кто-то здесь явно катался на автомобиле, какой бы системы он ни был. Расстояние между колесами показывало, что машина была довольно массивной, скорее всего, грузовой.
