самой пенсии, чтобы не переучиваться. Считать требовалось быстро, а контрольного окошка, где высвечивалась бы вся цепочка набранного, еще не было. Случайно нажатая кнопка, которую случайно зацепили ногтем, могла серьезно изменить результат. В «Феликсе» этого не случалось. Позже на него смотрели как на «архаизм доэлектронного периода» или эры. Сейчас же – это главное орудие Госплана, бухгалтерий и банков. Все держится на нем, его величестве «Феликсе», русско-шведском механическом калькуляторе, созданном на оружейном заводе Нобеля в Санкт-Петербурге и запатентованном здесь. В фильме показали работу с таблицами и матрицами, подсчет которых занимал доли секунды. Снято было очень хорошо, что называется с душой. До этого использовались выпускаемые на заводе «Маяк» табуляторы марок Т и ТА. ТА мог работать с символами алфавита. Обе модели брали свое начало от табуляторов IBM, точнее, немецкого филиала этой компании.
Так как про «информатизацию» сказал «сам», то в прессе начался просто бум, похуже того, который был в СССР в 1949-м, когда советские физики утерли нос американцам в ядерной гонке. Сейчас «физического бума» не случилось, все прошло тихо для советского народа. Бушевала только Америка и Швеция. Британия, наоборот, считала себя целиком и полностью причастной к быстрому разгрому как немецкого фашизма, так и японского милитаризма. Остальные жители стран Европы, кроме Швейцарии, ежедневно наблюдали у себя на улицах вежливые и строгие патрули оккупационных войск, так что от обсуждения «высоких материй геополитики» они были отстранены.
Томас Ватсон, чиф экскьютив оффицер компании IBM, услышал эту новость в штаб-квартире компании на границе между штатами Коннектикут и Нью-Йорк. Городок назывался Армонк. Несколько месяцев назад он получил заказ на автоматический калькулятор «Марк-1» для нужд военно-морского флота. На его основе хотели создать СУАО (систему управления артиллерийским огнем) для линкоров типов «Айова» и «Монтана». Эти переговоры шли уже несколько лет. Начинались они в далеком уже 1940 году, когда президентом Рузвельтом была принята программа, по которой Америка должна была вступить в войну на Европейском театре военных действий в 1942–1943 годах. До этого и страна, и армия, и флот были не готовы к ее проведению. Учитывая то обстоятельство, что Япония присоединилась к странам Оси, то вмешательство в европейскую войну могло привести к войне на два фронта. В тот момент все складывалось достаточно неожиданно и несколько выбивалось из планов: Гитлер начал Вторую мировую, мгновенно разгромив Польшу, но, вместо того чтобы напасть на СССР, заключил с ним договор о ненападении, понимая, что как только он двинется на восток, как договаривались с владельцами ФРС, так Франция и Британия нападут на него с запада. Поэтому он остановился, развернул свои армии и в мае 1940 года ударил на западе и северо-западе Европы, вынудив Францию заключить II Компьенское перемирие, в том же месте, где 11 ноября 1918 года было подписано I Компьенское перемирие.
К этому моменту только два линкора проекта «Норт-Кэролайн» были спущены на воду, в этих верфях заложили кили для еще одного «Саут-Дакота» и новенький «Айова». Деньги на строительство новой СУАО выделили только в 41-м году, когда со стапелей сошли еще три линкора уже типа «Саут-Дакота». И в них заложили еще три «Айовы». Всего заказ поступил на шесть автоматических калькуляторов, но с оговоркой, что если война затянется, то приобретут семь для «Монтан». Генеральный директор компании прекрасно помнил, за счет чего он сумел выкрутиться во времена Великой Депрессии. Именно поставки флоту вычислителей и табуляторов позволило сохранить рабочие места и получить неплохую прибыль. И он решил рискнуть, начав вкладываться в разработку, с целью ускорить появление прибора, в надежде на то, что и на остальные корабли встанет эта замечательная и дорогущая «игрушка». Флот всегда стремился к унификации оборудования. Вложив почти четверть миллиона долларов в «железяку», он почувствовал, что «пролетел», когда машина была в готовности на 25 процентов. В тот день было объявлено, что Германия капитулировала в Африке, и надежды на затяжную войну в Европе окончательно рухнули. Затем последовал разгром Японии, и началась разделка на слом всех недостроенных линкоров. В строю оставались только «Кэролайны», за четыре «Дакоты» шла страшная грызня между Сталиным и Итеном, с одной стороны, и президентом Рузвельтом, с другой. В итоге, под давлением Сталина, три «Дакоты» пошли на переплавку, так как требовали серьезных переделок и модернизации, в первую очередь по СУАО. У них не было артиллерийских локаторов. Последняя из «Дакот», «Алабама», достраивалась по измененному проекту, на котором стояли радиолокационные СУАО. Для него и понадобился «Марк-1». В конце 43-го года Пентагон выделил на достройку калькулятора еще денег, и казалось, что проект вот-вот сдвинется с места. И тут…
Чертов Сталин! В прошлом году его самолеты установили новый рекорд дальности, облетев с одной посадкой земной шар. А осенью заговорили о каком-то «спутнике», который крутится вокруг Земли с непонятной целью. Ну, цель вполне понятна: благословенные Соединенные Штаты. Поправив галстук-бабочку, через секретаря вызвал машину, буркнул, что он в Нью-Йорк, и расположился на широченном мягком диване заднего сиденья лимузина, подняв стекло между собой и водителем. Развернул биржевые ведомости, взятые со стола секретаря. Биржа уже успела среагировать на новость, и акции компании пошли вниз, потеряв 11 процентов по сравнению со вчерашним днем. Пока не смертельно, но чертовски неприятно. Опять придется оправдываться перед акционерами. Пока до остальных еще не все дошло. Хотя, черт побери, это же золотое дно! Это замена всего имеющегося парка машин по всему миру. Знать бы, на что менять! Именно за этим он сейчас ехал в Бруклин. Сюда из Норфолка перегнали единственную уцелевшую «Дакоту» для модернизации и достройки на плаву. Человек, который создал Mark 1, сейчас находился там. Фактически было создано несколько машин разной производительности, максимальную имела одна: «Harward’s Mark 1», которую уже увезли с завода в Кембридж. Строилась целая серия машин, часть из которых представляла собой основной вычислитель системы управления огнем. Основой для него служила так называемая «машина Бэббиджа». Группа из пяти человек появилась в Армонке еще в 41-м. Начинали они с разработки «малых» машин, урезанных по возможности программирования и рассчитанных на исполнение строго определенных функций. Большую машину, имевшую значительно большее количество разрядов, и обладавшую большей производительностью, готовили для предварительного просчета баллистических таблиц.
Всю «пятерку» «яйцеголовых» он обнаружил в кинозале BNY[8], и не одних, с ними находилось несколько человек в форме ВМС и Береговой охраны, две из которых имели широкий шеврон на рукаве. Из гражданских присутствовал только один человек, зато какой! Сам Карл Винсон, конгрессмен от Джорджии, председатель сразу
