«Эн», – заметил сенатор Винсон.
– Большого значения это не имеет, господин сенатор. Какая разница, от какой модификации ты умрешь, – мрачно заметил Томас Ватсон. – Скажите, миссис Грэйс, на каком принципе работает эта машина, по-вашему?
– Они показали момент пуска машины, кстати, у нас это очень узкое место, запустить наш компьютер достаточно сложно, и, в случае сбоя по питанию, переполнению памяти или отказу выйти из цикла, приходится останавливать ее и запускать вновь, предварительно найдя причину отказа. Иногда простой длится очень долго, особенно если вышел из строя какой-нибудь элемент. В момент запуска промелькнули некоторые цифры, которые я записала. Кто-нибудь знает русский? Мне кажется, что это – обозначения каких-то физических величин.
Начальник военно-морской разведки вице-адмирал Теодор Вилкинсон, слегка смущаясь, заметил ей, что флот готовился воевать с японцами, а не с русскими, поэтому специалистов по русскому языку у них недостаточно, но он был на курсах, и попытается ей помочь. Кое-что из кириллицы он помнит. Он вспомнил самое главное: что в отличие от всего мира, в России произносят и пишут Герц, вместо Херц. Грэйс Хоппер, которую по-русски звали бы Гоппер, даже присвистнула, расшифровав знаки 512 кГц и 1024 кБт.
– Мне кажется, что тактовая частота равна 512 000 Херц, а объем чего-то там, скорее всего памяти, 1024 килобит. Меня смущает вот этот параметр – здесь указаны мегабиты. Что это такое – я сказать затрудняюсь. И еще: объем информации измеряется в битах и обозначается одной буквой «Би». У них используются две буквы «Би-ти». Какая-то внесистемная единица. Судя по всему – это электронная машина, так как представить себе «что-то», вращающееся с такой скоростью: пятьсот двенадцать тысяч оборотов в секунду, просто не реально. Как ты думаешь, Ховард?
– Меня больше интересует другой вопрос: они вводят буквы и цифры в десятеричном виде. И результат получают в них. А мы после вычисления производим пересчет двоичного результата в десятеричный. Как?
– Не знаю, Ховард. Похоже, что между нами пара десятков лет разницы в развитии.
– Вот это-то и странно! Я никогда не слышал о том, что русские что-то изобрели в области вычислительной техники. Откуда это все?
– О создании А-бомбы они тоже не писали, и радиолокаторы массово применили для военных целей именно они, причем сразу использовали длину волны в одну восьмую дюйма. Да еще и плавающую, с плавным изменением, чтобы затруднить постановку помех. Будь у нас магнетрон в 40-м… и резать «Дакоты» бы не пришлось… – поддержал разговор сенатор.
– У нас есть возможность сделать что-то подобное? – заинтересованно спросил генеральный директор IBM. Он еще лелеял мечту принять участие в глобальной перестройке всего парка вычислительных машин во всем мире.
– Затрудняюсь вам ответить, – безапелляционно заявил Ховард Айкен.
Ватсон перевел глаза на сорокалетнюю программистку.
– Мне было бы интересно попробовать сделать что-то в этом духе. Хоть одним глазком бы взглянуть на ее внутренности.
Все повернулись на директора военно-морской разведки вице-адмирала Вилкинсона. Но тот развел руками.
– Попробуем через Германию, кое-какие связи там у нас остались, – за него ответил Ватсон. Еще бы! Он – кавалер ордена заслуг Германского Орла, высшей награды Третьего рейха.
– Насколько я понимаю, мэм, вы не будете против небольшого путешествия по Европе? – спросил мистер Ватсон младшего лейтенанта Хоппер. Та отказываться не стала.
– Господин адмирал, как вы считаете, создание ACSS достойно выдвижения на Нобелевскую премию в области математики? Русские не смогут не ответить на такой вызов. Играть – так по-крупному. Требуется немного покрутить нашими связями в Стокгольме. Предлагаю раскрыть некоторые секреты, использованные для создания калькулятора, все равно он уже морально устарел. Крупная рыба требует качественной наживки.
– Мы подумаем над этим вопросом.
– А я, с вашего разрешения, адмирал, направлю небольшую экспедицию в Европу и в СССР, с целью проведения серии семинаров и слушаний по вопросам программирования. Возглавит ее вице-президент нашей компании. Наша компания выделит для этого средства и обеспечит их хорошей связью и транспортом. Требуются визы для ее участников, то есть содействие Госдепартамента и, возможно, наших «кузенов». Мистер Вилкинсон! Ваше содействие тоже необходимо. Сроки и состав согласуем с вами на днях. Надеюсь, что у вас достаточно возможностей для скорейшего обеспечения прикрытия этой операции. Заодно возобновим работу германского отделения нашей компании, так как по-другому к проблеме не подойти.
Томас Ватсон почуял прибыль и уже не мог остановиться. Русское «ноу-хау» должно работать на компанию. Для этого он был готов заключить договор не только с русскими, но и с самим дьяволом. Вице-президентом компании работал его сын, Томас Ватсон-младший, недавно вернувшийся со службы в авиации. Он и возглавит экспедицию. В случае успеха контрольный пакет IBM может перейти в руки семейства. «Париж стоит обедни!»
В конце мая 1944-го мне наконец удалось выкроить время, чтобы посетить четыре европейских столицы: Рим, Париж, Берлин и Лондон. Наиболее тепло и радушно принимали в Риме. Там уже прошли выборы и конституционный референдум. Пальмиро Тольятти занял пост премьер-министра Республики Италии. Короля Виктора Эммануила обвиняли в том, что с его помощью фашисты захватили власть в Италии в 22-м году. И он отрекся от престола в пользу своего сына Умберто. Но на референдуме было решено отказаться от института монархии в пользу трехпартийной системы: социалистическая и коммунистическая партии, объединенные в народно-демократический фронт, и христианские демократы. Влияние церкви было очень велико, особенно на юге, поэтому они сумели пройти в парламент и имели около 15 % мест в двух палатах.
Итальянцы искренне радуются происходящим процессам, но ситуация на юге очень серьезная. По нашим сведениям, Сицилия и Сардиния ведут тайные переговоры с Соединенными Штатами и Великобританией с целью отделиться от континентальной Италии. Хотят это сделать сразу, как будут выведены советские войска с островов. Англичане действуют через Ватикан, сами отсвечивать побаиваются. Я здесь с экономической программой, строительство большого флота требовало подключить к работе несколько известных итальянских фирм, с которыми сложились отношения еще до войны. Кроме того, требовалось вывезти из Швейцарии заказанные тоже до войны турбины для строящихся в Николаеве авианосцев и тяжелых крейсеров. Провел несколько довольно успешных переговоров, в основном по морской тематике. Программа «Большого флота» требовала кооперации с ведущими кораблестроительными фирмами мира. Само собой, что Соединенные Штаты отпадали сами собой, оставались Франция и Италия, под вопросом Великобритания. И главная кузница нашего флота – Швейцария.
Хуже всего с ней: она требовала оплату только золотом, не признавая рубль законным
