чтоб не любили. Побаивались, скорее. Отец, которому она приходилась двоюродной сестрой, искренне считал ее ведьмой. И общался с ней только по необходимости.
А я как-то два лета подряд у нее провел, еще совсем пацаном. И очень круто, кстати, отдохнул. Ничего ведьмовского не заметил, нормальная женщина. Ну, ходит по лесам. Травки целебные собирает…
Что особенного?
И вот, проезжал мимо и подумал: «А почему бы и нет?»
Тем более, что в новом доме я у нее не был ни разу, тетка раньше в другой деревне жила, дальше гораздо от города, но со временем там стало совсем сложно, вот и перебралась поближе.
Можно было бы во Владимире заночевать, но не захотелось опять на казенных простынях…
Вот и зарулил. На свою беду.
Девчонку эту, рыжую тонконогую козочку, заметил не сразу. Занят был, ополаскиваясь с дороги ледяной водой.
Только тот, кто хоть раз проводил в байкерском прикиде полный день в дороге, поймет мой кайф.
Вот и я, пока на себя два ведра не опрокинул, не успокоился.
Третье пошло медленно. С растягиванием удовольствия.
Краем глаза заметил движение, повернулся…
Сначала показалось, девочка совсем, невысокая, тоненькая. Обычная такая. Стоит, глаза вытаращив.
Ну, тут ее реакция понятна и простительна.
Я с дороги зарос сильно, щетина уже превратилась в черную бороду, на голове — черти что.
Да еще и полуголый, весь изрисованный.
Любая испугается.
Вот и девчонка начала падать.
Ну а я — хватать. Рефлексы же. Никуда их не денешь.
Она легкая такая была, козочка рыжая. Тонкокостная. И очень бледная.
И кожа такая… Нежная очень. Последнее ощущение было не ко времени, и потому я постарался на него забить.
Отнес девчонку в дом, попытался привести в чувство, ругаясь про себя впечатлительности деревенских барышень.
Хотел уже за теткой бежать, но тут козочка ресницы распахнула…
И я замер, словно загипнотизированный.
Глаза у нее были серо-зеленые, словно вода в ставке, здесь, неподалеку. И безумно растерянные. Нежная кожа, бледная, без веснушек. Губы, полураскрытые, розовые. Словно в трансе, я провел пальцем по нижней губе, податливо раскрывшейся под моим напором…
Я не мог поверить в происходящее, словно от реальности отключился. Девушка, похожая на рыжую, тонкокостную русалку, завораживающе красивая и бледная, была словно не из этого мира, словно появилась она, из солнечных лучей соткавшись, прямо из воздуха.
Упала в мои лапы.
И сейчас полностью была в моей власти. Я мог ее трогать. Мог проводить пальцами по тонкой коже.
Мог целовать.
На этой мысли у меня в голове что-то сдвинулось на место, я осознал, где нахожусь и с кем, и попытался наладить контакт.
Но и тут потерпел неудачу. Девушка оказалась немой.
Она неожиданно подскочила и шустро ускакала прочь, так быстро, что я только моргнуть успел.
В сенях она столкнулась с теткой, та что-то спросила, но, судя по всему, задержать козочку не удалось.
Я так и остался сидеть в комнате, глупо моргая и глубоко переживая свое охерение.
Потому что в первый раз со мной такое случилось, чтоб голова отключилась. Из-за женщины. Нет, не женщины. Рыжей козочки. Солнечной русалки.
К тому моменту, когда тетка появилась на пороге комнаты, я уже мог связно разговаривать.
Ну и поговорил.
Тетка легко, по паре наводящих вопросов, выдала всю историю девушки, так удачно упавшей в мои руки.
Соседская внучка, приезжавшая каждое лето в деревню. И в самом деле, немая, но не глухая. Вполне интеллектуально состоятельная. Художница, учится на дизайнера. Картины красивые пишет.
Я слушал, приходя в себя постепенно и не понимая, что на меня, собственно, нашло.
Ну красивая девушка, да.
Но в моей жизни много красивых девушек. И даже красивее, чего уж там. Было и есть. И, надеюсь, будет.
Непонятно, чем эта зацепила. Наверно, просто неожиданно все произошло, не был готов.
После дороги, да на адреналине от трех ведер воды… Вот и повело чуть-чуть.
Глупостей не наделал, и на том спасибо.
А то хорош бы я был, если б полез к девчонке, вдвое младше. Хорошо, хоть восемнадцать есть, хотя на вид и не скажешь… И это — еще один плохой звоночек. Раньше не западал на настолько мелких девушек. Всегда поопытнее любил, повзрослее. Чтоб знали, чего хотят, и не приходилось подолгу уламывать.
При моем графике, на свидания, ломания и прочий бред времени не было.
Да и отсвиданничался уже, хватит.
С бывшей женой, как идиот…
Мысли про Сабрину, мать ее, не добавили настроения, и я предпочел переключиться на вкусную теткину еду и здоровый сон на вольном деревенском воздухе.
И мне это вполне удалось.
А вот вечером…
Вторая ошибка Биг Босса
Вечером того же дня, выспавшийся и довольный жизнью, я поперся на ставок.
Ну а почему бы не воспользоваться всеми благами деревенской жизни, раз уж удалось ее так нечаянно хапнуть? Потом весь год впахивать…
Короче говоря, сел я еще засветло на байк и помчал к ставку. Там кинул своего приятеля прямо у воды и с разбегу занырнул в теплую, словно молочную воду.
Долго плавал, отфыркиваясь, как морж, потом так же долго просто лежал на воде, глядя на уже темное, как бывает только в деревне, звездное небо, как никогда ощущая себя мелкой частью огромной Вселенной.
Время словно остановилось, мысли текли ленивые и спокойные.
Где-то вдалеке плескались рыбы, и мне на мгновение представилось, что это русалка утренняя хвостом бьет по воде. У нее мокрые волнистые волосы, высокие небольшие грудки, с острыми каплями сосков. Их, наверняка, сладко облизнуть, покатать на языке, прикусить…
Осознав, что мысли опять ушли не в ту степь, я досадливо развернулся и поплыл к берегу. Надо уезжать отсюда. Вот рано
