— Чего орешь? Весь поселок разбудишь!
Я проскочила мимо него и бросилась к дому вождя. И только оказавшись в своей комнате, рядом с мирно спавшей Асдис, я смогла почувствовать себя в относительной безопасности. Но меня еще долго била странная дрожь, а заснуть я смогла только к утру и то, даже во сне я видела страшные глаза напавшего на меня зверя, несущие смерть.
Когда я с утра вышла к завтраку вместе с Асдис, я уже немного успокоилась. За столом присутствовали все, кроме Хельги, но ее отсутствие меня только порадовало. Я думала, стоит ли мне рассказать о случившемся вождю и если да, то поверит ли он моим словам? Надо было сходить посмотреть, не остались ли следы чудовища возле ворот, все-таки земля была влажная. Едва успев доесть завтрак, я бросилась из дома. Долго бродила возле ворот, но там, как на зло, почва оказалась каменистой и на ней я не обнаружила никаких следов вчерашнего существа, ни его, ни огромного волка, спасшего мне жизнь. Полазив даже в густой траве и около лесной кромки, ни с чем вернулась обратно в дом. На кухне, слушая резвую болтовню Кветы, приготовила отвар, но теперь немного другой по содержанию. Настаиваться ему не надо было и я, перелив в бутыль полученную смесь, засунула ее в котомку и вопреки предупреждениям Хельги снова отправилась на утес. По дороге меня невольно посетила мысль, а не была ли ведьма причастна к вчерашнему нападению. Я ведь не видела ее с утра, возможно…Тут я осеклась. Нет, подумала я, не может быть, чтобы тварь, напавшая на меня, оказалась Хельгой. Я вспомнила, что обожгла существу лапу и сказала себе присмотреться внимательнее к руке Хельги при встрече. Возможно, я все-таки была права.
Кошка, как и прежде, ждала меня под деревом. Когда я подошла, она сидела на траве и умывалась, но увидев меня, поднялась на ноги и поспешила прыгнуть к моим ногам, словно догадавшись, что я в этот раз прихватила ей немного сливок. Я уже не таясь подошла к дому, постучала и не получив ответа, открыла дверь. Хозяин как всегда отсутствовал. Я даже перестала удивляться тому, где он может пропадать, в конце концов, это была не моя забота.
Налив кошке в блюдце сливок, я достала отвар, поставила его на стол и стала ждать прихода Бьерна. К моему удивлению прошло довольно много времени, а он все никак не возвращался. А мне ведь уже надо было уходить к Отте, мы договорились с ней, что я сегодня приду раньше, а солнце уже и так высоко стояло в небе. Я прождала еще с полчаса и ушла, плотно прикрыв за собой дверь. Майя вышла вместе со мной, но в этот раз не отправилась провожать меня, оставшись во дворе. Оставив отвар на столе, я надеялась, что он сам сообразит его выпить, а если нет, то завтра сделаю новый, все равно ведь приду сюда к утру, у меня уже вошло в привычку подниматься на утес каждый день.
Шагая прочь от дома, я еще несколько раз останавливалась и, оборачиваясь, в тайне надеясь, что увижу Бьерна, возвращающегося домой, но ничего подобного не случилось. Где же он может быть, подумала я, спускаясь к лесу. Миновав поселение, вскоре оказалась в рыбацкой деревушке. Где-то вдалеке стучал топор, женщина в синем платье с платком на голове и маленький мальчик развешивали сушиться рыбу, воины Альрика что-то делали на корабле, среди них я заметила фигуру Гринольва и помахала ему, но он не увидел меня. Я шагала по песку прямо к домику горбунья. К моему удивлению, Отта сидела возле дверей на низкой лавочке и смотрела на море. Я приблизилась и присела рядом.
— Ты опоздала, — сказала старуха, даже не повернув ко мне лица.
— Извини, — произнесла я в ответ.
— Странно, — продолжила Отта, — Сегодня из Харанйоля прибежала рабыня и попросила меня срочно приготовить отвар, помогающий при ожогах, я удивилась, ведь ты живешь там и спокойно могла бы приготовить подобное лекарство, так почему пришли ко мне? Может, объяснишь? — она взглянула на меня. Я с удивлением увидела, что у старухи красивый цвет глаз, насыщенный зеленый, словно молодая листва.
— Для кого ты готовила отвар? — взволнованно спросила я.
— Для Хельги, — старуха встала и, ковыляя, направилась в дом.
Я побледнела. Значит вот кому я обожгла ночью руку. Это и вправду была ведьма, и она пыталась убить меня!
— Так все-таки, почему пришли ко мне? — спросила горбунья, остановившись у дверей.
— Наверное, потому что меня с самого утра там не было, — сказала я.
— И где же ты была?
— В лесу, — ответила я, — Гуляла.
— А-а-а, — протянула Отта и, больше ничего не сказав по этому поводу, предложила мне пройти в дом и приступить к занятиям. В этот день я была очень рассеяна. Мои мысли вновь и вновь возвращались к событиям прошлой ночи. Значит, Хельга таки образом пыталась избавиться от меня, но что это за волк, который спас мне жизнь? Получается, что и ворота оказались запертыми не случайно, да и стражники, скорее всего, были опоены каким-то снотворным. Все как-то слишком запутанно.
Несколько раз получив нагоняй за невнимательность, Отта вскоре раздраженно побросала в сундук свои травы и велела мне идти домой, так как по ее словам, сегодня от меня было мало толку. Я с радостью согласилась, потому что действительно никак не могла сосредоточится на словах горбуньи. Еще, кроме всего прочего, меня волновало отсутствие Бьерна, и я решила, прежде чем вернусь в Харанйоль, заглянуть в дом на утесе. Если он будет дома, подумала я, то я со спокойной душей пойду домой. А если нет? Тогда тоже что-нибудь придумаю, решила я и, попрощавшись с Оттой, покинула ее домик.
Едва я закрыла двери, как услышала, как кто-то завет меня по имени. Посмотрев по сторонам, увидела Альрика. Он помахал мне рукой, и я подошла ближе.
— Ну как продвигаются занятия? — спросил он.
— Спасибо, хорошо, — я посмотрела через его плечо на корабль, на носу которого работал Гринольв. В этот раз старый кормчий меня заметил и приветливо кивнул, расплывшись в широкой улыбке. Альрик обернулся и проследил за моим взглядом.
— Ты очень нравишься старому Гринольву, — сказал он.
— Он относится ко мне как отец, — сказала я, — Он тоже нравится мне.
Альрик перевел взгляд на мое лицо и спросил:
— Ты не слышала ничего подозрительного этой ночью?
— А почему ты спрашиваешь? — изобразив удивление, произнесла я.
— Потому что ночью кто-то за воротами поселения напал на Хельгу и едва не убил ее, — тихо ответил сын вождя, — Отец велел никому не говорить об этом происшествии, но мы подозреваем, что в округе завелся огромный волк или медведь. Отбиваясь от животного факелом, она как-то умудрилась обжечь правую руку и теперь сидит в своей комнате с перебинтованной ногой и обожженной кистью.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
