– Да и я тоже, – отозвался Андрей. – Я его пасти не нанимался. Говорил, что к Созонту переедет, а как оно там на практике получилось, неизвестно. Может, и переехал, а может, и у отца остался.
– А адресок этого Созонта можете сообщить? – спросил Гуров. – А, Боря? Ты ведь, кажется, говорил, что бывал в этом злачном месте?
– Да без проблем, – отозвался Борис. – Этот адресок, я думаю, весь район знает. На Космонавтов, в двух шагах от клуба. Поэтому и идет там у него всегда веселуха. В клубе начнут, у Созонта продолжат. Да и Красный там где-то недалеко, кажется. Андрей Краснов, тезка его, – с усмешкой кивнул он в сторону друга.
– Разве что тезка, – недовольным тоном проговорил Андрей. – А больше, надеюсь, ничего похожего у нас нет.
– Да уж нет, нет похожего, не волнуйся, – улыбаясь, успокоил его Борис. – Где ты – и где он. Даже не заморачивайся.
– Значит, съехав от отца, Костя вполне мог осесть у Созонта или у этого Красного? – еще раз уточнил Гуров.
– Мог, почему нет? – ответил Борис. – Он и до этого, еще когда в школе учился, частенько у него зависал. Когда с отцом поскандалит или просто так, если три квартала до дома идти не хочется.
– Что ж, попробую поискать его там. А других возможных адресов нет? Может, родственники или девчонка какая-нибудь? В таких местах он не мог остановиться?
– Не знаю, – с сомнением произнес Борис. – Из родственников у него, кажется, только отец был. По крайней мере, нам он про других не рассказывал. Да, Андрон? Ты слышал про родственников?
– Нет, не слышал, – все еще недовольный, буркнул тот.
– Вот и я не слышал. А девчонки… Насколько я знаю, таких прямо постоянных у него не было. Все подружки – на один вечер.
– Да брось! Почему на вечер? – усмехнувшись, заметил Андрей. – А как же Танька? Вспомни, с ней он почти неделю тусовался. Думали даже, что поженятся.
– Ну, это исключение, – улыбнулся в ответ Борис. – А так в основном подружки у него одноразовые были. Так что у бабы он навряд ли живет. Хотя… все может быть.
Поняв, что здесь он узнал уже максимум возможного, Гуров стал прощаться.
На обратном пути, анализируя свои впечатления от разговора с молодыми людьми, которых классная руководительница называла друзьями Кости, он думал, что дружба эта, похоже, была довольно условной. Чистенькие мальчики из хороших семей наверняка имели мало общего с хулиганом и бунтарем из низших слоев, отличавшимся, ко всему прочему, еще и «сложным характером». У них жизнь просчитана на многие годы вперед. Сначала престижная школа, потом престижный вуз, потом престижная работа. Все красиво и аккуратно, заранее продумано и разложено по полочкам. Такие, как Константин Соловьев, в этой схеме возможны лишь как временное отклонение. Скорее всего, пресловутая «дружба» была обусловлена тем, что ребятам с Костей было забавно. Понаблюдать за очередной его выходкой они были не прочь, возможно, иногда и сами провоцировали его на что-то подобное, но от личного участия в этих акциях наверняка устранялись. Когда хотелось, так сказать, расслабиться и отдохнуть от основных занятий, вспоминали про Костика, но, если речь шла о серьезных вещах, наверняка его участие не предполагалось даже в проекте.
Из разговора с Борисом и Андреем Гуров сделал вывод, что по жизненным предпочтениям и социальному положению Косте гораздо ближе были упомянутые Созонт и Красный. Наверняка не случайно именно у них «зависал» он, когда ссорился с отцом или «просто так».
«Про Созонта, вполне возможно, что-то интересное поведает участковый, – подумал Лев. – Алексей Широков, если не ошибаюсь? Пожалуй, прежде чем ехать в гости к этим ребятам, стоит с ним пообщаться. Судя по описанию, на хате у этого Созонта процветает настоящая „малина“, так что без предварительной подготовки соваться туда незачем. Только распугаешь всех, а толку не будет. Нужна хотя бы предварительная консультация, что это за место и какие люди там бывают».
Поскольку Алексеевский район располагался по соседству с Сокольниками, он решил, что незачем откладывать дело в долгий ящик, и, сев в машину, поехал в местное РУВД. Вскоре Лев уже сидел в небольшом кабинете, где вместе с двумя коллегами «квартировал» Алексей Широков.
– Да, парень был сложный, – отвечая на вопрос Гурова, произнес Широков. – Чуть не каждую неделю у него эксцессы случались.
– Драки?
– Когда и драки, а когда и… другое разное.
– Например?
– Приворовывал он, похоже. Доказать, правда, так ничего и не удалось, но пострадавшие напрямую на него указывали. Даже официальные заявления есть.
– И что пропадало?
– Деньги или такое, что можно быстро продать, телефоны, планшеты, аксессуары всякие. Заявители указывали на него, он, разумеется, отпирался. Но сделано было чисто, украдено или потеряно, не разобрать. Так и остался вопрос открытым.
– Вот оно что. Похоже, тут целый джентльменский набор. И драки, и воровство. Сказывалось влияние среды? Я слышал, друзья у него были очень… своеобразные.
– Друзья? Не знаю. Кажется, особо близких друзей у него и не было. С Сазоновым они частенько вместе развлекались, но какая это дружба? Так, тусовка. В характере много общего, что один, что другой, оба без башни. Но дружбой я бы это не назвал.
– Если не ошибаюсь, они познакомились в ночном клубе?
– Да, в «Комете». Это у нас тут такой… рассадник, – немного подумав, подобрал подходящее слово Алексей. – Что ни вечер, то новая новость.
– Костя часто бывал в этом клубе?
– Наверное. Я хвостом за ним, конечно, не ходил, но с Сазоновым видел его часто, а тот уж из «Кометы» этой просто не вылезал. Думаю, и Соловьев был там нередким гостем. Он и у Сазонова иногда гостил, и ночевать оставался.
– По моим сведениям, у него там тоже что-то вроде своеобразного клуба? – усмехнувшись, спросил Лев.
– Да, еще одна моя постоянная головная боль. И от соседей непрерывные жалобы, да и вообще. Созонт этот, похоже, наркотой приторговывает, а за руку поймать
