с мастером оказались родственные души.
— А разве такое возможно? Ведь мы из другого круга.
— Ни время, ни расстояние не являются преградой для Единого Духа, а мы все — лишь его крохотные частички.
Ага, понятно. Всё сразу встало на свои места. Шутка. Главное, ответ дан, хоть и был под завязку наполнен мистицизмом.
— Слушай, а если меч предназначен для Светлой Силы, то почему он такой чёрный?
Это уже спросил я. Мне казалось странным такое несоответствие внутренней сути и внешнего вида.
— Это двуликий меч, в котором сочетаются сразу два вида энергии. Над ним хорошо поработали. Сначала мастер-оружейник. А потом два мага — светлый и тёмный. Но торговец явно не знал о тёмной стороне силы. Руны тьмы потухли от времени. А светлые на таком тёмном фоне видны даже невооружённым взглядом. И он думал, что это оружие Света.
— Э-э, так чья душа в мече? — спросил я, — Всех троих?
— Нет, конечно, — улыбнулась Инара, — Только мастера-оружейника.
Н-да, не думал, что покупка меча может спровоцировать столько вопросов. Но интересно, чёрт возьми. О, кстати…
— А можно как-то узнать имя мастера?
— Чем больше ты будешь работать с мечом, тем сильнее будет ваша связь. И рано или поздно ты узнаешь его имя. Меч подскажет.
Хм. Ну, ладно. Подскажет, так подскажет. А работать я буду обязательно. Двуручный молот — конечно весомый аргумент в любом споре, но меч казался мне настолько родным, что будет грешно не освоить основные приёмы по владению подобным оружием. Эх, надо было в своё время подольше с реконструкторами потусить. Но увы. Девушка, с которой я встречался и которая любила подобные слёты, как-то резко мне разонравилась, и я перестал посещать такие мероприятия. Как говорится, знал бы где соломку подстелить…
К постоялому двору, прижатому к крепостной стене, добрались практически уже в полной темноте. Трёхэтажный большой дом имел форму буквы «П» и занимал приличную площадь. А вывеска над воротами слегка подняла настроение. «Сумеречная зона» — так гласило «оригинальное» название. Оставалось надеяться, что если твари там и есть, то не слишком опасные. Хотя, на мой взгляд, нет опаснее монстра, чем человек без души. Будем надеяться, что здесь проживают только добрые и милые люди…
* * *
Я резко пригнулся, пропуская замах долговязого парня, и сходу всадил двоечку по корпусу. Пять лет бокса не прошли даром. Противник сложился на пол, а я уже бросился к Дэну, на которого насели сразу трое «аленей». Называется, попили пивка, млять. По пути подвернулся табурет, и я не раздумывая подхватил это импровизированное «успокоительное», чтобы тут же всадить его в ближайшего оппонента. Прямо по кумполу этому охреневшему. А нефиг было ножичек доставать. Начали на кулаках, значит дерёмся по честному.
— Твою ж, мать. Сука, — взвыл я.
Пивная глиняная кружка прилетела откуда-то сбоку и лишь чиркнула по виску, но мне хватило впечатлений. А какой-то бородатый мужик уже с рёвом нёсся ко мне. Падла. Ща я тебе… На, распишись… Прямой в нос и тут же крюк с левой. Всё, свободен. Кто там следующий? Однако мой справедливый душевный порыв был остановлен таким рыком, что сразу стало ясно, пожаловал босс всех боссов. Ну, или где-то рядом…
— НЕМЕДЛЕННО ПРЕКРАТИТЬ!
Побоище в таверне, под названием «Новенькие против охуе. ших старпёров», стихло не сразу. Секунд пять какая-то возня ещё продолжалась. Это Данила, взяв своего противника в удушающий захват, охлаждал пыл нападавшего. Однако трудно не заметить десяток городской стражи во главе с представительным офицером в сверкающих доспехах.
— Бергам, опять твои люди драку учинили?
Голос офицера был спокоен и по-деловому сух. А я сделал вывод, что орал явно не он, а специально обученный человек. Слишком уж командный рык не соответствовал его флегматичному виду. А мужчина, к которому он обратился, тут же начал горячо оправдываться. Хотя именно этот Бергам и спровоцировал драку. А ведь как хорошо всё начиналось…
Зашли. Поздоровались с хозяином двора. Получили две комнаты. И сразу пошли наверх. Мы с Дэном заселились в двухместный, а Инара расположилась чуть дальше по коридору, но в одноместном. Как оказалось, наш сенсей заказала еду прямо в номера. Так что мы с Дэном с удовольствием предались акту чревоугодия, который скрасил десятилитровый деревянный бочонок весьма достойного тёмного пива. Вот только еду мы доели, а пиво ещё осталось, и мы решили спуститься вниз в общий зал, служивший столовой. Послушать, поглазеть да себя показать. Само собой, пошли вместе с бочонком. Никого не трогая, заняли свободный столик, и тут нарисовалась «великолепная» шестёрка во главе с этим Бергамом, который без всяких прелюдий объявил:
— Слыште. Это наше место.
— Дружище, тут полно свободных столиков. Выбирай любой.
Я был максимально корректен. Ну не в моих правилах сходу обострять ситуации. Почему я должен поддаваться негативному настрою собеседника? Его эмоции — это его эмоции. Мне до них нет никакого дела. Однако сей товарищ не принял дружелюбного тона и завёлся ещё больше.
— Мне не нужен любой. Мне нужен мой.
— А где написано, что он твой?
Это уже Дэн подключился. Причём вопрос мой друг задал спокойно и без всякого вызова в голосе. Однако этого «аленя» явно тянуло на поиск приключений, и выхватив нож, он воткнул его в наш бочонок со словами:
— Вот, написАл.
Такое спускать было нельзя, и я вскипел. Но Данила опередил меня на долю секунды. Его удар с левой, в которой была зажата пивная кружка, красиво и элегантно отправил охреневшего товарища в глубокий нокаут. И понеслась…
— Хватит врать…
Холодный тон офицера прервал мои воспоминания и заодно красочную историю Бергама, который всеми правдами и неправдами переводил стрелки на нас с Дэном. Кстати, стража нарисовалась удивительно быстро. То ли на прикорме у хозяина постоялого двора, то ли были совсем рядом.
— Мне уже всё рассказали. Так что собирай своих людей и на выход. Сегодня вы ночуете в другом
