пару месяцев и хватит. Вчера в цюрихской газете появился портрет моей королевы во всей красе. Сама понимаешь, что последует дальше. Требование о выдаче преступницы. Толик Нижменко поспел вовремя. Он привез паспорта, билеты. Завтра вылетаем в Москву рейсом Цюрих-Москва!
— Значит, прощай сказка?
— Да. Главное, чтобы сказка хорошо закончилась. А за ресторанчик не волнуйся. Наши хозяева по пансиону заберут к себе в пользование вместо долга. Я уже договорился, кое-какие деньги я им остался должен, но это уже мелочи.
Настя неожиданно для себя заплакала. Жаль было расставаться с этой гостеприимной страной, со своим детищем, с множеством друзей и поклонников. «Что будет дальше? Она снова станет зависимой от человека, которого так и не смогла раскусить до конца? Его игрушкой? Что ждет их в России, где находиться теперь уже общий главный враг? Что стоит ему уничтожить их по приезде?». Иногда девушке казалось, что она ненавидит Макса за все, что он с ней сделал: испортил ее жизнь, отнял свободу, превратил в убийцу поневоле, преступницу, разыскиваемую по всему свету. Но, с другой стороны, он все еще берег ее чистоту, не позволял перейти грань в редкие моменты их близости. Терпеливый, нежный, любящий мужчина — это ли не мечта любой девушки. Пусть даже руки обагрены чужой кровью, но, пока она чиста, остается шанс на спасение. Максим будто дал себе зарок сберечь ее девственность, чтобы спасти душу от черной пропасти ада, разверзшейся под ногами. Сам молодой человек окончательно запутался в своих отношениях с девушкoй, судьба которой тесными путами переплелaсь с его.
Он до сих пор не мог забыть хладнокровия, с которым она смотрела в глаза опасности. «Взять хотя бы их побег из заточения в подвале. Как oна себя вела! Не пискнула, когда Ашот хотел изнасиловать ее! Ведь это бы означало их гибель!» Максим до сих пор вздрагивал от мысли о Настином самообладании тогда в домике, где они провели связанными целые сутки. А момент, когда Настя пристрелила бандита, просто врезался в память. Глаза настоящей убийцы! Спокойные, безжалостные, не оставляющие ни малейшего сожаления от содеянного. Максим сам был на пределе, действовал, как робот. А вот его спутница оставалась при пoлном уме и здравии, хотя и пыталась закатить истерику. В тот момент, она оказалась сильнее его. Когда люди-факелы стали выскакивать из машины, его словно парализовало, а Настя сразу начала действовать. Не застрели она первого, Максим не смог бы нажать на курок. Хорошо, что она не понимает, какой сверхчеловеческой волей обладает. Это ее внутренняя сила настораживает, отталкивает. Любит ли он ее? Теперь это лишний вопрос. Она нужна, как воздух. Такие испытания, через которые довелось пройти вместе, роднят, сближают на всех уровнях. Да и другой такой смелой, самоотверженной, преданной уже не найти! Сама судьба свела нас! Жизнь без Насти станет пустой и неинтересной. А ее любовь — страшная сила, он до сих пор боялся признаться, что боялся не только нарушить ее девственность, он боялся разбудить тот вулкан, который чувствовал в своей спутнице. Он боялся погибнуть он раскаленной лавы ее страстной натуры, способной, как он увидел, на многое, если не на все. Он боялся, что Настя его сотрет, уничтожит своим самообладанием, своей страстью, своей волей. Максим в глубине души чувствовал, что девушка сильнее его.
Глава 6. Нападение
Тревога прокралась в Настино сознание. Весть о скором отъезде разбила хрустальную сказку новой жизни. Впереди вновь ожидала опасность! Сны — не частые гости, однако они являются, когда заблагорассудится. Настя долго не могла заснуть, как-то не верилось, что все скоро закончится. Потом она провалилась в какую-то яму. Ей казалось, что и не сон это, а явь. Самое страшное, что она уже знала все наперед, этот сон из детства ей снился на днях, но когда ее рука опять ухватилась за несуществующий пистолет на поясе, то сон уже казался явью. И она вложила всю свою силу в этот удар, нет не по коту, болтающемуся повешенным на ветке, a по своему несостоявшемуся насильнику. Кто-то громко вскрикнул. Настя проснулась вся в поту. Перед ней стоял на коленях Максим и, ничего не понимая, тер подбитый вторично глаз. И сон и его последствия повторились, как близнецы, словно по какому-то магическому ритуалу.
— Ты чего опять дерешься?
— Прости, сон дурацкий, — смутилась Настя. Она скользнула с кровати на пол к своему мужчине, чтобы удостовериться, что с ним все в порядке. В ту же секунду раздался хлопок. Подушка взметнулась легким облачком из перьев.
— Ложись! — Максим повалил Настю на пол. Следующая пуля просвистела совсем близко, оставив на спинке кровати маленькое отверстие.
— Снайпер! Ползи в ванную, — прорычал Макс, прикрывая своим телом девушку. После следующий хлопка Максим взвыл от жгучей боли. Настя в ужасе схватила его за руку и, напрягшись изо всех сил, втащила в помещение ванной комнаты. Она не понимала, откуда взялись силы, чтобы сдвинуть тяжелого мужчину с места. Ей руководил только страх потерять его. Усилием воли, она подавила в себе крик, увидев алое пятно, расплывающееся на груди раненого. Еще работая в детском саду, она научилась останавливать кровь у несносных малышей, что так и норовили разбить себе что-нибудь. Однако ободранные коленки — не пулевое ранение. Схватив полотенце, Настя зажала рану.
— Держись! Я поищу что-нибудь, — сказала она испуганно, так как все внутри у нее обрывалось от чувства того, что может случиться непоправимое. Настя на ощупь искала то, что может пригодиться.
— Пистолет, — выдавил из себя Максим, превозмогая разрастающуюся боль, — в коробке из-под обуви, в шкафу… Найди… Потом… поможешь мне.
— Хорошо, — Настя содрогнулась от мысли о том, что нужно выйти из укрытия. Там была смерть. Если это киллер, он обязательно завершит начатое. Глубоко вздохнув, девушка распахнула дверь. Пронзительная тишина, царившая в пансионе, затаила опасность. Стараясь ступать бесшумно, Настя двинулась к шкафу. Скрипнула дверца, и сердце ушло в пятки. Даже стук собственного сердца казался оглушительным. Однако времени было мало, девушка опустилась на колени и стала перебирать коробки. Вот и пистолет! Схватив холодный корпус, Настя почувствовала некоторое облегчение. Пусть она не профессионал, как тот, кто охотиться за ними, но постоять за себя Настя могла. Теперь могла. Когда на кону не только собственная жизнь, но и жизнь Максика, она пойдет на
