— Но никто не хочет, чтобы Иван занял трон.
— Да, мы оба знаем, какой катастрофой это может обернуться.
От того, как быстро Рия согласилась с ним и каким тоном она это сказала, спокойствие и самоконтроль Алексея пошатнулись. Вчера вечером она утверждала, что предоставила ему все возможные аргументы, однако утаила главное. И это говорило о том, что она хотела заставить его принять ее план, не раскрыв всей правды.
Рия пришла к нему только потому, что у нее не было выхода. Рассказала бы она ему о документе, который хранился в сейфе ее отца, окажись она в других обстоятельствах? Просто она не готова пожертвовать своей свободой.
— Так ты сделаешь то, о чем я прошу? Ты станешь королем?
В ее глазах появился новый огонек, а губы расплылись в улыбке. Она решила, что получила желаемое — убедила его занять престол — и при этом не связала себя узами брака. Это означало, что его жизнь будет ограничена королевским протоколом, пока Рия будет наслаждаться свободой.
Алексей чувствовал, что его используют, что им манипулируют. Но от этого он хотел Рию не меньше.
Грегор проделал хорошую работу, вымуштровав ее. Рия будет отличной королевой. Прекрасной супругой. Но она не должна стать женой Ивана. Алексей противился этому так же, как и она.
— Меня можно убедить, — медленно произнес он.
Улыбка, отражающаяся в ее глазах, заставляла его терять контроль над собой. Рия решила, что выиграла, — и это вызывало в нем гнев. Необходимо дать ей понять, что он знает все ее секреты и намерен использовать их в своих целях.
Особое наслаждение заключалось в том, чтобы выдавать информацию постепенно, а не обрушивать на нее сразу.
— Я сделаю то, о чем ты просишь, — сказал Алексей, не отводя взгляда от лица Рии, чтобы насладиться ее реакцией. — Но на определенных условиях.
Глава 7
— Условиях? — В голосе Рии послышался ужас. — На каких условиях?
— На условиях, которые мы с тобой должны согласовать. Мы должны распланировать наше будущее.
— Но у нас нет будущего…
Она выглядела потрясенной.
— Ты думаешь? — протянул Алексей.
Их взгляды задержались друг на друге. Рия первая отвела глаза, не выдержав его упорства.
— Какие условия? — спросила она.
Теперь в ее голосе звучало только смирение. Она признала свое поражение. Подозревает ли Рия, что он имеет в виду? Темная волна удовлетворения захлестнула его.
— Я стану королем — на тех же условиях, что и Иван.
С минуту она переваривала его слова, пока их значение не стало ей понятно. Алексей наблюдал за сменой эмоций на ее лице. Молодая женщина с трудом сглотнула, а он боролся с непреодолимым желанием прикоснуться губами к бледной коже ее шеи и спускаться ниже и ниже…
— Но те условия касались только Ивана… — запинаясь, напомнила Рия.
Она либо не вполне осознавала, о чем он говорит, либо не хотела осознавать.
— Либо так, либо никак. В противном случае желаю счастья в браке с Иваном.
— А Мекджория? — Откуда-то у нее появились силы, чтобы ответить на его вызов. — Ты готов к всеобщим беспорядкам, которые последуют за твоим отказом от короны?
Вопрос задел Алексея. Унес в воспоминания той ночи, когда умирающий отец убеждал его смотреть в лицо будущему, где его решения и поступки могут вызвать тяжелые последствия, если он сделает неправильный выбор. Алексей вспомнил, как подвел Беллу. Может ли он позволить себе подвести целую нацию? Тысячи семей — тысячи таких Белл?
Он подведет и отца, если позволит Ивану занять трон. Тем самым он проигнорирует его предупреждение. Теперь он примет правильное решение. Чтобы победить Ивана. Не подвести отца. И иметь Рию рядом с собой в качестве королевы и в постели.
— Это единственный способ избежать беспорядков и спасти трон от Ивана. Поверь мне, я чувствую то же, что и ты, при мысли о том, как он будет править страной, — заявил Алексей.
Она должна была этого ожидать. Рия знала, что между ними всегда существовала вражда. Иван насмехался над Алексеем и оскорблял его мать, называя ее самозванкой.
Несколько мгновений назад она предположила, что он думает о чем-то другом, но теперь… Возможно ли, что он предлагает ей вместе выступить против Ивана? Неужели она станет не врагом, а союзником Алексея? Ее сердце забилось быстрее от волнения. И вновь появилась надежда вернуть друга.
Но существует ли еще тот друг, которого она знала раньше? Когда они были друзьями, Рия не испытывала того, что испытывает сейчас — совсем не детское сексуальное влечение.
— Какие конкретно условия?
В глубине души она знала ответ, но не могла в это поверить.
— Я уже сказал. Я приму корону на тех же условиях, какие твой отец согласовал с Иваном.
Рия откинула голову на спинку кресла и широко раскрыла глаза. Она была шокирована. Так было и тогда, когда она обнаружила документы. Но сейчас шок был, пожалуй, сильнее. Ей было известно, что ее отец великий манипулятор. Но Алексей?! Она пришла к нему с надеждой, а оказалась в еще большей ловушке. И собственные аргументы теперь затягивали ее в темную паутину.
— Брак, — твердо проговорил Алексей. — Условием соглашения был брачный союз.
Он стоял неподвижно, сверля ее взглядом.
— Ты хочешь, чтобы я вышла за тебя замуж? — Ей казалось, что слова оставляют яд на языке. — Как в их соглашении? Я не буду… я не могу!
— Не то, на что ты надеялась? — с иронией спросил он и цинично улыбнулся. — Перспектива тебя не радует? Стать женой Ивана гораздо привлекательнее?
— Не радует совсем.
Это было даже хуже.
К Ивану Рия испытывала только страх и отвращение. Но она никогда его не любила, не строила планы на будущее с ним. Никогда не представляла себя с ним, как она это делала в мечтах об Алексее.
И теперь он сделал предложение… Нет, это сделка, холодная, бессердечная. Это разрывало ей сердце, причиняло смертельную боль.
Рия не могла смотреть на Алексея. Но его глубокие темные глаза притягивали ее, его губы были так соблазнительны, что перед ними невозможно было устоять. Когда-то она мечтала, чтобы он ее поцеловал. Еще подростком, лежа в постели, она представляла, как это будет, страстно желая, чтобы мечта стала реальностью. Вчера вечером ее мечта осуществилась. Она узнала вкус его поцелуев и то прекрасное чувство, которое они дарили. И теперь другие части тела, более интимные жаждали ласк Алексея. Но это грозило ей эмоциональным разрушением.
И о предложении руки и сердца она тоже мечтала десять лет назад. Но не так это представляла.
— Неужели ты веришь, что это возможно?
