тридцати с кожей карамельного оттенка и заплетенными в длинную косу черными волосами – очень красивая. Черты ее лица, хоть и мягкие, и глаза изумрудного цвета не оставляли сомнений, что она здесь командует. Также я заметил девочку лет одиннадцати со светлыми волосами и длинной челкой. Она сидела за компьютером и что-то печатала, не обращая внимания на происходящее. Поглощенная компьютером, девчонка даже не повернулась в мою сторону, продолжая постукивать длинными тонкими пальцами по клавиатуре и корча гримасы.
– Не бойся, мы не будем резать тебя на кусочки, – произнес голос, который я тут же узнал.
Эдж. Он подошел ко мне, широко улыбаясь. Наконец-то я увидел того, кто спас меня: он совершенно не соответствовал моим ожиданиям. Голубые, практически прозрачные глаза смотрели пронзительно и никак не сочетались с темными волосами. На правой брови был пирсинг: две маленькие пики выглядывали с каждой стороны. Пряди волос падали на лицо. Он откинул их назад быстрым движением руки, и я заметил татуировки, спускающиеся от шеи до самых кистей. Так вот как выглядит гениальный хакер, который мне помог.
Эдж кивнул мужчине у меня за спиной и повернулся к женщине. Я не мог не следить за ним глазами: вглядываясь в его лицо, я надеялся нащупать хоть какую-то подсказку о том, где сейчас нахожусь. Он был здесь единственным, кого я знаю, и это пугало. Казалось, меня привели в клетку с хищниками. Вдруг дверь за моей спиной резко захлопнулась, и я вздрогнул. Я в ловушке. Браво, Эван! Вот уж молодец так молодец.
– Видок у тебя так себе, – поддразнил Эдж, приблизившись.
Он был выше меня на голову. Кашлянув, собирался сказать что-то еще, но женщина его опередила.
– Эван, я очень рада тебя видеть, наконец-то! – воскликнула она с несколько преувеличенным задором. – Твой папа столько о тебе рассказывал!
Я резко повернулся к ней и нахмурился. Ненавижу, когда об отце так говорят, словно хвалятся: «Я так хорошо его знал». Больше всего на свете меня раздражают эти слова. Почему люди думают, что обязательно нужно упомянуть, как они были близки с моим отцом? Это же не соревнование. Речь идет о моем отце. Который умер.
– Откуда вы его знаете? Где я? Кто вы, в конце концов?
Я кричал все громче и громче, требуя ответа сию секунду. Хватит с меня загадок и недомолвок. Хочу все узнать здесь и сейчас, в этих катакомбах. И никуда не уйду без разъяснений.
– Так он не в курсе? – удивленно обратилась женщина к хакеру.
– Конечно нет! Я не собирался ему обо всем рассказывать по телефону, да еще и в погоне! – завелся Эдж.
Я слушал их и не понимал ни слова. Какая связь между моим отцом и… этим местом? С самого утра мне казалось, что меня разыгрывают, что вот-вот кто-нибудь войдет в комнату с криками: «Улыбайтесь! Вас снимает скрытая камера!» – самый правдоподобный вариант из всех, что мне удалось придумать. Но больше всего на свете хотелось проснуться в холодном поту посреди ночи и понять, что мне просто приснился кошмар.
– Как бы там ни было, времени на нежности у нас нет, – вмешался мужчина, открывший мне дверь. – Придется быстро ввести его в курс дела. Ждать больше нельзя.
Я повернулся, чтобы посмотреть на него. Он смерил меня взглядом с головы до ног, подошел и нетерпеливо протянул руку. Его угрюмый вид не предвещал ничего хорошего. Половина лица от правого глаза до подбородка была покрыта шрамами от ожогов, а в ярком освещении он выглядел грозно. Я с трудом сглотнул, постаравшись не пялиться на него, но напрасно. Глаза сами возвращались к его шрамам. Мужчина был выше меня на две головы, а под темно-серыми брюками и тонким черным свитером проступали мускулы. Голова бритая, как у военных. Может, он вообще из тех, кто сначала бьет, а потом спрашивает, – ничего хорошего для меня.
– Дай сюда свой телефон.
Он говорил низким, скрипучим голосом, подвизгивая на последних слогах. Такой горе мышц перечить почему-то не хотелось. Придется схитрить, а не то мистер Мускул разозлится.
– Ты меня слышал, малыш? – повторил он, теряя терпение. – Телефон. Давай сюда. Живо!
Я вздрогнул и вцепился в телефон как можно крепче. Безотчетно отступил. Здесь оставаться нельзя. Надо выбираться отсюда любой ценой. Во что я вляпался?!
– Оставь его в покое, Райз! – вмешался Эдж, легонько толкнув здоровяка. – Ты его пугаешь. Эван, иди сюда, я все объясню, но Райз прав, ты должен отдать телефон.
– Мечтать не вредно! Заберешь его, а потом я не смогу позвать на помощь, так?
– Не глупи, – презрительно ответил Райз. – Ты хоть знаешь, где мы? В катакомбах. Под Парижем. В двадцати метрах под землей. Телефон тебе тут не поможет. Связи тут нет, но само устройство еще работает. Если еще не дошло, пока телефон у тебя, злые дяди могут тебя найти. И нас заодно. Так что давай его сюда, и поживее!
Я убедился в его словах, взглянув на телефон. Действительно. Связи тут нет, даже экстренный вызов не работает. На экране высветилось море уведомлений: Фейсбук, Инстаграм, две эсэмэски от Давида, три звонка и четыре сообщения от Луизы. Но ответить нельзя. В бессилии я закусил губу. Наверняка моя подруга места себе не находит и беспокоится обо мне. Все очень фигово. Но стóит ли мне снова их послушать и отдать единственное средство связи с внешним миром? Я им не доверяю, а этому здоровяку – меньше всех. Он нервный, того и гляди кулаки в ход пустит. Я скорчил гримасу. Эдж встал напротив, повернувшись спиной к Райзу, который подошел еще ближе.
– Эван, дай сюда телефон, – мягко настоял Эдж. – Мы в опасности. А больше всех – ты.
Я взвесил все «за» и «против» и взглянул еще раз на Райза, стоявшего за спиной Эджа. Будем честны: против него у меня ни шанса. Стóит ему дунуть на меня, как я упаду, а он заберет телефон. У него на шее забилась жилка – терпение Райза подходило к концу. Так что я принял единственно верное решение: против воли отдал телефон хакеру, злобно взглянув на него.
– Я хочу все знать. Прямо сейчас.
12. 110000110000110000110000110001110010
– Поторопись, – сказал Райз. – Чем дольше тянешь, тем больше у них шансов нас найти.
Эдж кивнул и вооружился чем-то вроде щипцов. Я недоуменно приподнял бровь. Хакер выключил мой телефон, вытащил батарею и достал сим-карту. Вернув мне симку, он раздавил телефон щипцами. Да он спятил! Я подбежал к нему.
– Ты больной?! Ты просто псих, честное
