Читаем без скачивания Роскошная скромность - Холли Престон

— Ты что-то побледнела, Линда, — заметил Роберт, искоса поглядывая на девушку.

— Э… значит, совесть у меня нечиста, — нашлась она. Мальчик улыбнулся, поняв, что с ним шутят, и вбежал в кафе. Линда вознамерилась последовать за ним, однако Уорнер задержал ее. Он запустил пальцы в короткие рыжие кудри.

— Неужели? Насчет совести — это правда? — хмуро поинтересовался мужчина.

— Господи! Конечно же нет! — Линда попыталась вырваться, но тщетно — цепкие пальцы продолжали держать ее.

— Тогда с чего бы эта бледность? — Он откинул голову девушки назад и взглянул сверху вниз на ее лицо. Их взгляды встретились. Ах, какие же все-таки у него прекрасные глаза! Даже в гневе они хороши. Сверкающее золото, сокровище инков… А смуглое его лицо — отчужденное, худощавое, красивое лицо аскета! — Линда! — На этот раз в тоне угадывалось предостережение. Да, она забылась и выдала себя собственным взглядом. Так нельзя смотреть на мужчину! Тот все заметил, все разгадал, отсюда и этот резкий тон.

Линда ринулась было в полумрак кафе, но прежде чем она подошла к Роберту, пальцы Филиппа вновь сомкнулись на ее руке.

Как было бы хорошо сейчас снова услышать насмешку в его голосе. Но нет, совсем другим тоном он проговорил:

— Ты в порядке, Линда?

Она кивнула, послав ему слабую улыбку. Теперь уж точно спасти ее может только срочное возвращение в Бирмингем. Но, во-первых, у нее нет денег. Во-вторых, если она уедет, то не сможет претворить в жизнь один очень важный проект. А Роберт — стоящее вложение душевного капитала.

Через несколько дней Линда поняла, что поладить с Робертом очень легко. Его присутствие оказало ей неоценимую услугу. Начать с того, что теперь не было возможности оставаться наедине с хозяином дома. Обед подавали раньше, а мальчику разрешали ложиться попозже. Ребенок стал оживленным, разговорчивым, веселым, так что, по всей видимости, был счастлив. Однако иногда в его ясных голубых глазенках угадывалась прежняя печаль.

— В школе тебя зовут Роберт? — однажды спросила его девушка. Они гуляли в саду.

— Только учителя. Ребята зовут меня Робби — во всяком случае, мои друзья. А ребята постарше — Уорнер.

Линда усмехнулась. Как все это знакомо!

— Хочешь, я буду звать тебя Робби? — спросила она. Мальчик посмотрел на нее с улыбкой.

— Хочу. Папа всегда зовет меня Робертом, а мне больше нравится просто Робби. Если ты станешь называть меня так, может, и он передумает.

Вечером позвонила Эмили и сообщила потрясающую новость.

— Мы решили пожениться в конце месяца, — заявила она. — Клайв может получить работу в больнице на севере, и было бы глупо откладывать свадьбу. Основная мебель у нас уже есть, на остальное подкопим, когда поженимся.

— Это же в конце следующей недели! — ошеломленно вскричала Линда. — Я по-прежнему подружка невесты?

— Конечно. Твое платье почти готово. Надеюсь, ты не набрала в весе на деревенских булочках? Я отдала те мерки, которые мы сняли еще до твоего отъезда.

— Не беспокойся, я в него влезу. Проблема в другом — как уехать отсюда, — озабоченно проговорила Линда.

Проблем, собственно, больше: первая — как вернуться в Бирмингем и вторая — где остановиться там.

— А что, если тебе приехать вместе с Уорнером? — предложила Эмили. — Умираю, как хочу посмотреть на него.

— Он очень занят, — последовал быстрый ответ. — Мистер Уорнер сейчас работает над новой книгой. — Я приеду поездом. У меня пока есть кое-какие сбережения. — Они на самом деле, есть, но очень скудные. Положив трубку телефона, Линда задумалась. Не замечая ничего вокруг, девушка пересекла холл и чуть не налетела на Филиппа.

— Что-нибудь случилось?

Она быстро затрясла головой.

— Ничего. Звонила Эмили. Она выходит замуж раньше, чем ожидалось. А я — подружка невесты. Мне придется поехать в Бирмингем. Свадьба состоится в конце следующей недели. — Филипп продолжал молча смотреть на нее. — Э… мое платье уже готово.

— Пойдем в кабинет, — спокойно приказал он. — Мне следовало сделать кое-что сразу же, как ты приехала, но то одно, то другое, и эта мысль выскочила у меня из головы.

— Какая мысль? — Линда нерешительно остановилась в дверном проеме, пока хозяин шел к своему столу.

— Заходи. Я не кусаюсь. — Он выразительно посмотрел на девушку. Та прошла вперед с явной неохотой. Его кабинет — святая святых, место, где он создает свои книги. Владение писателя, куда посторонним вход воспрещен.

Сейчас он смотрел на нее, проявляя явное нетерпение.

— Будь добра, перестань так пугаться! — в высказанной просьбе прозвучали раздраженные нотки. — Как же ты умеешь все усложнять! При взгляде на тебя можно подумать, что я пригласил человека, чтобы учинить ему разнос. А хотел я тебя видеть вот для чего: я собирался открыть на твое имя банковский счет ко дню твоего приезда. Но уж извини, за делами как-то забыл об этом.

— У меня есть банковский счет, спасибо, — с несколько чопорными интонациями в голосе сказала девушка. Ни в коем случае нельзя позволять Уорнеру давать ей деньги. И так-то тяжело сознавать себя приживалкой, пользующейся барской милостью. Нет, нет, не хватало еще жить на его подаяние. Этого ни в коем случае допустить нельзя!

— Есть свой счет? Прекрасно, — сухо выразил свое одобрение Уорнер. — А теперь ответь, много ли на нем денег?

— Достаточно. — Линда избегала его взгляда, а когда молчание затянулось, пробормотала: — Это очень благородно с твоей стороны поинтересоваться… побеспокоиться, но…

— Тебе никогда не приходило в голову, что во всех случаях жизни можно быть просто любезной? — холодно спросил Филипп. — Странная манера всегда делать из мухи слона. Ординарное событие превращается тобой в явление века. Мы оба прекрасно знаем, что если бы ситуация не была такой безнадежной, ты ни за что на свете не приехала бы сюда. Так? Если бы ты могла позаботиться о себе самостоятельно, то осталась бы в Бирмингеме и сняла бы другую квартиру. Нетрудно сообразить, что ты не сделала этого из-за отсутствия денег. Я же предлагаю тебе финансовую поддержку.

— Нет! — Линда твердо взглянула на мужчину. — Ты приютил меня здесь против своей воли. Я ведь для тебя посторонний человек, даже не родственница. Мне хватит того, что я имею, и…

— А как ты собираешься добраться до Бирмингема? И где будешь жить до свадьбы? Остановишься у своего парня? Вряд ли ты способна решиться на подобное, иначе ты не приехала бы сюда.

— Он просил моей руки, — с вызовом в голосе заявила Линда.

Черная бровь Уорнера скептически поползла вверх.

— И что же ты? Видимо, посчитала положительный ответ слишком большой платой за возможность как-то дотянуть до сентября?

— Я сама решаю, что мне делать со своей жизнью. Я собираюсь учиться, а… а замужество пока не входит в мои планы.

Линда направилась к двери, спасаясь от дальнейших расспросов. Ее начинала трясти нервная дрожь, слезы подступили к глазам. Попробуй тут оставаться любезной! Ей всегда приходилось самой бороться за место под солнцем. И тут уж не до светских манер.

6

Уорнер настиг ее у самой двери. Вспышка раздражения у него, похоже, погасла.

— Ну хорошо, Линда. Я все понимаю, но все-таки постарайся не упрямиться. Давай на время оставим вопрос о деньгах.

— Спасибо, — только и сумела ответить девушка.

Филипп схватил ее за плечи и повернул лицом к себе.

— Я отвезу тебя в город. Мне так или иначе надо поехать туда, я возьму тебя с собой. Что молчишь? Судя по всему, ты и сейчас ищешь ловушки, для тебя специально расставленные? Если ничего не обнаружишь, то позволь мне сопровождать тебя в этой поездке.

— Мне нужно успеть туда до свадьбы, чтобы примерить платье. А еще мне придется решить, что делать дальше; — с волнением добавила Линда.

— Нет проблем. Мы забросим Роберта в школу и сразу же поедем.

В среду? Как, оказывается, все просто. Только где же ей там, в Бирмингеме, остановиться? Впрочем, об этом пусть беспокоится Эмили.

— Хорошо, хорошо, спасибо.

Филипп продолжал смотреть на девушку сверху вниз, а его длинные пальцы медленно скользнули по ее худеньким плечам. Он делал это почти бессознательно. Все то же теплое, странно волнующее чувство охватило Линду. Она опустила глаза и вновь ощутила холодок, побежавший по спине при звуках его низкого голоса.

— В тебе столько таинственности, — мягко проговорил мужчина. — С тобой никогда не знаешь, что произойдет в следующий момент.

— Пока ты все про меня не выяснил, я, пожалуй, пойду, — отозвалась девушка. Пальцы Филиппа на мгновение замерли, а потом он вдруг опустил руки и открыл перед гостьей дверь.

— Я выясню. Во всяком случае, попытаюсь узнать, кто ты. Или источник света, освещающий тьму, или же источник постоянного раздражения? Но кем бы ты ни была, ты обрушилась на этот дом, словно удар молнии, и внесла смятение в мою жизнь и душу.