Читаем без скачивания Роскошная скромность - Холли Престон

Когда Линда вернулась в свою комнату, она почувствовала: что-то здесь изменилось. Она остановилась в дверях, оглядывая знакомый интерьер, и вдруг он неожиданности у нее перехватило дыхание. На стене, как раз напротив кровати, висел тот замечательный портрет! Только Филипп мог повесить его. Что двигало им? Какие чувства человек испытывал и какие хотел этим своим поступком подарить ей, Линде?

Как бы то ни было, а она благодарна ему за такой красивый жест. Девушка продолжала рассматривать знакомые черты юной Анны, когда на пороге комнаты возникла мужская фигура. С легкой улыбкой на лице, прислонившись плечом к дверному косяку, стоял Филипп Уорнер собственной персоной.

— Леди Белинде понравилось? — прозвучал в тишине комнаты его низкий голос. Линда смотрела на Филиппа, не имея сил скрыть свою радость.

— Конечно! Можно, он повисит здесь до моего отъезда? — спросила она.

— Ты можешь оставить портрет себе, — спокойно отозвался Уорнер. — Если уж кому-то он и должен принадлежать, так только тебе. Портрет достался Джону, а теперь он по праву твой.

— Вот как все грустно вышло в наших семьях, — тихо проговорила Линда. — Жаль, что ничего уже нельзя изменить.

— Да, конечно, — печально согласился собеседник. Он вдруг повернул девушку к себе, глядя ей в глаза. — Ты, моя сказочная маленькая Линда, возродила жизнь в Доме призраков, но ты тоже уйдешь отсюда, как тот корабль, что зашел на время в порт и снова держит курс к неизведанным берегам. Тут уж ничего нельзя изменить.

— Я понимаю, что ты чувствуешь… — заговорила Линда, но мужчина печально усмехнулся и нежно приподнял двумя пальцами ее подбородок.

— Сомневаюсь. Очередной плод твоего пылкого воображения. Не надо…

— Вмешиваться? — перебила она.

Филипп рассмеялся.

— Я хотел сказать, не надо забивать свою рыжую головку мыслями об Уорнерах. За них не волнуйся — род очень крепкий.

— А Робби? Как с ним будет?

— Время покажет, — спокойно ответил мужчина. — Ложись спать. И почаще смотри на свою красавицу-бабушку. Не забывай, что ее жизнь была бы совсем иной, не появись она в этих краях. Такие легкие рыжие создания не находят общего языка с пиратами.

Когда он вышел, девушка присела на краешек кровати и вновь подняла глаза к портрету. Теперь он стал ее фамильной реликвией, которая поможет ей почувствовать свою связь с прошлым. Кстати, Филипп для нее тоже все еще остается человеком из прошлого. Мисс Бекли пока не чувствует внутренней готовности встретиться с ним в настоящем. Общего будущего у них нет и не может быть. Он ведь сам сказал, что ее пребывание здесь — дело временное. Сказал без всякого сожаления, совершенно не заботясь о том, как она отнесется к его словам. Остается неразгаданным, тот странный поцелуй… Она, Линда, делает вид, будто вообще ничего не было. Уорнер же едва ли не раскаивается в том, что произошло. Но ведь произошло же! Случилось нечто такое, что самым невероятным образом перевернуло ее жизнь.

7

В среду Робби возвращался в школу. Линда собрала минимальный набор вещей, которые ей потребуются в Бирмингеме, ведь Уорнер уедет из города, как только закончит там свои дела, так что сюда ей придется добираться одной.

Робби старался выглядеть веселым, хотя особой радости, похоже, не испытывал. Как только машина остановилась у школы, он, пользуясь тем, что отец выгружал чемоданы, с видом заговорщика наклонился к Линде.

— Ну так есть у тебя какой-то план? — зашептал мальчик, опасливо оглядываясь на Филиппа.

— Какой план? — испуганно переспросила девушка.

— Насчет школы! — напомнил Робби. — Я-то был уверен, что ты уговоришь папу перевести меня в другую школу. — На лице его отразилось такое искреннее огорчение, что Линда задумчиво прикусила губу.

— Ты действительно хочешь уехать отсюда? Ну и хорошо… — Господи, на какие лукавые ухищрения ей приходится идти ради Филиппа!

— Я могу остаться здесь, если так надо, — тихо произнес мальчуган, и это положило конец колебаниям Линды. Она протянула Робби свою руку и неловко чмокнула его в щеку.

— Предоставь все мне, — шепнула девушка ему на ухо. — У меня, кажется, действительно есть отличный план.

— Вот здорово! — Робби широко улыбнулся, и в этот момент подошел Филипп.

— О чем это вы секретничали? — полюбопытствовал он, когда, оставив мальчика, они отъехали от ворот школы. — Что вы еще задумали?

— Мм… да так, — замялась девушка. — Просто я сказала, что Робби еще застанет меня, когда приедет на пасхальные каникулы. Он очень обрадовался.

— Естественно. — Филипп бросил в ее сторону скептический взгляд и проворчал, не слишком впрочем, сердито: — Для человека, испытавшего столько горя, вы слишком любите опасности леди Белинда.

— Ты же обещал не называть меня этим дурацким именем! — возмутилась девушка.

Филипп пожал плечами.

— Это произошло случайно, не сердись. Я писатель. И у меня бурное воображение. Я часто представляю себе, что ты — леди из прошлого: яркие волосы, ниспадающие глубокими складками одежды и сияющие фиалковые глаза. Пожалуй, такой образ украсит одну из моих книг.

Линда успокоилась. Идея не так уж и плоха. Даже ненавистное имя в устах Уорнера сейчас прозвучало почти романтично — леди Белинда среди серых валунов на берегу бушующего моря. Эту сцену невозможно представить без Дома призраков. Без этого дома она бы навсегда осталась просто Линда, человек без прошлого и будущего.

Но вряд ли речь идет о действительном писательском замысле. Удивительно интересные книги Уорнера неизменно оказывались в числе бестселлеров, но в них не было и тени романтики, как не было ее в самом авторе — лишь жесткий, холодный интеллект.

Ну и пусть интеллектуальный насмешник сам решает свои проблемы. У нее собственных забот хватает. Впереди свадьба подруги, предстоит много суеты, радостных приготовлений. Но где ей, Линде Бекли, жить в эти суматошные дни?

Странно, но особой радости при въезде в Бирмингем Линда не испытывала. Она совсем отвыкла от городского шума, многолюдья. Филипп молча ведет машину и не обращает на свою спутницу ни малейшего внимания. Вот сейчас он спросит, где ее высадить. И что ему ответить? Остается назвать лишь адрес больницы, где работает Эмили, больше на ум ничего не приходит.

Но Филипп молчал, и Линда сидела тихой мышкой, пока он наконец не остановил машину у газона роскошного дома на одной из центральных улиц.

— Что это? — изумленно выдохнула девушка, когда он распахнул перед ней дверцу машины.

— Мой городской приют, — усмехнулся Уорнер. — Когда Роберт в школе, а шум моря начинает меня раздражать, я удираю сюда.

— Понятно…

— Пока мы в Бирмингеме, поживем здесь. Так хоть я смогу за тобой присматривать.

— Не забывай, — строго напомнила девушка, — я давно присматриваю за собой сама.

— Ну разумеется, — успокоил Филипп. — Придется все-таки поступиться малой толикой самостоятельности. Другого выхода у тебя нет. Теперь ты со мной.

И хотелось бы в этот момент ответить гордым отказом, но ведь надо рассуждать трезво: на какое-то время предложение Уорнера решит все проблемы. Линда покорно позволила Филиппу проводить себя в дом. Здесь было очень тихо, и хоть несколько минут назад она сетовала на громкий шум города, полное отсутствие шума даже в какой-то мере встревожило ее.

— Здесь что-то уж очень тихо, — заметила она.

— Дай мне несколько минут и я создам такой уровень шума, какой необходим тебе для отдыха.

— Я хотела сказать… — смутилась девушка, чувствуя, что краснеет.

Филипп остановил ее на полу фразе.

— Понимаю, что тебя смущает. Объясняю: мистер Уорнер самостоятельно выяснил, что мисс Бекли негде остановиться, и предлагает юной леди достойное пристанище. Мистер Уорнер заверяет, что у него нет никаких скрытых намерений, он горит желанием защитить бедную одинокую девушку. Все понятно? Выше нос, мисс Бекли! Я сам отвезу тебя куда надо. Если не смогу — возьмешь такси. Ты будешь готовиться к свадьбе, а я заниматься своими делами. А потом мы вместе вернемся в дом наших милых призраков. Только и всего.

По его словам все выходило очень просто. Но Линда все же ощущала некоторую неловкость.

— Ты вовсе не обязан делать это для меня… — начала она, но Филипп лишь недовольно повел бровью.

— Думаешь, только ты одна можешь вмешиваться в чужие проблемы? — сухо заметил он. — Вопрос решен! Я сейчас принесу багаж.

Водворенная в свою комнату, Линда осознала, что действительно все получилось очень удачно. Филипп потом отвезет ее обратно — тоже хорошо. На душе у нее было необыкновенно легко, и после ужина, приводя в порядок свои вещи, она поймала себя на том, что поет. Давненько подобного с ней не бывало.

У счастья есть и свои трудности — к такому выводу пришла Линда, когда, ворочаясь с боку на бок, она никак не могла заснуть. Не оставляла ее мысль о том, что она наедине с Уорнером в его доме. Здесь все не так, как в Доме призраков — более интимно, что ли.