Читаем без скачивания Роскошная скромность - Холли Престон

В тот вечер ее отвозил домой Дэйв. Оставшись с ним наедине, Линда чувствовала себя ужасно неловко. Он хотел подтверждения ее теплых чувств, а она избегала даже прощального поцелуя.

— Ты очень изменилась, — горестно заметил молодой человек. — Прошло так немного времени, а ты стала совершенно другой.

— Ну, ты не прав! — запротестовала она, стараясь говорить как можно более легкомысленно. — Конечно, жить в чужом доме — не сахар, но и не вечное испытание. Заверяю: я была, уж поверь, не в аду.

— Ну это как посмотреть… Судя по мужчине, который встречал тебя вчера в дверях, можно в этом и усомниться. Так это и есть великий Филипп Уорнер, который, как мы знаем, тебе вовсе и не родственник?

Да, Дэйв, это действительно он. Мой «не родственник», подумала Линда. А прошлым вечером он очень злился. Будет злиться и сегодня, если увидит ее в этой машине. При этой мысли девушка едва не подпрыгнула на месте: кажется, этот обольстительный пират ревнует. Он ревнует!

Впрочем, может быть, она опять обгоняет события.

— Да, Дэйв, это был Филипп Уорнер, — беззаботно заявила Линда. — Он действительно был разгневан. Я, понимаешь ли, не сказала ему, где и как проведу целый день.

— Он или слишком праведный дядюшка, или ты ему нравишься? — не без подковырки задал свой вопрос Дэйв.

Линда взяла свои вещи и, открыв дверь машины, холодно заявила:

— Вот уж не думала, что ты будешь усложнять и без того сложную мою жизнь. У меня так много проблем, что не хватало еще ссориться с друзьями.

Уорнера дома не было. Наверное, он приглашен на какой-нибудь званый ужин. Писатели подобного масштаба никогда не остаются без пристального внимания общества.

Скорее всего, он ведет задушевные разговоры, смеется с людьми, которых она, вероятно, никогда не встретит. У него важные дела. А она, Линда Бекли, целый день была занята решением чьих-то бытовых проблем — с его точки зрения, занималась всякой ерундой. Печальная истина: она совсем не подходит Филиппу Уорнеру.

8

Филипп появился лишь на следующее утро. Он вошел, когда Линда уже сидела за завтраком.

— Итак, сегодня великий день? Твой наряд готов?

— Да. Я привезла его прошлым вечером. А через полчаса прибудут цветы.

— Сегодня мне будет позволено тебя подвезти? — поинтересовался он.

Линда кинула в его сторону быстрый взгляд.

— Если тебе, конечно, не трудно, это было бы здорово, потому что платье очень длинное.

— Трудно? Уж, кажется, я дал тебе понять, что всегда готов помочь.

Линда сообщила время венчания и адрес церкви. А теперь наступила пора ее собственных забот, без чего в этот особый день обойтись невозможно. Душистая ванна, маникюр и безуспешные попытки справиться с норовом непослушных вьющихся волос.

Девушка настолько увлеклась приготовлениями, что Уорнер вынужден был ей напомнить, что она может опоздать. Все готово. Оставалось, окинув себя последним взглядом, решиться предстать перед непримиримыми янтарными глазами.

Для платья был выбран шифон нежно-зеленого цвета, что удивительно подходило к рыжим волосам, создавая образ мистической, нереальной, нездешней юной красавицы.

Филипп нетерпеливо расхаживал по комнате, теребя ключи от машины. Когда Линда появилась в дверях, он замер как вкопанный. Похоже, все мысли, угнетавшие его, разом исчезли.

Его золотистый взгляд скользнул по стройной девичьей фигурке в волшебном платье, слегка задержался на нежных кремовых цветах, вплетенных в яркие рыжие кудри, и остановился на испуганных глазах.

— Прекрасное маленькое создание, — тихо произнес Филипп. — Мне действительно жаль невесту.

Тут не сразу и найдешься, что ответить. Сердце отчаянно колотилось. Так хотелось, чтобы этот человек, отбросив свои амбиции, подошел бы и обнял ее. Но это уже могло угрожать самым настоящим обмороком. Красноречивое молчание было выражением их чувств.

— Поехали, — поторопил он. — На дороге, скорее всего, будут пробки, а я хочу доставить тебя вовремя.

Машина подъехала к церкви, у ворот которой собралась целая толпа. Из нее тут же вынырнул Дэйв и распахнул дверцу перед Линдой, прежде чем именитый водитель успел пошевелиться.

— Ты выглядишь восхитительно, — заявил Дэйв и, мельком глянув на Филиппа, спросил: — Мистер тоже приглашен? — Линда спиной почувствовала, как закипает гнев Уорнера. В тоне Дэйва слышался вызов, а Филипп Уорнер из тех людей, которые не оставляют подобные выпады без внимания.

— Мистер Уорнер слишком занят, — поспешно отозвалась Линда, чем, впрочем, не остановила желания Дэйва обострить ситуацию.

— Вот и отлично! Я сам буду тебя сопровождать.

Какая глупость! Неужели мужчины рискнут сейчас нарушить тот относительный покой, в котором она пребывала? Линда умоляюще взглянула на Уорнера, который смотрел холодным изучающим взглядом, стоя по другую сторону машины.

— Филипп, я сказала тебе, где состоится банкет… — В голосе Линды слышалась явная тревога, и глаза Уорнера понимающе остановились на ее побледневшем лице.

— Я заеду, не беспокойся, — спокойно отозвался он. — Время я помню.

— Ах, теперь, видимо, так положено — человек собирается болтаться рядом в ожидании тебя? — не без подковырки поинтересовался Дэйв, глядя вслед удаляющейся машине. — Мне-то по простоте душевной казалось, что знаменитый писатель слишком занят для таких хлопот. А может быть, классик считает свое присутствие на скромной свадьбе ниже его достоинства?

— Помолчи! — запротестовала Линда. Ну вот — этот точно ревнует! И ведь наверняка у Дэйва есть парочка постоянных подружек, но посчитал необходимым встать в отвратительную позу мужского принципа — «мое-мое».

Дэйв от ревности явно поглупел. «Скромная свадьба»! Да здесь сотни людей, но, если быть честной, ни один из них не сравнится с Уорнером. Мистер Уорнер выглядел просто великолепно в сером костюме, подчеркивающем черноту волос и смуглость кожи. То, что он красив, — не одна Линда открыла. Но, возможно, только ей ведомо, насколько духовна, органична его красота.

К счастью, у главной подружки невесты была масса всенепременных обязанностей, и на некоторое время внимание девушки сконцентрировалось на них. Час, другой без Уорнера — вполне достаточно, чтобы вновь вернулись спокойствие, здравый смысл. Да что уж там спорить — она, Линда, меняется в присутствии мистера Уорнера. Другое не понятно: как же она, сильная, волевая, хочет бороться с наваждением по имени Филипп Уорнер и одновременно желает пасть к его ногам.

Торжество состоялось в просторном зале отеля, находящегося неподалеку от дома Эмили. По традиции невеста бросила в публику свой букет, и он угодил прямо в Линду. Следующая невеста? Если правду сказать, мисс Бекли так старалась увернуться от этих цветов, что даже гости это заметили и засмеялись.

За общим весельем и шутками Линда и не углядела, как появился Уорнер.

— И что ты, Линда, теперь собираешься делать? — спросил Клайв. — Теперь нет необходимости возвращаться в твой мрачный Дом призраков. Можешь пожить у меня. Там заплачено за пару месяцев вперед, и пока я буду…

Он говорил довольно громко, и вдруг неожиданно вмешался Дэйв.

— Говори потише, когда обращаешься к мисс Бекли, — с подчеркнутой таинственностью предупредил он. — Только что появился ее «пират».

Шутка почему-то имела успех и была встречена дружным смехом. Линда подняла глаза и увидела Филиппа, который стоял довольно близко. Клайв предостережение умолкнуть, похоже, принял за дополнительный повод повеселиться.

— Я что, не прав? — заявил он. — Наша мисс Бекли может вернуться в Бирмингем к друзьям. За квартиру пока платить не надо. Здесь же лучше, чем в диком месте сосредоточения призраков. Когда-то и Линда хотела к своим друзьям, подальше от опеки Уорнера, но за недолгое время все так переменилось. И теперь даже трудно придумать, что ей сказать в ответ.

— Ну давай, Линда, — нетерпеливо потребовал ответа Дэйв. — Решайся! Тогда мы снова будем вместе. Расстояние отдалило нас друг от друга, но, я уверен, следующая свадьба должна быть нашей.

Вот новости! Линда передернула плечами. Дэйв говорит все специально для Филиппа. От смущения девушка не нашлась, как поудачней среагировать — не то, чтобы ей совсем нечего было сказать, просто возник дополнительный контроль в лице Уорнера. А тот не остался безучастным к предмету разговора молодых людей.

— Линда живет у меня, — холодно констатировал он. — Даже если она соберется жить в Бирмингеме, то к ее услугам мой дом.

Филипп смотрел только на Линду, возвышаясь над всей компанией, а потом твердо, по своей обычной самоуверенной привычке, взял девушку под руку. Мисс Бекли не сопротивлялась.

— В общем-то мистер Уорнер прав, — кивнула она, с трудом выговаривая слова. Ее дрожащие губы попытались изобразить улыбку. — Спасибо за все, Клайв. Я и переехать-то не могу — мои вещи остались там.