от синяков и рожу не кривишь, – не сумела я сдержать колкости в ответ на все издевки эльфа относительно моих способностей и внешности, которые он не уставал отпускать за наше непродолжительное знакомство.
Чего я не ожидала, что Диня подастся вперед, а после крепко поцелует и повалит на скрипучую и жесткую постель.
Я так опешила, что некоторое время просто лежала без движения, соображая, что происходит и как это возможно, после всего, что между нами было. Однако страха отчего-то не было. Только недоумение и удивление.
– Ты чего творишь? – сумела я вымолвить, отстраняя от себя мужика и растерянно смотря в его лицо, которое нависало надо мной.
– Разве это – не то, чего ты хочешь от меня?
– С хрена ли? – не сдержала я ругательства, даже заинтересовавшись его логикой.
– Кровать одна, ты приказала мне раздеться и идти в постель, тебе не понравилось мое избитое тело и залечила мои раны, а затем сказала о моей красоте. Исцеление – очень дорогое удовольствие, особенно для лечения простого раба. Благодарности и преданности моей захотела? Но, если желала, чтобы я тебя поимел, могла просто приказать. Теперь я тебе нравлюсь больше? – положил он руку на мою грудь, пока меня разбирал неуместный смех.
– Для раба у тебя слишком большое самомнение, раз решил, что ты мне нужен для постельных утех, – смеялась я, веселясь от непонимания в лице мужика. И поцелуй, и его лапанье стоили того, чтобы увидеть это глупое выражение на его лице.
– Тогда, для чего?
– Для изначальной цели. Ты – мой сопровождающий и телохранитель. Это тебе придется вести меня к эльфам и не дать монстрам нас сожрать. Как ты помнишь, в плане навыков выживания – я совершенно беспомощна. Очевидно, что в своем избитом состоянии ты не способен был нормально функционировать и защищать меня. Я это исправила, – честно призналась, хотя и умолчала, что вылечить его решила в тот же миг, как купила. Тем временем эльф продолжал исследовать мою грудь и даже пробрался под рубашку. – Но и ты у нас не так прост, верно, Диня? Еще немного и решу, что я тебе нравлюсь, – подумав, расплылась я в хищной улыбке. – Если сейчас же не перестанешь искать ключ у меня на груди, пожалеешь, – пригрозила я строго, а после холодно приказала: – Встань с меня и руки убери.
Эльф раздраженно поджал губы, а после подчинился и пристально посмотрел на меня, сев в другом конце постели. Я поднялась и поправила рубашку, которую шустрый эльф успел расстегнуть и обследовать содержимое. И когда только успел, ловкач?
Я проверила наличие шнурка с ключом, убедилась, что он на месте, а затем мрачно посмотрела на Диню.
– И чего ты добивался, придурок? – со снисхождением и усталым раздражением спросила я. – Ну добыл бы ты ключ, и что дальше? Без моей доброй воли, открыть ошейник и освободиться ты все равно не сможешь. Убить меня и выжить при этом – не получится. Так, какой у тебя был план помимо того, чтобы со мной рассориться?
Мужик молчал, а я ощущала себя строгой учительницей, которая отчитывала нашкодившего первоклашку.
– Хотел сексом выбить из меня освобождение? – выдвинула я догадку. – Еще и повод, как благодарность, такой подходящий, подвернулся, – глумливо заметила я. – А ты и впрямь о себе большого мнения, раз думал, что меня сможет пронять какой-то наглый эльф.
– Я от тебя также не в восторге… – обиделся в лучших чувствах остроухий герой-любовник.
– Это я помню, – кивнула я. – Мы с тобой в отношении друг друга солидарны. Но я не понимаю, чего тебе так неймется? Вроде уже все обсудили и даже двигаемся в одном направлении. Ты сам не думал, что тебе выгоднее путешествовать со мной? Ты же, как эльф, хочешь вернуться на свои земли?
– Да что ты можешь понимать? – почти прорычал эльф, сдерживая гнев. – Это не на тебе постыдный рабский ошейник. Это не тебя, как скотину, поймали люди и лишили свободы, увезя с родины, которую грабят и уничтожают. Это я, а не ты, не могу противиться приказам какой-то зазнавшейся девицы, которая хочет пробраться в мой дом с сомнительными мотивами. Ты всерьез думаешь, что я не чаю привезти тебя в свой дом, который ты своими действиями можешь окончательно разрушить? Тебя – презренного человека? – зыркнул он на меня из-под бровей.
А парень-то отчаявшийся, оказывается. Однако…
– Сожалею, – искренне произнесла я. – Но, боюсь, выбора у тебя нет, – сказала я, как отрезала, и отвернулась, чтобы не смотреть в лицо подавленного мужчины. – Как уже говорила, я нахожусь в затруднительном положении. Помочь мне могут только твои сородичи, потому тебе придется отвезти меня туда. Ты не обязан мне доверять, и я признаю твои чувства, потому что сама нахожусь в схожих обстоятельствах, хоть ты этого и не понимаешь.
– Очень сомневаюсь, – презрительно фыркнул он.
– Убеждать я также не стану, – перебила я его, вздохнув. – Как уже сказала, в той ситуации, в которой я оказалась, прости, но выбора тебе не предоставлю. Я также не стану обещать тебе, что мы станем близкими друзьями, а я – доброта во плоти, просто хорошо притворяюсь. Не буду клясться, что освобожу тебя, как только найду необходимые мне ответы и не причиню эльфам вреда. Не стану, просто потому, что ты мне не поверишь, – пожала я плечами. – Однако, мы с тобой оба в той ситуации, когда нуждаемся друг в друге. Я не смогу выжить без твоей помощи, а ты рискуешь жизнью в человеческих землях не меньше, оставшись без хозяйки. Но цель у нас одна – пробраться в эльфийские земли. Потому, в последний раз предлагаю сотрудничать по-хорошему, – протянула я ему руку.
Тот окинул ее подозрительным взглядом, а после резко спросил:
– Ответишь, почему ты скрываешься, и кто тебя ищет?
– Нет, извини, – покачала я головой. – Единственное, что я могу тебе сказать по этому поводу: у меня есть нечто, что захочет любой, кто об этом узнает. А я это отдавать не хочу.
– А у эльфов тебе что нужно?
– Я не могу сказать с уверенностью, но отчего-то верю, что это нечто, вероятно… только возможно, сможет способствовать возродить целителей.
От моих слов эльф вздрогнул, а после посмотрел очень
