Кайл перевернул страницу газеты:
– Ну что? Нашел кольцо?
– Пока нет.
Вкратце он ввел Кайла в курс дела, объяснив историю с любовными письмами. Перед отъездом в аэропорт он заехал к маме и рассказал о том, что узнал в Долфин-Бей.
И не пожалел об этом. Облегчение, которое он увидел на лице Луизы Мессены, подсказало Нику, как сильно она ждала хороших новостей.
В воздухе завибрировало напряжение, во время которого Ник продолжал хмуриться. Унылое выражение сохранялось на его лице с того самого момента, когда он выехал с виллы Катерины.
Кайл отложил газету.
– На свадьбе мне показалось, что вы с Еленой неплохо ладите. Последнее, что я от тебя слышал, – это то, что она не отвечала на твои звонки.
– Мы нашли общие темы для разговора.
– Что-то произошло. – Взгляд Кайла стал пронзительно-изучающим. За время службы в армии он привык анализировать все, происходящее с близкими ему людьми. Подобный взгляд заслужил ему репутацию дальновидного делового партнера, заключающего выгодные сделки в считаные минуты. Он покачал головой. – Ты опять переспал с ней.
Ник судорожно вцепился в чашку кофе.
– Не стоило тебе об этом рассказывать шесть лет назад.
Кайл пожал плечами:
– Папа тогда только погиб. Ты был эмоционально подавлен и уязвим.
Ник допил кофе и с шумом захлопнул поднос, прикрепленный к переднему сиденью.
– В семье я считаюсь бесчувственным истуканом.
– Как бы там ни было, ты переспал с Еленой Лайон дважды. Это… странно.
«Это неправильно», – поправил Ник брата про себя.
Это совсем не было странно. То, что они ощущали и делали, было… невероятно.
Ник снова почувствовал себя в ловушке неизвестного ему до этого магического притяжения, которое испытал в ночь гибели отца. Но раньше это притяжение ассоциировалось у него с горем и разочарованием в отце, которого он считал предателем.
Теперь он знал, что отец и Катерина не были связаны любовной связью, и он мог смотреть на Елену так же, как на всех остальных бывших любовниц. Как на привлекательную умную женщину, которую он ненадолго впустил в свою жизнь.
Но понимание того, что он был единственным мужчиной в жизни Елены, с которым она спала, пробуждали в нем какие-то непонятные чувства. Но после многолетнего ограждения себя от возможных эмоциональных травм он не собирался делать резких движений.
Он очень хотел проводить с ней больше времени, хотел взять ее с собой, но мысль о том, что она станет ему слишком близка, бросала его в холодный пот.
Кайл сделал жест стюарду, попросив принести еще кофе.
– Если не хочешь об этом говорить, я не имею ничего против. Но ты должен взглянуть на это.
Ник бросил взгляд на первую страницу известной газеты, в котором писали о свадебной церемонии Габриеля и Джемы. Текст не содержал ошибок, но с фотографии на Ника смотрели не его брат в черном костюме и его невеста в белом платье. Кто-то по ошибке разместил под статьей фотографию Ника и Елены, целующихся на ступенях церкви, и фотографию, как они садятся в роскошный лимузин. Завершало калейдоскоп снимков фото, на котором они выходили с торжественного ужина. Было очевидно, что они уезжают не в библиотеку читать книги.
Возле Ника остановилась тележка. Симпатичная стюардесса предложила Нику забрать его чашку. В рассеянности Ник протянул ей чашку, игнорируя ее лучезарную улыбку, светлые волосы и длинные ноги.
Если верить желтой прессе, если верить словам Елены, официантка была в его вкусе.
Раньше.
Видимо, теперь его привлекают жгучие брюнетки с мягкими формами и твердой жизненной позицией.
Перед тем как уйти, она бросила взгляд на газету:
– Я так и думала, что не ошиблась. Поздравляю с бракосочетанием.
– Гм… На самом деле я не женат.
Стюардесса смутилась:
– Это не вы?
– Это он. – Кайл подлил масла в огонь. – Но они уже разошлись.
В воздухе застыло неловкое молчание. Стюардесса изобразила профессиональную холодную улыбку и выдавила из себя заученную фразу:
– Что-нибудь еще, сэр?
– Все в порядке, – ответил за Ника Кайл с одной из своих умопомрачительных улыбок, которые заставляли девушек падать в обморок. – У нас есть все, что нужно.
Стюардесса посмотрела на Кайла осуждающе и поспешила исчезнуть, толкая перед собой тележку.
Ник закрыл газету и вернул ее Кайлу:
– Спасибо, братишка. Ты заставил ее думать, будто я бросил жену, на которой только женился, из-за того, что внезапно обнаружил, что мне нравятся парни.
Кайл ухмыльнулся, прячась за газетой:
– Попробуй увидеть в этом хорошее. По крайнем мере, теперь она считает негодяем меня.
Мысли Ника снова вернулись к их второй с Еленой ночи. Ночи, полной огня и страсти, которая запомнится ему еще больше, чем первая.
Но он снова не смог противостоять искушению, и снова обидел Елену.
Ник вытащил из сумки папку, в которой лежало свидетельство о рождении и фотография младенца, которые он захватил с собой.
Ник узнал, почему Катерина оказалась в ту ночь в машине его отца. Не из-за того, что она была любовницей Стефано Мессены, а из-за того, что у него был великодушный характер. Его отец помогал Катерине разыскивать ребенка.
Причина, по которой Стефано отдал перстень Катерине, заключалась в том, что по праву наследства он принадлежал его неизвестному двоюродному брату. В соответствии со свидетельством о браке, Майкл Амбрози родился в один год с Ником. То есть сейчас ему двадцать девять.
Образ отца, такой, каким он его запомнил, когда видел в последний раз, возник перед глазами Ника. В груди защемило, когда он вспомнил Стефано Мессену на его яхте. У него было умиротворенное лицо человека, который умеет любить то, что он делает.
Впервые Ник признался себе в том, что после смерти отца не мог подпустить никого близко к себе.
В тот самый момент, когда они обнаружили в альбоме любовные письма Катерины Лайон, Ник понял, в чем состоит его проблема.
Ник был очень близок со своим отцом, как бы он ни старался, он не мог смириться с его гибелью и продолжать жить дальше. Он закрылся в упорном уничтожении себя, отдался скорби. И меньше всего он хотел начинать новые отношения.
Его мать и сестры пытались объяснить ему, что нельзя закрываться от мира. Слова «бездействие» и «бегство» стали ключевыми в их разговорах в последнее время. Но Нику было наплевать на их мнение. Он считал, что, как только он почувствует себя готовым к отношениям, жизнь предоставит ему эту возможность. Но что-то надорвалось в его сердце после того, как он понял, что Стефано Мессена оказался неспособен на предательство.
Эмоции захватили Ника горячей волной. Они наполнили его желудок, его легкие. Ему стало сложно дышать. Он сжал свидетельство о рождении.
