class="p1">Неожиданно для самой себя я прошептала:
— Лукас…
Слегка улыбнувшись, он шепнул в ответ:
— Рози?
— Наверное, вино еще действует, — хмыкнула я. — И устала сегодня… Если сейчас не поднимусь, могу запросто уснуть.
— Да уж, похоже, — рассмеялся Лукас, однако улыбка быстро исчезла. Он почему-то напрягся и, повернув голову, поймал мой взгляд. — Тебя это беспокоит?
Я нахмурилась, медленно соображая, и брови Лукаса взлетели вверх.
— Не переживай. Со мной ты в полной безопасности, сама знаешь.
Хм…
Говорил он серьезно, и у меня на миг сжалось сердце.
— Знаю… — вполне искренне ответила я.
С ним безопасно, это правда.
Лукас снова безмятежно откинулся на подушки, и я отчего-то испытала глубокое удовлетворение.
— Сказать откуда?
Он молча ждал продолжения.
— Ты заметил, что вино ударило мне в голову, потому и предложил остаться. Хотел убедиться, что до ухода я приду в себя.
Лукас кивнул, хотя, похоже, его мысли были далеко. К моему удивлению, он снова отвернулся к экрану и лишь тогда ответил, понизив голос:
— А теперь — тишина. Я все-таки пытаюсь насладиться любимым сериалом.
Я глупо улыбнулась. Его любимый сериал? Ничего подобного — мой! Подростковое кино о сверхъестественных явлениях — вампиры, оборотни, волшебные кольца и заколдованные медальоны, колдовские зелья и драматические события.
— Лукас… — снова окликнула его я.
— Да, Рози? — отозвался он, и уголки его рта поползли вверх.
— Спасибо!
За то, что меня выслушал, вообще — за сегодняшний день. Пожалуй, я на какое-то время избавилась от чувства одиночества, сбросила с плеч тяжелую ношу.
— Наверное, мне требовалось с кем-то поговорить. Хочу убедиться, что ты меня понимаешь.
Лукас покосился на меня и, видимо удивленный мрачноватым замечанием, спросил:
— У тебя неприятности?
Судя по всему, после двух бокалов вина у меня окончательно отказали тормоза, а Лукас ждал с такой доброй улыбкой, что не ответить было невозможно.
— Помнишь, я рассказывала о новой мечте? — Подложив ладошку под щеку, я сопроводила вопрос тяжелым вздохом. — На вторую книгу мне установили предельный срок. По-моему, уложиться в него не получится. Это шанс доказать самой себе, что не сделала непоправимую ошибку, — перешла на шепот я. — А вдруг не успею?
В глубине души я понимала, что рассказываю малую часть правды. Реальная проблема лежала куда глубже: каждый раз, открывая файл с рукописью, я чувствовала, будто мне перекрыли кислород. Ощущала жуткое давление, парализующий страх, и… наступал ступор.
Лукас перекатился на бок и, повернувшись ко мне, положил голову на подушку, копируя мою позу.
— Все получится, Рози, — серьезно сказал он. В его глазах светилась убежденность, которой я точно не заслуживала. — Ты сделала большой шаг на новом пути. Мне даже не требуется знать о тебе больше, для того чтобы понять: ты обязательно будешь двигаться вперед. Это свойство людей с внутренним стержнем.
Со стержнем… Мне импонировало его выражение, нравилось, как он это произносил.
Хотелось ответить, что наверняка тут знать ничего нельзя. Вдруг я неудачница, калиф на час? Вдруг совершила промах, окунувшись в новое для меня дело? С другой стороны, как можно заражать своим унынием человека, излучающего подобный оптимизм?
— Надеюсь, ты прав.
— Заключим пари? — тихо и по-прежнему серьезно предложил он.
— Лучше не надо.
— Ну и ладно. Все равно мне было бы стыдно одержать настолько легкую победу.
Лукас усмехнулся, и я против воли улыбнулась.
Мы долго смотрели друг на друга, забыв о сериале. Минуты шли, и мои глаза начали слипаться. Я уже потихоньку проваливалась в дрему, когда неожиданная мысль заставила меня вздрогнуть.
Интересно, какой оборот приняли бы события, появись Лукас на свадьбе Лины и Аарона? Допустим, мы с ним встретились на бракосочетании. Смогла бы я общаться легко и непринужденно, как сегодня?
Ответить на свой вопрос я не успела: веки сомкнулись, и меня наконец одолел сон.
Глава шестая. Лукас
У меня вдруг перехватило дыхание, и я резко открыл глаза.
Лежал на спине, положив руку на грудь, и никак не мог вдохнуть.
Joder![9]
Заставил себя медленно, круговыми движениями размять грудную клетку, снимая напряжение с легких.
Я не в воде. Я дышу. Сплю.
Толком не вынырнув из сна, я осмотрелся. Похоже, утро. На стене — яркий рисунок в рамочке. Два винных бокала на столешнице кухонного острова. На полу у ног дивана — потрепанный рюкзак.
Диван…
Опять уснул у бабушки? Хотя вроде бы это не ее видавший лучшие времена маленький диванчик. И гостиная совсем другая — интерьерные штучки, современная мебель. Похоже на…
Тут я проснулся окончательно.
Какой дом бабушки, какая Испания… Я был в Нью-Йорке, ночевал на диване в квартире Лины.
Крепко помассировав лицо, протер глаза, повторяя мантру, которую твердил в течение последних месяцев: Мне все приснилось, я в полном порядке.
Заведомая ложь. В порядке, как же. Хотя действительно новая жизнь, только не в том смысле, что я в Нью-Йорке. Новая жизнь — это когда просыпаешься в холодном поту, а сведенные судорогой мышцы — еще полгода назад крепкие и гибкие — болезненны и ненадежны.
Слева от меня послышался тихий храп, и я удивленно поднял брови. Поморщившись, сел и бросил взгляд в сторону источника привлекших мое внимание звуков. Женская фигурка в центре большой кровати; по подушке разметались темные кудри.
Рози. Розалин Грэм.
Я вовсе не удивился, когда ее сморило. Странно, что она не вырубилась посреди четвертой или пятой серии вампирского фильма, который знала наизусть. Вчера вечером мы оба боролись со сном — Рози все собиралась уйти, а я, словно наркоман, не мог оторваться от сюжета, — и все-таки уснули. Через пару часов я проснулся от судорог в правой ноге и обнаружил похрапывающую рядом Рози. Недолго думая, выключил телевизор, неловко подхватил девушку на руки и перенес на кровать.
Вспомнился наш разговор. Мы с Рози здорово походили друг на друга: оба испытывали неуверенность в будущем. Другое дело, что у ног Рози лежал весь мир, а я стоял перед пропастью.
Оторвав взгляд от спящей девушки, я направился в ванную. Кожа липкая, тело напряженное… Фу! Я закрыл дверь и встал под душ.
Неприлично долго стоял под обжигающе горячей водой, потом закрутил кран, завернулся в полотенце и, захватив одежду, вышел в комнату.
Теперь жить можно. Я покачал головой, разглядывая маленькую милую квартирку. Бруклин, Нью-Йорк. Как говорит Лина — студия? Лофт? Черт, не помню. Открытое пространство, внутренняя дверь только в ванной — подобное жилье стараются называть красиво, чтобы звучало. Квартира из американских шоу по дизайнерскому ремонту, которые так любит бабушка. В Испании его тоже показывают, с переводом.
