его глазах заплясали искорки смеха.
– Зато у тебя отлично получается обворовывать меня, пока я в отъезде.
Ладно, он знает. Трудно не заметить отсутствие сигарет и патронов.
– Мне нестыдно.
– Я бы удивился, если бы было наоборот. – Кай сделал последнюю затяжку и, сжав сигарету между пальцами, превратил ее в горстку пепла. Я с восхищением наблюдала за тем, как он взмахом руки растворил ее в пространстве. – У меня только один вопрос. Как ты сделала так, что они на тебя не нападают?
Я облизнула нижнюю губу и не смогла подавить ухмылку.
– Ко мне, мальчики.
Два добермана, мирно лежащие на его застеленной кровати, подорвались с места и бросились на мой голос, высунув от радости языки. Я сдерживалась, чтобы не начать смеяться над вытянувшимся лицом Кая.
Всё, что требовалось, чтобы приручить их – это ласковое отношение и парочка найденных у Алькастера кусков мяса. Теперь мы с ними были лучшими друзьями.
Как только они начали тыкаться мне в ноги, Кай вздохнул:
– Я чувствую ревность. Только не понимаю, к кому именно.
Мое сердце снова подпрыгнуло к горлу.
Хватит, блядь.
– На место, – отдал он приказ, и доберманы вновь прыгнули на кровать. – С каждым днем ты всё больше и больше вторгаешься в мое личное пространство, Ксивер.
– Ох, прошу прощения, – вырвалось из меня неискреннее извинение. – Не знала, что тебя это так беспокоит. Кстати, – я опустила взгляд на свои ботинки, – кажется, я заляпала твой белоснежный ковер. Можешь купить подстилку, чтобы я спрыгивала прямо на нее.
– Могу переставить свою кровать, чтобы ты спрыгивала прямо на нее.
Уголок его губ приподнялся, и я сжала челюсти.
Один-один.
Кай оперся на подлокотник, положив подбородок на кулак, и принялся с интересом рассматривать меня. Каждая клеточка тела горела под его потемневшим взглядом. Я подавила желание вцепиться ногтями в его до неприличия красивое лицо с этими чувственными губами.
Я ненавидела, когда на меня так смотрели. Будто видели саму душу.
Сейчас разница в нашем социальном положении была как-никогда видна. Я напоминала оборванку, запятнавшую его пространство своей грязью, в то время как он раскинулся на кресле так, будто вместо него стоял трон.
Мы были выходцами разных миров, и это никогда не изменится.
Осмотрев мою гоночную куртку, Кай приказал:
– Снимай.
– Прости?
Это что за новый вид занятий?
– Снимай ее.
– Кого?
Кай встал с кресла, возвысившись надо мной. Мне пришлось запрокинуть голову, чтобы посмотреть ему в глаза. До чего же, черт возьми, высокий. Льющийся из окна свет отразился от его серебристой пряди, и у меня закололо в кончиках пальцев – так сильно захотелось откинуть ее с его лица.
Возьми себя в руки, идиотка.
– Она будет мешать во время занятия. Если хочешь, чтобы я помог тебе, будь послушной. – Еще чего. – Ты разнесешь всю академию, как только создашь электромагнитный разряд, поэтому мы пойдем на плато.
– Но я же замерзну, – протянула я недоверчивым тоном. – Кто вообще ходит ночью на плато? Нет-нет-нет, точно не я. Закон есть закон.
Кай приподнял одну бровь.
– Ты еще и лгунья, Ксивер Зальцри?
– Я самый послушный ученик этой академии. – На моем лице появилась слащавая улыбка. – Ну, иногда бываю.
Он сделал шаг ко мне навстречу, остановившись практически вплотную. Мне захотелось тут же выпрыгнуть в окно, потому что комната сжалась от силы, что источал этот человек.
Клянусь, между нами заискрились маленькие молнии.
– Ты доверяешь мне? – тихо спросил Кай.
– Нет.
Он усмехнулся.
– Правильно.
Его большие ладони тут же скользнули по моим щекам к затылку. Я задержала дыхание, когда Кай наклонился ко мне, словно хотел поцеловать. Его запах заполнил мои легкие – соль, древесные нотки и… что-то родное.
Мой голос прозвучал как умоляющий шепот:
– Что… Что ты делаешь?
– Дыши.
Губы неосознанно приоткрылись, сердце застучало с бешеной скоростью.
Но затем я почувствовала…
…как в меня вливается…
…его сила.
Она распространилась от кончиков пальцев до самой макушки, согрев меня своим теплом. Это чувство было таким глубоким, таким поглощающим, будто мы с Каем стали единым целым. Я вцепилась в его предплечья, когда последняя волна прошлась по моему телу, чуть не свалив меня с ног.
– Теперь снимай куртку и иди за мной.
– Что… – Я опять заикнулась и повторила, как попугай: – Что ты сделал?
Он отошел на шаг, лишив меня своих прикосновений.
– Теперь тебе не будет холодно, – объяснил Кай и добавил более раздраженным тоном: – Шевелись, Зальцри. У меня есть не больше часа.
Он всегда заботился о том, чтобы мне было тепло. В нашу первую встречу, во время Дня льда и огня. У него биполярное расстройство? Или пограничное? Какого черта Кай сначала ведет себя со мной так, словно я не стою и гроша, а потом заботится обо мне?
– Это твой эфир? Ты можешь… Ну, создавать тепло? – спросила я, снимая куртку, когда он двинулся к двери. – И куда ты пошел? Нас же могут поймать.
Остановившись, Кай тяжело вздохнул и вернулся обратно ко мне. Я забыла все обзывательства и другие слова, когда он переплел наши пальцы, потянув меня за собой. Я засеменила к выходу, ловя губами воздух и смотря на наши соединенные ладони.
Охренеть. Что он только что сделал?
– Нет, дорогая, это не эфир. – Кай бросил на меня взгляд через плечо. – Не задавай вопросы, на которые не получишь ответы. Считай это моим маленьким секретом. Договорились?
– М-м-м. Да. Хорошо.
Он взял меня за руку?
Мы вышли из его спальни и двинулись на плато. Удивительно, но по пути нам не встретился ни один миротворец, профессор или студент. Мы с Крэем и Рейв всегда выбирались за территорию академии с осторожностью, потому что кто-то да караулил три Дома.
Но сейчас – никого. Словно все вымерли.
Прищурившись, я посмотрела на затылок Кая.
Что же он сделал?
– Ты слишком громко думаешь, дорогая.
– А ты слишком быстро идешь, дорогой. Я не такая высокая.
Кай медленно выдохнул, словно я – его главная головная боль, но шаг сбавил.
Когда мы оказались на улице, я на самом деле не почувствовала холода. Кай шел в одной рубашке и брюках, а я – в тонкой кофте и джинсах.
Нужно узнать, как он это сделал. Хорошая способность. Слишком давно я не чувствовала тепла.
А сейчас его ладонь, сжимающая мою, была удивительно теплой.
Как только мы остановились на открытом плоскогорье, Кай отошел от меня на несколько шагов и засучил рукава. Нас окружали мили снега и темное небо, усыпанное сотнями светящихся звезд.
– Хорошо. Расскажи мне, как прогрессирует
