своим движением, и принялся рассматривать меня с особой скрупулезностью. Я плавилась под его взглядом: на меня никогда так не смотрели. Будто я правда что-то для него значила.
Хотя я понимала, что это не так.
– Ты не знаешь, какие мысли меня посещают, когда я смотрю на тебя, – выдохнул он и, наклонившись, провел своим носом по моему. Положа руку на сердце, я с уверенностью могла сказать, что это было самым нежным прикосновением, которое мне дарили за двадцать лет.
И подарил мне его Кай Алькастер.
Блядь.
– Просвети, – прошептала я.
Усмехнувшись, он покачал головой.
– Когда-нибудь в следующий раз.
– Нельзя говорить подобное девушке, а потом отмалчиваться, – упрекнула я, отстранившись и посмотрев Каю в глаза. Мои ноги крепче обвились вокруг его талии, чтобы он не смог сбросить меня на снег раньше, чем я получу ответ. – Скажи, Кай. Мне интересно.
Он подкинул меня на руках, чтобы перехватить поудобнее, и я взвизгнула, вцепившись в его плечи. Господи, рядом с ним я чувствовала себя пушинкой. Даже на его руках я не была выше.
– Каждый день я думаю о том… – начал он томным голосом, поцеловав меня в уголок рта. Я не смогла подавить пробежавшую по телу дрожь. Как он это делает? – Какая ты раздражительная маленькая язва.
Я укусила Кая за подбородок, заставив его застонать:
– Это было больно.
– Сам ты язва, – пробормотала я, гневно прищурившись, хотя до боли в животе хотела засмеяться.
Мы стояли под падающим снегом, секунду назад поцеловавшись, и перебрасывались шутками, как какая-то парочка. Это дерьмово. Очень дерьмово. Но от этого моя грудь разрасталась до невообразимых размеров, и мне хотелось прыгать вокруг Кая, разбрасывая вокруг нас цветы, как на свадьбе.
Повторюсь: я в дерьме.
– Пойдем, пока ты не заболела, – вздохнул Кай, но не отпустил меня. Просто прижал ближе и двинулся со мной на руках к академии.
Вкус на мужчин, сегодня ты впервые сделал правильный выбор.
– Почему ты всегда заботишься именно об этом? Чтобы я не заболела. Хотя в твоей комнате настоящий морозильник.
Настоящий вопрос должен был прозвучать так: «Почему ты заботишься обо мне, когда у тебя, блядь, есть невеста, и ты ненавидишь меня за грехи отцов?».
Как только прозвучали мои слова, плечи Кая напряглись. Кажется, это не простая забота. Я задела что-то личное.
– На сегодня ты исчерпала количество задаваемых вопросов.
– О, это снова ты, Алькастер.
Тяжелая ладонь опустилась на мою задницу, и я взвизгнула:
– Ай!
Кай улыбнулся, заставив меня лужицей растечься у его ног. Почему этот мужчина, который совсем недавно говорил, что может уничтожить меня, несет меня на руках, учит управлять силой и улыбается самой восхитительной улыбкой?
Сюрреалистично.
Я никогда не вела себя рядом с парнями так, как в эту секунду с Каем. Обычно они дарили мне оргазмы, я наигранно стонала с позы наездницы, потому что они, во имя всего святого, не могли найти клитор, а потом мы разбегались на четыре стороны. Я состояла в отношениях, но никогда мне не хотелось слиться с человеком, как в это мгновение.
Это была не я.
Или, наоборот, это была я?
Черт разберет.
– Значит, завтра я смогу задать этот вопрос и еще сотню сверху, – зевнула я, когда мы вошли в академию. Как я и думала, по пути мы никого не встретили. Кай убил всех? Я бы не удивилась.
Он внес меня в свою спальню и только тогда опустил на пол.
– Я провожу тебя до спальни. Подожди минуту.
Когда он вошел в ванную, я присела на кровать и протерла глаза. Контроль силы опустошил меня, а наш с Каем поцелуй… Что ж, я была не против повторить его, но, возможно, уснула бы в середине процесса.
Положив голову на мягкую подушку, я прикрыла глаза.
Сейчас полежу секунду и встану. Ведь ничего не изменится, если я… совсем немного… посплю…
Рядом послышался тяжелый вздох.
– Я встаю, встаю, только не кричи, – пробормотала, приоткрыв глаза.
Как только я хотела покинуть самую мягкую и удобную кровать в своей жизни, матрас рядом прогнулся. Затем с меня начали стягивать ботинки.
Что? Кай снимает с меня обувь?
Я распахнула глаза. И правда. Он наклонился и бережно развязывал шнурки сначала на одной ноге, затем на другой.
– Поднимись, чтобы я расправил кровать, – попросил Кай, пока мое сердце бешено колотилось при виде того, как он проводит ладонью по моей маленькой ступне.
– Я уже ухожу.
– Поднимись. Чтобы я. Расправил. Кровать, – отчеканил он, наградив меня обезоруживающим взглядом.
Я моргнула. Затем встала и через пару секунд уже нырнула под неприлично мягкое одеяло. Из меня вырывался стон удовольствия, когда я зарылась носом в подушку.
– Только не приставай ко мне, – пробормотала я в полусонном состоянии. – А то понимаешь, я храню девственность для мужа, которому буду готовить три раза в день и стирать грязные вещи. Романтика.
Послышался тихий смешок, затем кровать прогнулась, и я почувствовала горячее тело Кая. Удивительно, как у человека с таким холодным сердцем была настолько теплая кожа. Интересно, он спит голым? Было бы славно.
– Советую тебе придерживаться того же. – Из меня вырвалось фырканье, когда я вспомнила, что он говорил мне эти слова при нашей первой встрече.
– Ты тоже хранишь девственность для мужа, Ísprinsinn?
– Спи. – Оказывается, можно закатить закрытые глаза. – И если ты найдешь себе такого мужчину, скажи ему, что он отвратителен. Женщина не обязана проводить всю жизнь на кухне.
– Ты умеешь готовить? – удивилась я. Мне казалось, что если Кай и умеет готовить, то только сердца своих врагов под сливочным соусом.
– Я прокармливал около двадцати ртов, когда мне самому было не больше десяти лет.
Я не видела лица Кая, но была уверена, что после этих слов он напрягся. Я кожей почувствовала, как он начал закрываться, но всё же попыталась разрушить выстроенные им стены:
– Что ты имеешь в виду?
– Не всегда то, что ты видишь, есть то, кем ты являешься, – только и ответил Кай.
Я недоуменно нахмурилась. Как он мог прокармливать кого-то, если сам жил в достатке под боком такого человека, как Джонатан Алькастер? Или он что-то недоговаривал?
– А какая твоя любимая еда?
Тихий вздох.
– Как и твоя. Bláber.
Я распахнула глаза и посмотрела на Кая. В темноте комнаты черты его лица заставили меня сглотнуть скопившуюся слюну.
– Это ты сказал ему, – прошептала я с неверием. – Откуда ты узнал?
Он молчал и просто смотрел на меня своими темными глазами.
Черника.
Это Кай сказал Зейдену, что я люблю чернику.
Я решила изучать исландский язык
