и начала с тех слов, которые легче всего запоминались по ассоциациям. «Черника» была одним из них. Как Кай узнал? И что еще он обо мне знает? Ведь не просто так у него оказалась моя цепочка.
– Спи, – мягко повторил он.
– Можно тебя поцеловать?
Кай моргнул.
– Ты хочешь меня поцеловать?
– Уже не хочу, – пробормотала я. Что за тупые вопросы? Мне еще и повторять нужно?
Как только я натянула одеяло до носа, Кай приподнялся на локте и навис надо мной. Дыхание перехватило, когда он опустил материал к моей груди. Его губы прихватили мои на короткую секунду, но это было так сладко – до дрожи в коленях.
– Никогда больше не задавай мне этот вопрос, – прошептал он, погладив мою щеку. – Ответ всегда будет одним и тем же.
Прикрыв глаза, я закопалась в одеяло, но еще долго не могла уснуть, потому что поглядывала на него одним глазом. Мне хотелось запомнить это чувство, безжалостно разрывающее мою грудь.
Ведь завтра мы снова будем делать вид, что ничего не произошло. И завтра я снова буду ненавидеть его всей душой, потому что он – Кай Алькастер.
Посреди ночи я почувствовала, как его пальцы сплетаются с моими. И почему-то только тогда холод его кольца обжег меня, как раскаленный металл.
Мы были обречены.
Глава 23
Задача симулятора – не только бросить ремалийцев в гущу сражения, чтобы проявить их боевые навыки и силу плеяды, но и развить командный дух. Порой командный дух теряется еще до начала испытания.
Пособие по эксплуатации симуляционного оборудования, глава 3, пункт 5
Наоми Дэвис, главный инженер «Департамента научных исследований», 2051 год
– Выглядит… впечатляюще, – пробормотала я.
– Выглядит стремно, моя милая госпожа. – Джакс оглядел переполненное студентами помещение. – Надо было сказать, что моя темность упала в обморок и не может двигаться.
– Еще не поздно свалить отсюда, – прошептала Кси.
Но было уже поздно.
Мы стояли на балконе с металлическими ограждениями, который полукругом опоясывал невообразимых размеров зал. Здесь толпилось около сотни ремалийцев с разных курсов, которых вызвали в первую волну прохождения симулятора.
– Надеюсь, мы хоть помрем вместе, а то я не вынесу, если мою темность заставят сражаться за чьи-то чужие задницы.
– Никто сегодня не умрет, – твердо ответила я, хотя голос дрогнул.
Я повторяла эти слова каждый день и каждую ночь, когда включала светильник, чтобы отогнать клубящиеся в углах тени. Интересно, когда мои мольбы перестанут быть услышанными? Ведь однажды судьба откажется меня оберегать.
Крэйтон придвинулся ближе к ограждению и посмотрел вниз.
– Вот и профессора пришли. – Я проследила за его взглядом и увидела четырех человек, одетых в белоснежные халаты. – Ван Дер Берг, Торренс, Каллисто и Ро… профессор Нуар, – откашлявшись, быстро исправился он.
Если раньше эта заминка вызвали бы во мне обиду, сейчас я только с интересом посмотрела на своего друга. Как далеко зашли их отношения, и не причинит ли Нуар ему боли? Это единственное, что меня волновало.
Я ей не доверяла.
– Как сказала Каллисто, будет набрано десять групп по десять человек, – отметила Силия. – Курсы неважны. Надеюсь, мы будем проходить испытание вместе.
– Маловероятно. Они наоборот разделят нас, – покачала я головой.
Каждый ремалиец, проходящий симулятор, был одет в военную форму. Вот и настал момент, когда рубашки и пиджаки сменились на боевую экипировку.
Впервые за четыре месяца я надела тяжелые ботинки, которые неприятно натирали пальцы, кожаные штаны и куртку из жесткого материала, что спасал от холода Исландии. На правом плече у каждого ремалийца виднелась нашивка с золотыми цифрами кластера, а на левом – со знаком плеяды.
Профессор Ван Дер Берг сказала, что волосы лучше либо остричь вовсе, потому что они мешаются в бою, либо убрать в тугую прическу, поэтому пришлось заплетать две косы.
Я провела влажными ладонями по бедрам, чувствуя, как по спине катится холодный пот.
– Код красный, код красный. Сюда идет Ашер Магнуссон.
Я резко повернулась на голос Джакса.
– Да блядь, опять он, – проворчала Кси.
Ашер, Таллия, Лейкли и Трис двигались в нашу сторону сквозь толпу студентов. Последнее время Магнуссон держал дистанцию, но по его взгляду, прожигающему нас с глубокой ненавистью, стало понятно, что перерыв закончился.
– Если вас не убил никто из студентов, это не значит, что этого не сделают триады, – бросил он, зацепив Крэйтона плечом. – Смотрите, чтобы мы не попали в одну группу. В симуляторе вас никто не спасет.
Внутри меня поднялась волна гнева.
– Я сдерживаюсь, чтобы не поджарить его молнией прямо здесь, – прошипела Кси.
А я устала сдерживаться.
На моей ладони уже был закреплен перенаправляющий браслет, поэтому, сжав кулаки, я потянулась к силе Крэйтона. Силия бросила на меня удивленный взгляд, но я вспомнила наставления Джулиана и потянула за невидимую ниточку.
– Черт!
Ашер споткнулся об натянутую веревку, материализованную из пустоты, и распластался на полу. Со всех сторон послышались смешки. Я быстро отвела взгляд и почувствовала тычок под ребра.
– Кто ты и куда дела мою лучшую подругу? – пробормотала Ксивер.
Заставила ее снять розовые очки.
– Кто это, мать вашу, сделал? – заорал Ашер, подпрыгнув на месте. Его безумный взгляд прошелся по каждому из нас, пока изо рта брюзжала слюна: – Ты, Зальцри? Или ты, Палмарсдоттир? Я вас нахрен выпотрошу!
Видимо, в его голове что-то щелкнуло и он понял, что разрушитель не может создавать материю. Глаза Ашера впились в мои, заставив меня поежиться от плохого предчувствия. Черт, нужно было молчать, как я делала всю сознательную жизнь.
– Да неужели? – протянул он, усмехнувшись. – Подсоска Эскарра?
Как же я ненавидела, когда меня недооценивали.
Это шло из самого детства. Отец вырастил меня слабым и запуганным человеком, который шарахался от каждого резкого движения и просыпался посреди ночи от мыслей, что он придет ко мне, решив закончить начатое. Что он просто убьет меня или мою мать.
После Круачейна я могла спать только со светом, а с прибытия в академию все видели во мне лишь тень Ксивер и Крэйтона. Конечно, я никогда не винила в этом своих друзей: они в принципе не любили привлекать внимание. Кси и Крэй притягивали к себе людей неосознанно – харизмой, общительностью, неординарностью.
Вся проблема была во мне.
Я терялась на их фоне, потому что для окружающих Рейвен Эскарра была посредственной. Милым личиком, которое ничего из себя не представляет. Слабостью, которой не место на войне с жуткими существами, заполонившими мир.
Всю свою жизнь я находилась словно
