— Знаю.
Герцог покачал седой головой.
— Я состарился, Грэлэм, и меня очень утомила ответственность.
— А я все еще утомляю вас разговорами, хотя уже глубокая ночь. Может быть, милорд, — предложил Грэлэм, блестя темными глазами, — прежде чем вы отправитесь на покой, вы мне скажете, какова причина вашего визита.
— Я нашел тебе жену, — произнес герцог, испытующе глядя рыцарю в глаза.
Грэлэма не удивили эти слова. За последние пять лет герцог Корнуоллский несколько раз предлагал ему в жены богатых наследниц. Он склонил голову, глядя на герцога, и ничего не ответил.
— Ее зовут Джоанна де Морлэ, она дочь графа Лестера. Молода, миловидна, богата, но что важнее всего, кажется, сможет быть хорошей матерью и даст тебе потомство. На этот раз ты женишься, Грэлэм де Моретон, и породишь детей, которые унаследуют Вулфтон.
Грэлэм продолжал безмолвствовать, глядя на пепел в камине.
— Ты все еще думаешь о дочери сэра Ричарда де Эвенилла, а?
— Нет, — ответил рыцарь. — Разве вы забыли, милорд, что леди Чандра вышла замуж за сэра Джервэла де Вернона? Он не такой, как я, сумел ее укротить. И, к моему величайшему облегчению, мы расстались друзьями.
— Я об этом слышал, — сухо ответил герцог. — Вернемся к разговору о леди Джоанне. Не будешь же ты отрицать, что тебе нужны наследники?
— Нет, — не спеша согласился Грэлэм, думая о своей второй жене, умершей через несколько часов после свадьбы.
— Или есть еще какая-нибудь леди, привлекшая твое внимание?
Де Моретон улыбнулся, уловив нетерпение в голосе герцога.
— Нет, — признался он, пожимая плечами. — Но жена — это бремя, милорд герцог, такое бремя, что при мысли о нем у меня все холодеет внутри.
— Тебе уже почти тридцать, Грэлэм. Ты хочешь стать таким же стариком, как я, прежде чем твои сыновья возмужают?
«И Бельтер тоже должен иметь наследника», — подумал внезапно Грэлэм.
— Пожалуй, я начинаю склоняться к вашему мнению, милорд, — ответил он, — ваша логика убийственна.
— Не забывай, — почуяв вкус близкой победы, продолжал герцог более спокойным тоном, — ты привез из Святой Земли недостаточно, чтобы обеспечить себе достойную жизнь в твоем замке.
Он внимательно оглядел голые стены и пол, покрытый тростником, обычно на таком полу гнездятся паразиты, а также лежат кости, смешанные с отбросами и мусором. Мебель выглядела скудной и грубой, на скамьях не было мягких подушек, способных дать отдохновение чреслам усталого человека. Балки потолка закоптились, видно было, что здесь долгие годы пренебрегали уютом и чистотой. Подсвечники, укрепленные на стенах, также почернели от бараньего жира, которым заправляли факелы, вставлявшиеся в них.
— Тебе нужна жена, которая принесет славное приданое, будет достойной хозяйкой Вулфтона и сделает его жилищем воистину благородного рыцаря.
— Жена, — устало возразил Грэлэм, откинувшись головой на высокую спинку стула, — это нечто такое, что гнетет мужчину до конца его дней.
— Я уже тебе сказал, — перебил герцог, — леди Джоанна имеет приятную наружность. Возможно, ты сумеешь оценить ее и будешь заботиться о ней.
— Заботиться о женщине? — Густая черная бровь Грэлэма поднялась вверх на добрый дюйм. — Если окажется, что она плодовита, этого будет вполне достаточно. А почему Лестер хочет меня в мужья для своей дочери?
— Ты один из ближайших друзей короля, — терпеливо пояснил герцог, — а также мой вассал. Лестер не нуждается в том, чтобы искать для своей дочери мужа более высокого происхождения. Если у него в зятьях будет такой отважный воин, как ты, его враги и соседи дважды подумают, прежде чем вторгнуться на его земли.
— А вы видели эту леди Джоанну?
— Всего один раз, месяцев шесть назад. Она сложена так же, как ее мать, которая с легкостью произвела на свет пятерых сыновей. Четверо из них выжили.
— Думаю, она ждет, что с ней будут ворковать и даже слагать песни о ее глазах и бровях.
— Ты упрямец, Грэлэм. Я предлагаю тебе богатый куш, а ты жалуешься на то, что тебе придется немного поухаживать за девицей.
— А если я поколочу эту бабенку за неповиновение, полагаю, она разразится слезами и упреками и призовет на помощь своего отца!
— Тебе нужно только наполнить ее утробу наследниками, и у нее не останется времени, чтобы тебе перечить. Что же касается бабенок, которых ты привык привечать в своей постели, то тут ты прав — когда у тебя будет жена, тебе придется вести себя поскромнее.
Грэлэм вспомнил о Нэн, которая, вероятнее всего, уже спит в его постели мирным крепким сном.
— Я должен об этом серьезно подумать, милорд, — сказал Грэлэм, поднимаясь с места и потягиваясь.
Герцог Корнуоллский тоже поднялся и теперь с улыбкой смотрел на молодого человека, которого любил больше, чем собственного беспутного и никчемного сына.
— Думай поскорее, милорд, потому что леди Джоанна прибывает на следующей неделе… Она приезжает в гости. С ней будут несколько людей ее отца и, разумеется, ее дамы. Если ты посватаешься, то на свадьбу приедут ее родители, ну и я, конечно.
— Вы зловредный старикан, — сказал Грэлэм, и лицо его слабо покраснело от поднимающегося в нем гнева. — Сначала вы меня обхаживаете, а потом — раз, и закуете в цепи!
— Хорошо ублажи свою бабенку в постели, Грэлэм де Моретон, потому что было бы разумно нагулять аппетит к приезду леди Джоанны. — Он хлопнул Грэлэма по плечу. — Не сердись на меня, мой мальчик. Все это к лучшему.
— Страсти Господни! — проворчал Грэлэм. — К лучшему? Лучшему для кого?
Но герцог только рассмеялся.
— Ты будешь хорошим мужем для девочки, Грэлэм. Она останется тобой довольна — при твоем-то сластолюбии! Будь рад хоть этому.
Глава 6
— Герцог Корнуоллский устроил мой брак, — сказал Грэлэм Бланш. — Леди Джоанна и ее свита прибывают на следующей неделе. Ты должна приготовить все для их приема.
Услышав эту новость, Бланш была не в силах произнести ни слова и только молча смотрела на рыцаря. Брак! Ей хотелось закричать во весь голос, заплакать, надавать хозяину Вулфтона оплеух, чтоб на лице его выступила кровь, как сейчас сочилось кровью ее сердце. Молодая женщина опустила голову и провела языком по своим внезапно пересохшим губам, продолжая слушать его голос, столь равнодушный, будто он говорил о погоде.
— Если девушка приятная, я на ней женюсь. Бланш уцепилась за эту его реплику, будто от этого зависела ее жизнь.
— Так вы ее не знаете, Грэлэм? Вы никогда ее не видели?
— Нет. Я ничего о ней не знаю, кроме того, что она богатая наследница, — пожал плечами Грэлэм. — Если она сумеет родить мне сыновей, думаю, больше я ничего от нее не потребую. Ее отец заинтересован во мне. Он хочет, чтобы я стал его зятем из-за моей дружбы с королем и герцогом Корнуоллским.
