– Мне кажется, вы лукавите. Человеческая природа везде одинакова, знаете ли.
– Это так, но всему виной праздность и отсутствие разумного занятия. Мне кажется, англичане слишком погрязли в праздности и лени. По крайней мере обитатели Мейфэра.
– Такие, как я, хотите вы сказать?
– Нет, я не имела в виду... то есть я уверена... – Колин еще ни разу не видел ее такой взволнованной. – Вы должны меня извинить, мистер Розмур. Я сказала, не подумав.
– Не нужно извиняться, леди Бренна. Вы правы. Хотите знать, как я провожу день, живя в городе? Встаю после десяти, иногда вообще не раньше полудня. За кофе читаю газету, а потом лакей помогает мне одеться. День я провожу в клубе. По крайней мере проводил. Теперь меня исключили из членов клуба. – Колин опять почувствовал вспышку гнева. Ему стало трудно дышать, и он ослабил узел галстука. – В пять часов пора на конную прогулку по Роттен-роу, только затем, чтобы не отставать от моды. Вечера проходят в погоне за наслаждениями. Балы, званые вечера, приемы. Иногда опера или театр. Потом, может быть, карточный салон, партия-другая в карты. Бутылка бренди – ну, скорее, джина, – прежде чем я вернусь к себе. А если повезет, утром в своей постели я обнаружу незнакомую женщину и буду гадать, как она сюда попала.
Колин услышал ее возмущенный вздох, но тем не менее продолжал:
– Вот, моя дорогая, как я провожу дни в Лондоне. Чудесно, не так ли? У вас есть более яркий образчик бездельника?
Только теперь он заметил, что они давно остановились и стоят на берегу канала, глядя друг на друга. Он поднес руку к виску, с отвращением заметив, что рука дрожит.
– Вы должны меня простить, леди Бренна. Я не имел права говорить с вами в таком тоне.
– Ничего, мистер Розмур, поделом мне. Кто я такая, чтобы читать вам наставления? Вы могли счесть меня сварливой моралисткой.
– Моралисткой? Нет. – Он взял ее руку. – Вовсе нет.
– Я должна была думать, что говорю. Я все время забываю... То есть вы так отличаетесь от остальных – Хью и прочих джентльменов, с которыми меня знакомили. – Бренна перевела взгляд с его касторовой шляпы на носки его сапог. – Несмотря на вашу наружность, – добавила она.
Робкая улыбка наконец озарила ее лицо. В ту же минуту Колин почувствовал, как спадает напряжение в его теле, и ему тоже захотелось улыбнуться.
– Что бы это значило? – спросил он, выпуская ее руку.
– Ну, взгляните на себя! Ни морщинки на брюках. Ваш галстук завязан... Я даже не могу понять, что это за узел. Похоже, вы тренировались часами. – Она посмотрела вниз, на его ноги: – Ваши сапоги блестят как зеркало, так их начистили. И говоря по правде, ни один мужчина в Лохабере не отправится гулять, надев фрак и жилет в такой теплый день, как сегодня.
– Вот как? – удивился Колин. – А на себя вы смотрели?
Бренна окинула взглядом свое платье, расправила складки юбок.
– Знаю, я выгляжу смешно. Платье для прогулок – вот как это называется. Бывают утренние платья, платья для прогулок, костюмы для верховой езды. Особое платье для каждого случая. Впрочем, вот это платье красивое.
– Очень, – согласился Колин. – И смотрится еще лучше от того, что его надели вы.
Бренна пропустила комплимент мимо ушей.
– Подумать только, раньше я думала, что простое шерстяное платье – это все, что нужно женщине.
– Должен заметить, я рад, что вы переменили мнение на сей счет.
Колин снова взял ее руку в перчатке, поглаживая ладонь сквозь тонкую лайку.
Бренна, как загипнотизированная, смотрела на их сцепленные руки и молчала.
– Бренна? – Ее имя само слетело с его языка. Наполнявшие парк звуки вдруг отступили, стали просто неясным шумом где-то вдалеке. Он не замечал ничего вокруг, следя, как она облизнула губы кончиком языка. Потом она подняла взгляд, их глаза встретились, и он вдруг понял, что ему нечем дышать.
– Да, Колин? – переспросила она. Ее голос звучал хрипло и низко.
– Вот вы где!
Колин, как ужаленный, бросил руку Бренны и повернулся к сестре. Он с трудом перевел дух. Джейн широко улыбалась, подходя к ним рука об руку с леди Уэллсли.
– Я хотела познакомить Брен... леди Маргарет с леди Уэллсли, – весело сказала Джейн. Колин, однако, заметил, что сестра подозрительно переводит взгляд с него на Бренну и обратно.
Они что-то видели? Или, что еще хуже, слышали? Ведь он чуть было не поцеловал Бренну. Более того, ему хотелось схватить девушку в объятия прямо тут, на берегу канала, и целовать, пока у нее не закружится голова и она не ухватится за него в отчаянной попытке не упасть, шепча его имя снова и снова.
Он заставил себя взглянуть на Бренну. Вот она скромно стоит, сложив перед собой руки, пока сестра представляет ей леди Уэллсли. Невинна и чиста, как ангел. Он впервые видит такую непорочность. Боже, он действительно развратный человек. Он несет ей погибель.
– Надеюсь, вы извините меня, леди.
Не говоря больше ни слова, он повернулся и зашагал прочь – как можно дальше от Бренны. Но Колин понял, что способен отдать все, лишь бы остаться рядом с ней навсегда!
Глава 6
– Вы хотели меня видеть? – спросила Бренна, останавливаясь в дверях салона. Ее мать сидела на обитом ситцем стуле возле камина, рядом стоял отец, опустив руку ей на плечо. Бренна почувствовала, как ее ладони увлажнились, и ей пришлось вытереть их о юбку. Сердце тревожно забилось – что-то ее ждет? Она чем-то их рассердила?
– Пожалуйста, садись, моя дорогая. – Отец указал ей на диван, стоявший прямо напротив.
Бренна кивнула и села, стиснув руки на коленях, дурные предчувствия одолевали ее. Мать взглянула на отца. Деликатно кашлянув, он начал:
– Итак, начнем. Твоя мама сообщила, что ты провела день в Сент-Джеймс-парке в компании мисс Джейн Розмур.
– Это так. Мне очень понравилась эта девушка, сэр.
– Да-да, разумеется. Но мне сказали, что там был также брат мисс Розмур, мистер Колин Розмур. Он сидел с вами в буфетной и сопровождал на прогулке.
– Действительно. – У Бренны внезапно похолодели руки. – Нас познакомили на вечере у леди Брэндон.
Это было не совсем так. Формально их никто друг другу не представлял, но Бренна решила, что не стоит посвящать родителей в подробности их первых встреч – хоть в гостиной их дома, хоть в саду леди Брэндон. Она подозревала, что это вряд ли сочтут приемлемым.
– Хорошо, дорогая. Но знаешь ли, первое впечатление часто бывает обманчивым. Боюсь, он не настолько джентльмен, каким, возможно, кажется. Молодой Розмур частенько грешил необдуманным, необузданным поведением, но на сей раз он зашел слишком далеко.
– Слишком далеко, – вмешалась мать, сурово поджав губы. – Подумать только, такая хорошая семья, связи, и...
