предупреждал ее насчет побега. Кажется, она меня ни капли не боится. Нет, не тогда, когда тычет в меня пальцем и кричит.
Насколько же я ебанутый, если это меня возбудило? Стою колом, а при одной мысли, что она хочет уйти, во мне закипает ярость. Похоже, Райли прислушалась к моему предупреждению не брать Энджел с собой.
Но она наверняка в шоке от меня, особенно после того, что нашла в гардеробной. Иначе зачем ей уходить? Наверное, она решила, что я такой же маньяк-преследователь, как ее брат. Любое объяснение лишь усугубит ситуацию.
— Авель, — Энджел буквально сдувается у меня на глазах. Ее плечи бессильно опускаются, губа надувается, а глаза наполняются слезами. Эта печаль на ее лице способна опустить любого мужчину на колени. — Как ты мог привезти меня сюда? Если у тебя явно есть другая женщина. — Она свободной рукой указывает на одежду.
— Я говорил тебе, Энджел, есть только ты.
— Значит, бывшая?
— Пожалуйста, не плачь, — я отпускаю ее руку, чтобы прикоснуться к ее лицу.
Энджел всхлипывает.
— Просто объясни, что происходит. Я знаю, что не имею права ревновать. Мы ведь даже не как... ну, я не знаю. Слово «парень» по отношению к тебе звучит смешно. Ты уж точно не мальчик.
— Нет, не мальчик, — соглашаюсь я. — Мы вместе. Ты никуда не уйдешь.
— Почему? Потому что это небезопасно?
— Да. — Даже когда я разберусь с ее братом и отцом, мир для нее не станет безопасным. Тьма всегда найдет ее. А я смогу ее защитить.
— Вот видишь! — она всхлипывает.
Черт подери. Я все порчу. Понятия не имею, что делаю.
— Так, я вернулась, — Райли вальяжно входит в гардеробную. — Это уже становится смешным, так что давайте проясним. — Она поправляет очки. — Одежда для тебя. Я так и подумала, когда мы зашли, но лак для ногтей все подтвердил. Это все твое. — Она складывает руки. — Ну что, все в порядке?
Я бросаю на Райли злой взгляд.
— Все мое? — глаза Энджел расширяются.
— Ты ее пугаешь, — ворчу я, пытаясь сдержать гнев. Мне не нужно ссориться с Николаем, который, я знаю, стоит у меня за спиной. Гардеробная слишком мала, и девушки могут пострадать.
— Да, все твое, — подтверждает Райли, не пугаясь моего взгляда. Видимо, я теряю хватку, или она знает, что моя Энджел защитит ее от меня. Она не ошибается. На этом этапе Энджел может добиться от меня почти всего. Особенно если это заставит ее перестать плакать. — А этот большой медведь, — Райли указывает большим пальцем на меня, — хочет, чтобы ты осталась. Да, чтобы обезопасить тебя, но также потому, что ты ему нужна здесь.
— Ты хочешь, чтобы я осталась? — Энджел смотрит на меня снизу-вверх.
— Ты никуда не уйдешь, — повторяю я в миллионный раз. Не знаю, как еще яснее это выразить. Я провожу большим пальцем по ее нижней губе, желая втянуть ее в рот. Мне снова нужен ее вкус.
— Думаю, он не слишком силен в общении с дамами, — качает головой Райли.
— Я не должен быть в этом силен. — Она закатывает на меня глаза и продолжает, но я замечаю, что Энджел начинает успокаиваться. Слезы больше не угрожают пролиться.
— Он полон решимости оставить тебя себе, так что ты никуда не денешься.
Я стискиваю зубы, ожидая, что Энджел запаникует. Все станет намного хуже, если она действительно попытается уйти. Это заставит ее возненавидеть меня.
— Это правда? — спрашивает она, и я киваю.
К моему удивлению, по ее лицу медленно расползается улыбка.
— Я хочу остаться. Если ты хочешь, чтобы я была здесь, и если никого больше нет.
— Никогда не было. — Я обнимаю ее и поднимаю. Она встречает меня на полпути, прижимая свои губы к моим.
— А теперь мы действительно уходим, — слышу я слова Райли, но предпочитаю проигнорировать их.
Наши языки сплетаются, а Энджел обвивает меня своим телом. Я стону в ее рот, желая прижать ее к полу, но не могу быть с ней грубым. Она такая хрупкая.
— Примешь со мной душ? — спрашиваю я, но уже двигаюсь в сторону ванной.
— Да, — соглашается она и снова целует меня. В ванной я усаживаю ее на раковину и начинаю раздеваться. — На тебе кровь.
— Да, — она закусывает губу, но не спрашивает.
Не знаю, не хочет ли она знать или боится услышать ответ. Я не хочу ей рассказывать. Пока нет. Мне нужно привязать ее к себе крепче, прежде чем она увидит все мои темные стороны.
Энджел отпускает губу, когда я сбрасываю брюки, оставаясь совершенно голым. Она облизывает губы, водя по мне глазами сверху-вниз.
— Ты... большой.
Из меня вырывается короткий смех, удивляя нас обоих.
— Теперь твоя очередь, Энджел. — Я стягиваю с нее футболку и отбрасываю в сторону. Ее грудь покачивается, когда я снимаю ее с тумбы, чтобы стащить шорты. Она надела их наспех, когда приехала Райли. — Ты прекрасна. — Я целую ее живот, затем поднимаюсь и, взяв за руку, веду в душ. Энджел собирает волосы в пучок на макушке.
— Ты тоже ничего, — она проводит пальцами по моей груди. — Когда-нибудь ты расскажешь мне о них? — Энджел осторожно касается одного из шрамов. Сегодня утром в постели я рассказал ей кое-что о своем детстве. Не вдавался в подробности, но она поняла общую картину.
— Если захочешь.
— Я определенно хочу. — Я закрываю глаза, когда она целует один шрам, затем другой. — Мне нужно знать о тебе все.
Не уверен, что она действительно этого хочет. Черт, я сам не хочу, чтобы она знала все. Впервые в жизни я задаюсь вопросом о том, что совершил. И все потому, что она узнает, и я, блядь, понятия не имею, как она это воспримет.
— Дай я тебя вымою. — Я намыливаю руки и начинаю водить ими по ее телу. Энджел счастливо вздыхает, прижимаясь ко мне. Я провожу намыленными пальцами по ее бугорку и между половых губ. Она тихо стонет, и ее пронзает дрожь. Я разворачиваю ее в своих объятиях, прижимая спиной к себе. — Хочешь кончить, детка?
— Пожалуйста, — шепчет она. Я нежно глажу ее киску, большим пальцем касаясь клитора. Другой рукой я касаюсь ее груди, лаская сосок. — Авель, — стонет Энджел.
Я целую ее шею.
Я продолжаю ласкать ее. Энджел сильнее прижимается ко мне, двигая бедрами. Я издаю сдавленный рык. Я не заслуживаю права прикасаться к ней, но это меня не остановит.
— Энджел, — я слегка покусываю ее шею.
— Не останавливайся. — Ее бедра начинают двигаться, и я понимаю, что она близка. Я ускоряю движения пальцев на ее клиторе. Ее тело напрягается, и
