class="p1">Так что сидит у нас сейчас Машка на особой высококалорийной диете. Чтобы прибавить в росте, нужно набрать массу. Так что откармливаю её не только булочками, но и тортиками с пирожными. Если чего лишнего наберёт, то я после подкорректирую.
Организм у неё в норме. Никаких серьёзных заболеваний не выявлено. Ну вот разве только с психикой не всё в порядке. Так она и раньше была гиперактивная и вспыльчивая по натуре. Она уже успела рассказать нам о том, почему дошла до жизни такой. Сперва, конечно, с Иркой поделилась, ну а после и мне всё поведала.
Поначалу у неё всё было в порядке. Но вот только потом…
То ли юношеские гормоны взыграли, то ли просто поступила необдуманно. В общем, она поделилась с одной своей «лучшей» подругой в классе, рассказав о своих приключениях и путешествиях по другим мирам с парнем, который то ли колдун, то ли волшебник.
Да… Зря она это сделала. С подругой той она через полгода вдрызг разругалась. Ну а та в отместку растрепала про Машкины сказки. В классе сперва её начали слегка подкалывать, да в придачу ещё и зло подшучивать над ней. В будущем для этого придумали много разных терминов. Буллинг, троллинг. Ну а если по-нашему, то это конкретная травля. Девочка замкнулась в себе, но малолетние хейтеры не унимались. Её везде называли дурой, врушкой и фантазёркой. И при этом, это были ещё не самые обидные слова, которые она услышала тогда в свой адрес.
Ну а когда история дошла и до учителей, то заботливые педагоги настоятельно порекомендовали показать ребёнка психиатру. До детских психологов в семидесятые годы ещё, кажется, не додумались. Вот тут-то всё самое нехорошее и началось.
Родители «хороших» девочек и мальчиков в один голос потребовали, чтобы «психически больного» ребёнка убрали из нормальной школы.
Да. Машка пообщалась со специалистом этого профиля, только психиатр не выявил никаких отклонений. Но кого это уже интересовало. У нас же, как всегда… Не важно: «У тебя украли, или ты украл.» Ату его! Ату!
А тут ещё м в семье начались разлады. Отец. Как и в прошлый раз ушёл из семьи. Маша с мамой разменяли квартиру и переехали в другой район. Новая школа. Новые лица. И всё вроде бы пошло на лад. Но… Москва — это большая деревня. Это гора с горой не сходится, а человек с человеком. Где-то, когда-то, кто-то с кем-то пересёкся… Может на какой городской олимпиаде по математике, а может и на каком спортивном соревновании… Но про Машкины фантастические истории и визиты к психиатру стало известно и в новой школе. Началась новая волна травли и злых шуток.
Дети бывают жестокими почище чем взрослые. Маша плакала по ночам, срывалась на крик и даже пару раз подралась с обидчиками… Но этим она только сделал себе хуже.
А Максим, на помощь которого она понадеялась, всё никак не появлялся. Машка даже нашла дом, в котором должен быть жить тот Максим… Но тот мальчик, которого она увидела был другим. Он не узнал Машу и проигнорировал её попытку поговорить с ним.
Терпения у девочки больше не оставалось. Она получала в школе неуды, и этим сильно стала раздражать свою мать. Когда житья не стало ни дома, ни в школе, отчаяние совсем охватило Машку.
Но она всё ещё ждала появления Максима… Её Максима… Того самого, кто придёт однажды, чтобы забрать её из этого мира, в котором она познала столько горя. Только он всё не появлялся.
День, для сведения счётов с жизнью, она выбрала не случайно. В прошлой её жизни, в этот день она умерла. И место тоже было ею выбрано символическое. Она уже однажды прыгала с этой крыши. Правда она в тот раз уже была призрачной мёртвой девочкой. И прыгнула она с крыши, проникнув в сознание одного не слишком хорошего индивидуума. Гопника, ворюги и соучастника убийства бабушки Максима. Именно она, Машка, тогда заставила того парня прыгнуть с крыши, чтобы разбиться насмерть.
А я помню, с каким восторгом она тогда рассказывала мне про испытанное ею в тот момент чувства полёта. Только вот я не думал, что она решится это повторить, будучи уже в своём теле. Но она решилась и даже сделала это.
В общем, у неё не осталось стимула для жизни. А подростковые гормоны только подстёгивали её принять кардинальное решение сложившейся ситуации.
— Машенька! Пообещай мне, что ты больше никогда так не поступишь!
— А ты женишься на мне?
— Не сейчас… Ладно?
— Пообещай! — настойчиво проговорила девочка.
— Ну, хорошо. Обещаю…
— А без всяких «ну» нельзя было? — обиделась Машка.
— Когда ты перестанешь обижаться по пустякам? А особенно на меня… Ведь у меня, кроме тебя, нет в мире более близкого и родного человека.
— Правда? — загорелись глаза у рыжей девчушки.
— Ну, а как же иначе. Олег с Ирой решили вернуться в прошлое, и будут там вместе жить. Ну а я… Я останусь с тобой.
— Навсегда?
— И даже дольше…
— А это как? Я не поняла. Как это «дольше, чем навсегда»?
— Понятия не имею. — отвечаю я ей и снова получаю маленьким кулачком в бок.
— Дурак! Я же серьёзно, а ты…
— Я тоже серьёзно. Тебе придётся немного укротить своё стервозный нрав. Но истина в том, что нам действительно суждено дальше идти по жизни рука об руку.
— Я буду стараться! — тут же клятвенно пообещала Машка.
Но почему-то я ей ни на грош не поверил.
* * *
День за днём… Даже несколько раз в день, я занимаюсь Машкиным здоровьем. Общее физическое состояние у неё уже в норме. Даже не верится, что ещё совсем недавно она выглядела, как встрёпанный желторотый воробышек мокрый и ободранный, как после битвы с дворовой кошкой. Одни потухшие глаза чего стоили. В них была такая беспросветная тоска, что самому жить не хотелось, глядя в них.
Но теперь она уже выглядела таким живчиком, что просто источала некую солнечную энергию. Вот как так? Или психика у подростков такая эластичная, что легко сжимается и разжимается, как спортивный тренажёр, или же она просто убрала свои страхи и тревоги куда-подальше, а вся эта солнечная энергия просто маска.
Все люди носят маски. А у некоторых этих масок целая коллекция. И порою трудно понять, что человек скрывает под очередным «искусственным» лицом. Мне не хочется даже и думать, что
