провести сеанс синхронизации.]
Я невольно сжалась: процесс не из приятных.
— Делай… чего уж…
[Это в последний раз. Поздравляю, офицер.]
— Серьёзно⁈ Значит…
Вены на лбу взбухли, тело безвольно повалилось на песок, голову заполнили образы и звуки. Казалось, что черепушка вот-вот лопнет. Это слияние хуже прежних: больше данных, сложнее информация. Сегодняшний «пакет» содержал много видеофайлов, а они, как известно, занимают больше памяти, чем другие типы информации.
Из всего сонма знаний, мне особо приглянулась историческая запись:
Разгар войны с тьмой. Главная площадь Андропонии. Всё население бело-золотого города фалангами выстроилось перед дворцом Главнокомандующего.
Энтинус вышел на балкон вместе с тремя другими дзе. Субтитры подсказали — это три старших офицера, командиры отрядов. Ланчиссия из Боевого, Гелеста, бывшая тогда управляющей Научного, и Аристер, глава проповедников. От людей снизу доносился гул, который стих, когда Энтинус раскинул руки, словно собираясь обнять всех присутствующих.
— Братья и сёстры! — грянул голос наставника.
Величественно, нечего сказать. Золотые латы, жёсткий взгляд фанатика, убийственная аура… Со мной он вёл себя мягче. Мог ведь и хлыстом загонять…
— Я пришёл, чтобы внести ясность! Верховный совет принял решение принудительно внедрить систему Эдикис каждому носителю терминала! С этого дня, если заражение тьмой превысит пятьдесят процентов, Эфия приведёт её в действие!
Дзе молчали, гнетущая атмосфера нарастала. Понимаю, когда между жизнью и смертью стоит холодный кусок металла, невольно вздрогнешь.
— Да, это жестоко, однако необходимо, — продолжил Верховный выдержав паузу. — Свой заряд КРОВ я уже имплантировал, исключений не будет!
Появилась сноска: КРОВ — квантовая ракета объёмного взрыва.
— Самопожертвование — сложный выбор, но помните: поддавшийся Злу не только поднимает оружие против своих, он идёт против Создателя! Это предательство высшей меры!
Ух, какая речь, сколько пафоса. Всё ради того, чтобы отправить людей на смерть. Мне тоже бомбу прикрутят?
— Погибших запомнят! Их имена украсят аллею славы, чтобы потомки знали своих героев! Присягнувший Всевышнему, да не отринет Его! Пусть в час рока ваши последние вспышки осветят небосвод!
Учитель настолько фанатичен? По нему и не скажешь.
— Вступление в ряды дзе — порыв чистой души. Тем, кто хочет спасать невинных, видеть чистое небо над головой, бороться со злом, здесь всегда рады. Остальные же… — Энтинус сжал кулаки. — Снимайте терминалы и убирайтесь вон! Андропония никого не держит!
С «добровольным вступлением» я бы поспорила, но в остальном наставник прав. Война с тьмой… Кошмарное бедствие. Великое Зло пожирало миры один за другим. Сколько ни беги… Когда звёзды погаснут, угаснешь и ты. На одной чаше весов смерть, а на другой сила. Благо свой выбор я уже сделала.
— Наша сила в единстве! Я — Андропония, мы — Андропония!
Даже после такой пламенной речи, лишь две трети крикнули «Ура!», остальные воздержались.
Синхронизация кончилась, а я всё продолжала лежать, обуреваемая противоречивыми чувствами.
[Офицер, чтобы поставить точку в вашем обучении, мне нужно проверить, как усвоились знания], — поторопил меня профессор.
Правильно, негоже леди на земле валяться, дела надо делать. Оторвав щёку от песка, я оглядела окрестности: ни души.
[Предлагаю прогуляться и поболтать]
«Поболтать», ага, сейчас все соки из меня выжмешь, эх…
Трещали насекомые, воздух кипел. Без поддержки Эфии я бы спеклась, пока бродила по этому аду. Вопросы сыпались из Железки, как из дырявого мешка, но ему не удалось меня «завалить». Даже задачки по наномеханике на раз щёлкала!
[Что же, боюсь, вы не оставили мне выбора. С великой радостью и бесконечным почтением присваиваю вам звание офицера], — получив исчерпывающий ответ на последний вопрос, гордо объявил профессор. Хах, будто сам себя нахваливает.
Мои губы растянулись в дикой улыбке. Чувство торжества бурным потоком растекалось по телу: хотелось кричать и прыгать от радости. Всё, я смогла, сдюжила! Уху! Так держать! Ну-с, людишки, держите портки, возмездие БЛИЗКО!
[Вам осталось выбрать специализацию], — напомнил Эфия.
— Помнишь, как нестабильный телепорт людей разрывал? Учи меня боевым заклинаниям магии пространства!
[Я почему-то знал, что вы об этом попросите, поэтому подготовил «подарок к выпускному».]
Естественно знал, каждое твоё слово продиктовано принципом нестационарности. У тебя есть запасной план для каждого запасного плана.
Перед моими глазами появилась очерченная кругом гексаграмма, внутри которой растопырил когти чёрный дракон.
— Ух ты! Красотища! Но… где же символы?
[Увеличьте изображение.]
М-да, жесть… Нет, ничего плохого, вы не подумайте, просто… Как бы объяснить? Представьте себе заклятье, длинной в несколько тысяч страниц. Железка уменьшил текст, и сложил из него дракона. Начертание великолепно, шедевр, однако…
— Выучить наизусть такую прорву символов… Я не смогу!
Профессора Академии всегда ставили дополнительный балл студентам, у кого начертание не только правильное, но и красиво выглядит. Стараясь выпендриться, Эфия хватил лишку. Безответственное отношение к магии — грех. Пропущу хоть одну букву — всё взорвётся! А учитывая, чьи это чары… достанется не только мне!
[Забудьте о зубрёжке, офицер. Все заклинания хранятся в моей базе данных. Вывести их на сетчатку глаза — доля секунды.]
— Разве я не должна досконально разбираться в выбранной специализации?
[Всему своё время, начнём с практики. Подыщите что-нибудь похожее на жезл.]
— Зачем? Сам же сказал: «Выведу на сетчатку».
[Без должного контроля, чары пространства… Поверьте на слово: выращивать новый глаз, взамен сожранного иномирьем — «неприятненько».]
— Хм, чтобы такого… О!
В моих руках появился скальпель-меч. Срубив тонкий стебель бамбука, я его обстругала.
— Подойдёт? — уточнила я, взмахнув изделием.
[Отлично, офицер, а теперь сосредоточьте взгляд на кончике жезла. Инициализирую магию огня, структура — лазер.]
Бамбук задымился, на нём медленно проступали очертания дракона. Противное чувство: мана почти не убывает, но душа стремительно нагревается. «Подковать блоху», да? Когда начертание было готово, я едва на ногах держалась.
— Да уж… уф… Если так уставать ещё до тренировки… Виски ломит.
[Я обдумаю этот вопрос.]
