поцелуя.
Ох, целовал он так, будто желал поглотить всю: жадно, уверенно, делая поступательные движения. Губы пили мои губы, язык нахально проник в рот, начал исследовать, сначала облизав губы. Он отпустил меня на секунду, аж причмокнув от удовольствия, и снова приник в поцелуе. Его губы терзали мои, так нагло, так крышесносно.
Я поплыла, руки упали ему на плечи.
Настойчивые губы, наглые руки, а первая уже давно была не на талии. Она пробралась выше, шаря по холмикам груди, массируя, сжимая, поглаживая. Вот пальцы нащупали сосок и так правильно сжали.
Стервец! Что же он творил?! Ах, надо же сопротивляться!
Мало того, бедром он начал потираться об меня, имитируя движение проникновения. И я поплыла.
Слишком давно у меня не было мужчины. Стужев прикасался ко мне так правильно, так горячо. Мне было слишком хорошо, чтобы сопротивляться.
Стужев освободил из плена мои губы, облизнулся и сощурился от удовольствия, смотря мне в глаза:
— Сладкая, ты такая вкусная. Будешь Сладулей.
Вот это он зря! Никакой фантазии у мужчин! Негодование на очередное пошлое прозвище отрезвило меня, напомнив, что я тут уже почти отдалась малознакомому мужчине, поплыла как маслице на сковородке.
Я сделала то, что сделала: от души двинула коленкой вперёд. А что там у него было? Правильно. Стужеву было очень больно, но скоро должно было отпустить, и он будет очень, очень зол на меня. Поэтому слегка оттолкнув пригнувшегося мужчину, побежала к двери и нервно задёргала ручку. Дверь в коридор была закрыта. Побарабанила по ней, крича и требуя открыть дверь.
Поняв, что откроют они её только своему шефу, оглянулась. Стужев всё ещё стоял, пригнувшись, с гримасой боли на лице, но смотрел на меня. И взгляд его мне не понравился.
Пристальный, внимательный, злой и обещающий. А ещё голодный. Да, голодный и злой.
Зашарила глазами и наткнулась на приоткрытую дверь в спальню, увидев замок внутри.
Спасение! Побежала туда, лихорадочно закрывая дверь, быстро проворачивая замок. Дверь была достаточно прочная, но эти амбалы могли и её вынести.
Мыслями лихорадочно перебирала варианты, но тут ручка задвигалась, потом дверь сильно дёрнулась, но такую прочную вряд ли быстро получится вынести. Хорошая дверь была, из массива.
Через дверь раздался голос — громкий, уверенный и недовольный:
— Ну, что, Сладуля, я вижу, сама пришла ко мне в спаленку. Только ты меня забыла за дверью. Непорядок! Давай, открывай быстрее, пока я не слишком зол, и, возможно, после твоих горячих ласк я подобрею.
«Ага, сейчас, уже бегу, трусы теряя по дороге!» — Злость на этого придурка аж распирала. Адреналин скакал, отрубая мозг и требуя действий. А этот гад, значит, напился и ничего же не соображал! Ему же всё объяснили, а он одно талдычил!
Что, что же делать? Да и куда я денусь отсюда? Зашарила глазами по комнате. Внутренняя дверь вела в совмещённый санузел. Быстро прошлась по комнате, выглянула аккуратно в окна. С одной стороны был как раз выезд, а с другой внутренняя территория.
Не будь я в такой ситуации, я бы оценила и аккуратные дорожки, и бассейн, и лежаки. А ещё удобные места отдыха. Увидела и мангальную зону. Нет, я, конечно, была рада за владельца, уютное местечко, но мне это сейчас не поможет.
Хозяин всего этого великолепия уже более злобно продолжил:
— Ну, ты открывать мне собираешься? Если эту дверь вынесу я, на мою доброту можешь не надеяться! — И как хрястнул по двери со всей дури!
Я так испугалась, что мозги, наконец, заработали. Мобильник! У меня же сумочка так и была перекинута через плечо, а в ней лежал мобильник!
Судорожно открыла сумочку и достала телефон, набрала номер Владимира. Ну, если он мне сейчас не ответит, я не я буду, но он меня надолго запомнит.
Недовольный голос отрывисто произнёс:
— Ярослава Львовна, я сейчас несколько занят, перезвоните, пожалуйста, через полчасика.
Владимир ещё только начал говорить, а я, услышав его голос, от облегчения сползла по стенке. Силы меня покинули разом, слишком я перенервничала. Вот только окончание речи юриста меня привело в такое бешенство, что я, сидя на полу, зашипела в трубку:
— Шшто?! Через полчаса? Идите сюда немедленно и вытаскивайте отсюда! Вы обещали, что отвезёте меня домой, так вот, мне здесь делать нечего! Везите меня отсюда прямо сейчас, вы слышите?!
В трубке повисла тишина, и Владимир переспросил осторожно:
— Вы так быстро закончили? Но прошло меньше получаса, не слишком ли быстро?
Да что непонятного было в моих словах? И я решила объясниться:
— Этот ваш Стужев ко мне приставал, а после в свою спальню загнал, и, судя по звукам, ломает дверь. И он не хочет лечения, он хочет секса, а я подобные услуги не оказываю и начинать не собираюсь. У меня вообще мужчина есть, я не нуждаюсь. И если вы прямо сейчас не вытащите меня отсюда, я вас по судам затаскаю, так и знайте. — Осознав, кому угрожала, добавила:
— Хотя нет, вы-то явно соскользнёте. Я лично сделаю всё, чтобы вам репутацию подмочить, вы меня поняли?
Владимир быстро ответил:
— Я уже иду. Ждите меня, не открывайте ему дверь. Всё равно он вас сейчас не слышит.
И отрубил связь.
Глава 17
Я сидела на полу и смотрела на противоположную стену, а за дверью всё так же неслись то увещевания, то угрозы, то удары по двери. Надеюсь, полотно выдержит, и я дождусь помощи.
Но вот послышались ещё голоса, и удары прекратились. Я начала прислушиваться, но голос другого говорившего был негромким, и я его не узнавала.
Наконец я узнала голос Владимира. Он стоял прямо за дверью, предлагал мне открыть дверь и поговорить спокойно всем вместе. А я так устала от всего, целый день работала, ещё и этот маньяк. Я просто хотела домой, в душ и спать.
Поэтому я подошла к двери и громко ответила ему:
— Никуда я не выйду, пока это чудовище в кабинете.
Оттуда зло и громко донеслось:
— Вот пусть и сидит там, царевна! Ну, перепутал, с кем не бывает? Чего сразу недотрогу строить? Ей же самой понравилось, я не настолько пьян и я уловил!
Владимир что-то примирительно забубнил, и голоса переместились дальше, я уже не слышала их.
Пять минут тишины, я уже начала подумывать о душе здесь, да и кроватка была вполне шикарной. Судя по размеру и матрасу, спать в ней будет очень
