позор!
Мин спокойно дождался, пока истерика старика пройдёт первую фазу отрицания.
— Ну, насчёт труб ты преувеличиваешь, — философски заметил юноша. — Не так давно их вообще было шесть. Растём. К тому же, этот «инвалид» прямо сейчас является хозяином артефакта, в котором ты так удачно прописался. И судя по тому, что ты не смог даже волосок у меня сдуть, прав тут у тебя примерно столько же, сколько у плесени в сыром подвале.
Размашистые шаги деда резко прекратились. Спесь окончательно слетела, уступив место мрачной догадке. Владыка торопливо вскинул руку, намереваясь собрать остатки собственной энергии и покинуть ловушку. Усилия пропали даром. Духовные канаты, мёртвой хваткой вцепившиеся в сущность Гу Ланя, тянулись глубоко в непроницаемые стеклянные своды флакона.
Остатки янтарной оболочки растворились. Артефакт навесил на великого предка унизительный статус собственной частицы. Управлял же этим дивным предметом стоящий неподалёку парень.
— Ах ты ж мелкий выродок… — прошипел Гу Лань. Благородство окончательно покинуло его облик. На месте грандмастера стоял озлобленный скряга с рыночной площади. — Думаешь, стал хозяином этой игрушки и можешь хамить мне, Гу Ланю⁈ Я видел, как рушились империи! Я начертал защитный массив над целым океаном! Мои наложницы были красивее богинь, и у каждой грудь была больше, чем весь твой запас ци! Я…
— Утихни, ископаемое, — оборвал его излияния Мин, стерев с лица любые намёки на вежливость. Ночёвка в подвале выдалась напряжённой, тратить ценные часы на рассказы про чужие гаремы он не собирался. — Я не знаю, кого ты там щупал за океаном три тысячи лет назад, но сейчас ты сидишь в моей банке. А я очень устал, и терпение у меня короткое.
Начертатель шагнул вперёд.
— Ты будешь сидеть тихо и отсвечивать только тогда, когда я разрешу. Понял? Если от тебя будет больше шума, чем пользы… — Мин нехорошо улыбнулся. — Я схожу на ближайшую ферму. Наберу ведро самого свежего, вонючего конского навоза и залью его прямо в горловину этой Чернильницы. И ты будешь плавать в этом дерьме ближайшую тысячу лет, наслаждаясь новыми ароматами. Как тебе такая перспектива, Владыка Звёздного Предела?
Челюсть судорожно сомкнулась. Бывший бессмертный уловил уверенность в чужом тоне. Этому бесстудному парню действительно ничего не стоило насобирать отходов, превратив легендарный сосуд в зловонную помойку.
Боевой порыв иссяк. Патриарх молча уселся на чернильный пол, подогнул ноги и насупился, скрестив руки на груди.
— Поколение бесстыдных идиотов, — тихо, но с чувством пробурчал он себе под нос. — Мало того, что таланта как у сушеной репы, так еще и манеры базарного разбойника. Никакого уважения к сединам. Тьфу. А я между прочим был великим…
Мин задумчиво потер подбородок, оценивая поникшего Владыку Звёздного Предела. В уме стремительно складывалась довольно циничная, хотя и вполне логичная развязка ситуации. На самом деле, этот дух из капли таил в себе знания, на фоне которых крупнейшие книгохранилища Долины смотрелись бы сборником детских басенок. Что куда важнее, дед оказался безнадёжно беспомощен. Артефакт, поглотивший старца, попросту переварил чужую духовную оболочку, намертво привязав сознание пленника к воле юноши. Небожитель прекратился в духа из бутылки, который по сказкам выполняет желания.
Тем временем Гу Лань, вероятно, тоже успел прийти к собственным выводам. Старик прокашлялся и гордо выпятил грудь. Призрак принялся усердно разглаживать невидимые складки на своих иллюзорных рукавах, пытаясь вновь нацепить маску снисходительного учителя.
— Юный друг, — начал старец бархатным, вкрадчивым тоном. — Небеса полны неожиданностей. Наши судьбы переплелись не случайно. Я вижу, твоё тело страдает от изъянов, но я добр. Если ты лишь самую малость ослабишь вот эту печать контроля на третьем слое артефакта, пустишь немного внешней ци в мою сторону, я в долгу не останусь. Подарю тебе рецепт мази для твоих… русел. Мы же разумные люди, зачем нам враждовать? Можно и помочь друг другу.
Мин слегка склонил голову. Пожалуй, доверять пленённым бессмертным не стоило ни при каких обстоятельствах. Он обдумал перспективу такой щедрости, прислушавшись к гулу собственной крови в ушах.
— Интересно, — протянул парень, не меняясь в лице. — Если я залью навоз прямо во флакон, он сохранит свой чудесный аромат внутри духовного пространства? Как думаешь, старик, запах конского дерьма оседает на полупрозрачных одеждах эпохи Девяти Бедствий?
Призрак растерял всю свою слащавость за один короткий миг. Подбородок небожителя мелко затрясся. Кожа на его скулах приобрела весьма нездоровый болотистый оттенок. На самом деле древний дед оказался ещё тем лицемером, но он даже не думал, что кто-то сможет так невозмутимо тягаться с ним.
— Ты… бесстыдный, вульгарный дикарь! — выплюнул он, сверкнув глазами. — Никаких манер! Торгуешься, как дешёвая портовая девка! Ладно! Ты хочешь сделку? Будет тебе сделка! Слушай внимательно, паршивец, потому что два раза Гу Лань не повторяет.
Призрак заложил кисти за спину.
— Я заперт здесь, но мои знания безграничны. Чтобы воссоздать мне достойный сосуд и вытащить меня из твоей банки, тебе придётся собрать материалы. Запоминай: Сердцевина Звёздного Железа, Корень Тысячелетней Миражной Ивы, Слёзы Истинного Ледяного Феникса, Лотос Девяти Преисподних, Драконий Мозговой Исток, Эссенция Первородного Хаоса и Пепел от последней молнии Девятого Небесного Бедствия. Семь предметов. Добудешь их — я сделаю себе тело и уйду. А взамен… взамен я научу тебя тому, как перестать быть жалким пятном грязи на сапоге культивации!
Парень внимательно выслушал длиннющий перечень. Пожалуй, с каждой названной редкостью его лицо приобретало все более отчужденное выражение.
— Слёзы феникса, пепел бедствия… Я так понимаю, купить всё это на ближайшей ярмарке за два медяка не выйдет, — сухо подытожил он. — И что же ты мне предложишь за то, что я всю жизнь буду грабить гробницы богов ради твоей тушки? Учить меня культивации? Обойдусь. У меня Чернильница есть. Я осваиваю начертание, и кисть работает прекрасно, думаю своими силами справлюсь.
Дед нахмурился. Затем его седые брови поползли наверх, а температура воздуха в этом карманном измерении ощутимо просела, выбив у Мина легкую дрожь в плечах.
— Кисть? — хрипло переспросил дед. Он вдруг расхохотался, и смех этот гулял по пустоте раскатами грома. — Ты сказал… кисть⁈
Упоение превосходством закончилось внезапно. Старец вскинул указательный палец. Он мазнул им по чёрному полотну пространства без малейшего следа чернил. На пустом месте прорезалась горящая полоса.
Владыка Звёздного Предела сделал ещё пару быстрых махов рукой. Возник многоуровневый рисунок, которому вообще не понадобилась физическая основа. Местная энергия потянулась к свежим штрихам и жадно впиталась в пульсирующий каркас.
Спустя мгновение готовая печать замерла в пустоте. От нее валил нешуточный жар, а линии легли так четко, будто их выдолбили долотом по скале. Вероятно, мастер Бо Хань с радостью
