Ни одно из этих платьев не было достаточно шикарно, чтобы сразить Дашку, да заодно и всех гостей на свадьбе.
Продавщицы вертелись вокруг нее с приклеенными к лицу улыбками. Платья были такие дорогие, что они не смели ни вздохом, ни намеком выразить свое раздражение.
В этот волнующий момент и зазвонил телефон.
Лола раздраженно взглянула на дисплей.
Номер был незнакомый.
Первым ее побуждением было отключить аппарат, но вдруг у нее возникло предчувствие.
Что, если ей звонят с киностудии, чтобы предложить замечательную, судьбоносную роль? Роль, которую она ждет всю свою сознательную жизнь? Роль, после которой она проснется знаменитой?
Она схватила телефон и поднесла его к уху.
Голос был совершенно незнакомый. Больше того, так не мог разговаривать никто из ее окружения.
Хриплый, грубый, пропитой бас проговорил:
– Это… насчет дружка вашего… он того, в подвале сидит, так просил, чтобы ему помочь…
– Какого еще дружка? – раздраженно выпалила Лола. – Ты, пьянь болотная, кому вообще звонишь?
Она уже потянулась к кнопке отбоя, но неизвестный голос в трубке прохрипел:
– Насчет Леонида… он обещал мне триста семьдесят рублей, так вот как бы мне получить…
На этот раз Лола насторожилась.
– Леонид? – переспросила она незнакомца. – Ты ничего не путаешь?
– А с чего мне путать? – грустно отозвался тот. – Я сегодня еще ни в одном глазу… вот если получу, что мне дружбан твой обещал, вот тогда точно оторвусь!
– Ты постой, не торопись насчет вознаграждения! – прервала его Лола. – Ты сперва расскажи, где Леньку встретил!
– Дак где? В окошке и встретил! Я банки пивные собирал, а он вдруг из окошка выглядывает, помоги, говорит, Хрюн…
– Какой еще Хрюн?
– Дак это ж я и есть Хрюн!
– Ладно, Хрюн, ты мне вот что скажи: ты где сейчас находишься?
– Это… магазин продовольственный, двадцать четыре часа… тут Велосипед грузчиком работает, так он меня позвонить пустил…
– Девушка, ну как, вы решили насчет платья? – обратилась к Лоле продавщица, стараясь сохранить на лице дежурную улыбку.
– Что? – переспросила Лола, плотнее прижимая трубку к уху. – Мне тут мешают… попадаются люди невоспитанные… слышно плохо… магазин велосипедов? Ты адрес, адрес скажи!
– Если вам не нравится, снимите! – продавщица потеряла терпение. – Здесь вам не переговорный пункт!
– Не велосипедов… продовольственный… – прохрипел Хрюн. – Угол Шестой и Егорова…
– Стой на месте! – выкрикнула Лола. – Никуда не уходи! Я сейчас приеду!
После этого она раздраженно стащила платье, мстительно швырнула его на пол примерочной кабинки и проговорила, натягивая свою одежду:
– Подберите это барахло! Я такого уродства в жизни не надену! И вообще, ноги моей в этой забегаловке больше не будет! Где вы только откапываете такое убожество?
– Это Роберто Кавалли! – возмущенно выпалила продавщица, стерев с лица остатки улыбки.
– На Сенном рынке своего Кавалли покупали! – отозвалась Лола, чтобы оставить за собой последнее слово, и гордой походкой победительницы покинула бутик.
Через двадцать минут она уже выскочила из машины на углу Шестой Красноармейской и улицы Егорова. Первое, что попалось ей на глаза, был небольшой продовольственный магазинчик.
Перед магазином курила кривоногая девица в замызганном фартуке.
– Эй, подруга, где тут у вас Велосипед работает?
– Чего? – переспросила продавщица, стряхивая столбик пепла и окидывая Лолу завистливым взглядом. – Дама, мы тут продуктами торгуем… если вам велосипед нужен, это на Московском, в «Спортмастере»…
– Да нет, это кликуха такая у человека… – неуверенно протянула Лола, – Вроде звать его так – Велосипед…
– Нету тут никаких велосипедов! – отрезала девица, сдувая упавшую на левый глаз обесцвеченную прядь.
– Девушка! – послышался из ближайшей подворотни свистящий шепот. – Идите сюда!
Лола огляделась по сторонам и под удивленным взглядом продавщицы опасливо приблизилась к подворотне.
Оттуда выглядывал небритый тип в замызганных штанах и разбитых башмаках немыслимого размера. Явным контрастом к его гардеробу выглядел приличный серый свитер из исландской шерсти.
Свитер был знакомый: Лола сама подарила его Маркизу на минувший день рождения.
– Ты Хрюн? – не столько спросила, сколько подтвердила она. – Ну, веди меня – где Ленька?
– Я извиняюсь, – прохрипел бомж. – Мне бы сперва аванс… а то деньги немалые, я вам все покажу, а ну как вы мне откажетесь платить? Бывали в моей жизни такие случаи…
– Э, нет! – оборвала его Лола. – Если я тебе сейчас дам денег, ты тут же напьешься и ничего мне не покажешь!
– Честное благородное слово!.. – начал Хрюн, но потом добавил с тяжелым вздохом:
– Ну, ты хоть покажи мне деньги! Мне уже малость полегчает… а то вдруг у тебя их и нет?
– Ну, смотри! – Лола вытащила из кошелька несколько сторублевок и помахала перед носом бомжа.
– Пошли! – решительно проговорил Хрюн и нырнул в арку ворот.
– С виду такая приличная женщина, а с такой шантрапой общается! – пробормотала продавщица, провожая Лолу неодобрительным взглядом.
– Нинка, ты что – весь день курить будешь? – донесся из магазина начальственный голос.
Хрюн прошел во второй двор, свернул за кирпичный гараж с надписью во всю стену «Клуша, я тебя люблю» и показал Лоле на крошечное подвальное окошко.
– Вот тута он, дружок твой!
– Ленечка! – окликнула Лола, наклонившись к окошку.
– Лолка, как же я рад тебя видеть! – донесся снизу голос Маркиза.
За спиной Лолы раздался деликатный кашель.
– Я извиняюсь, как насчет моих денег? – проговорил Хрюн.
Лола отсчитала ему гонорар, поблагодарила за помощь и снова повернулась к окну:
– И как же, Ленечка, тебя угораздило сюда попасть? – проговорила она с преувеличенной жалостью. – Решил для полноты ощущений записаться в детей подземелья?
– Лолка, потом все расскажу! Выпусти меня скорее, а то я здесь уже совершенно окоченел!
– Ну, это зависит от твоих объяснений, – строго проговорила Лола. – Если ты гонялся за очередной юбкой, придется в воспитательных целях подержать тебя здесь еще сутки…
– Лолочка, что ты говоришь? Да за сутки мне гарантировано двухстороннее воспаление легких!
– Ага, значит, сознаешься? Действительно гонялся за юбкой? Мне кажется, это тянет на пятнадцать суток!
– Ну какая юбка? Клянусь, я работал над нашим делом! Это история с часами…
– Ни за что не поверю! – воскликнула Лола, делая вид, что собирается уйти.
– Ну, чем мне поклясться? – взмолился Маркиз. – Хочешь, поклянусь самым дорогим, что у меня есть?
– Неужели твоим набором отмычек?
– Нет! Своим котом!
– Ну, это серьезно! – вздохнула Лола. – Придется поверить! Где вход в твою одиночную камеру?
Всю дорогу Лола ворчала и воспитывала Леню. Оказалось, что он совершенно неуправляемый, непредсказуемый и непослушный, у него ветер в голове и начисто отсутствуют тормоза. Он лезет напролом в самые опасные места, совершенно не думая о собственной безопасности.
– Ну, Лолка, – в конце концов не выдержал Леня, – ну что ты ворчишь, как будто я маленький…
– Вот именно, вроде не мальчик уже, а в голове пусто, – сварливым тоном ответила Лола, – да по-моему Пу И – и то умнее тебя! Я уж не говорю о коте.
Последнее было верно – кот, конечно, был гораздо умнее Пу И. Маркиз всерьез утверждал, что его кот намного умнее многих людей, но вот что он глупее собственного кота – с этим Леня никак не мог примириться.
– Ну, сдай меня в интернат для трудновоспитуемых детей! – буркнул он и отвернулся.
Лола тут же усовестилась. Что это она набросилась на Леню? Конечно, он проявил преступное легкомыслие, но ей ли не знать, что их
