видел. У него нет офиса в центре города, и все его дела ведутся по телефону. Говорят, он странный человек, который не любит, когда кто-то находится рядом с ним. Говорят даже, что его слуги не живут здесь — что он заставляет их уходить каждый вечер до наступления темноты.
— Он богат? — спросил Док.
— В течение последнего года его компания объединилась с другими судоходными компаниями, и теперь он — самый влиятельный судоходный магнат в Америке, если я не ошибаюсь, — сказал Пейс.
— Вы его когда-нибудь видели? — спросил Док.
— Нет, сэр, — ответил Пейс. — Разве я не сказал вам, что очень немногие люди видели этого старого чудака?
— Старого?
— Старый развалина, насколько я слышал, — ответил Пейс. — Говорят...
Однако то, что «говорят», так и не прозвучало. Из белого дома раздался крик — гулкий, потому что он был внутри, и гортанный от страха.
Крик повторился. Дверь распахнулась, и из двери хлынул белый свет. Она открылась на небольшой балкон, расположенный на высоте около пяти метров сбоку от особняка.
Через дверь вывалилась фигура. Это был мужчина, который выглядел гротескно на фоне блеска изнутри. Ему было около сорока лет, и даже с такого расстояния его лицо излучало ужас. Он был одет в форму таксиста.
Мужчина явно бежал. Он пытался перелезть через перила балкона.
Вдруг в доме раздался глухой выстрел. От удара пули таксист отскочил, перелетел через перила балкона, на мгновение замер, а затем, под действием инерции, упал вниз. Внизу был бетонный тротуар, и водитель ударился о него прямо головой — что убило бы его, если бы пуля не сделала этого раньше.
Глава 7. ГОЛОВА ИНДЕЙЦА
Док Сэвидж услышал рядом с собой какой-то трепещущий звук, огляделся и увидел, что Рапид Пэйс, казалось, был во власти сильного озноба. От его тряски раскачивалась ветка куста, у которого они стояли. Внезапно Пейс нырнул в ближайшее укрытие и исчез, как испуганный кролик.
Док побежал к дому, свернув направо и пригибаясь, чтобы стрелок не заметил его через балконную дверь. Дом, казалось, увеличивался в размерах по мере того, как он приближался к нему; строение было очень большим.
Боковая дверь, к которой он подошел, была заперта, но тонкий металлический зонд Дока беззвучно и быстро впустил его. Темнота внутри поглотила его.
Пройдя несколько футов, он оказался в комнате, где ковер был толстым и мягким. Он уловил звуки дыхания, беспокойного, прерывистого. Через несколько секунд послышалось шарканье ног по ковру.
Док двигался как призрак; его руки, обвитые сухожилиями, взметнулись и сомкнулись на предплечьях. Борьба была короткой. Раздался тихий стук, очевидно, упало ружье. Док отпустил пленника, отскочил назад, подобрал ружье, затем нашел выключатель и включил свет.
Он изучал личность, которая была явлена в сверкающем потоке.
Это был мужчина, странная фигура, согнувшийся почти вдвое. У мужчины была черная борода, чуть больше, чем у Вандайка, которая превращала нижнюю часть его лица в темный комок шерсти. Глаза были прищурены до тончайших щелочек; невозможно было различить даже цвет глазных яблок.
Сгорбленная бородатая фигура отпрянула назад, наклонилась, чуть не упав, но сумела поднять тяжелую трость, прислоненную к стулу. Затем он уставился на Дока своими прищуренными глазами.
На несколько секунд воцарилось молчание. Затем густая борода качнулась, когда собеседник кивнул.
— Док Сэвидж, сказал он грубым, дрожащим голосом. — Где-то я вас уже видел. Или, может быть, это была ваша фотография.
Док извлек патроны из пистолета — это был автоматический пистолет. Ни один из снарядов не был выпущен. Он выбросил патроны в открытое окно и положил оружие на подставку рядом с телефоном. Док никогда не пользовался оружием, хотя при необходимости был опытным стрелком.
— Что здесь происходит? — спросил он. — Кто вы?
Бородач первым ответил на последний вопрос. — Я Гарднер.
— Что случилось? — Док повторил.
Грубый голос дрогнул: — Я расскажу об этом полиции.
— У меня, — указал Док, — есть полицейские полномочия.
— Это округ Вестчестер, прорычал Бедфорд Берджесс Гарднер. — У вас могут быть полномочия в Нью-Йорке, но здесь они вам ничего не дадут.
— Это полномочия полиции штата, — сообщил Док.
Гарднер обдумывал это, в то время как трость слегка дрожала под его нервной тяжестью.
— Иди ты к черту! — наконец предложил он. — И заодно убирайся отсюда! Я не люблю, когда люди окружают меня по ночам.
Снаружи послышался шум, шаги и нервный голос Рапида Пейса. Когда Док ответил ему, вошел Пейс.
Гарднер указал дрожащей рукой на Пейса и проскрежетал: — Ты тоже убирайся!
— Кто убил таксиста? — спросил Пейс.
Док посмотрел на Гарднера. — Кто это сделал?
— Я не знаю, — причитал Гарднер. — Я ничего об этом не знаю!
— Это усложнит вам задачу, — сказал Пейс. — Да, сэр!
Гарднер поднял трость и направился к Пейсу. Пейс отскочил назад, и Док был вынужден отойти в сторону, чтобы уступить ему дорогу.
Внезапно изменив курс, Гарднер направился к двери.
Нервы были на пределе из-за того, что он считал вторжением в свой дом, и он поспешно покинул комнату.
* * *
Док, разочарованный результатами расследования, направился в коридор, за ним последовал Пейс.
Теперь Гарднера нигде не было видно — пока они не услышали звуки сверху, шарканье, царапанье.
Они взбежали по лестнице. Док достал фонарик. Мгновение спустя они нырнули в дверь комнаты, выходившую на балкон.
На полу валялась трость, которую принес Гарднер. Рядом с ней были мокрые багровые пятна. Стул был опрокинут.
— Была драка, — сказал Пейс. — Драка, конечно! Но был ли это таксист или Гарднера схватили. Это кровь Гарднера или таксиста? Вот в чем вопрос.
Док Сэвидж бросился вперед, наклонился и поднял с пола блестящий обмякший обломок. Это был кусок серебристой ткани, рваный, словно оторванный от одного из странных одеяний таинственных серебряных людей.
— Они схватили Гарднера, пробормотал Пейс. — Или как?
Док Сэвидж скользнул к ближайшей двери, открыл ее и вошел.
Пейс, медленно следуя за ним, добрался до двери и, казалось, испугался темноты за ней. Он неуверенно заерзал, его обычная нервозность стала еще более заметной.
Результатом его нерешительности стало то, что Пейс, вместо того чтобы последовать за Доком, вернулся наверх и взял пистолет, который Док отобрал у Гарднера.
Затем Пейс вышел из комнаты и направился через затемненный дом, держа пистолет
