трудно не думать о моем отце, но это должно было стать пыткой.
— Спасибо, профессор Мур, — сказал Ной, и она просто помахала ему рукой, когда вразвалку направилась обратно к двери, очевидно, уже отказавшись от преподавания этого предмета. Он продолжал: — Я знаю, что вы все знаете, кто я, и, пожалуйста, зовите меня просто Ной. Мы собираемся начать с защиты данных и оценочного теста, чтобы я мог видеть, где все находятся, поэтому, пожалуйста, войдите в свои компьютеры, чтобы получить доступ к тесту.
Мы все сделали, как нам сказали. Я проработала свой, убедившись, что примерно половину вопросов ответила неправильно, а Ной начал бродить по классу, проверяя успеваемость студентов и отвечая на вопросы.
— У тебя текут слюнки, — услышала я, как Ханна фыркнула на Энни, глаза которой были устремлены не на компьютер, а на Ноя, куда бы он ни переместился в классе.
— Заткнись, — фыркнула на нее Энни. — Ты просто завидуешь, что тебе не уделяют внимания Наследники. Моя семья ужинала с ним несколько раз за лето, и просто поверь мне, когда я говорю, что у нас потрясающая химия.
— Угу, — пробормотала Ханна, все еще работая над своим тестом. — Конечно.
— Уже закончила? — произнес ровный голос мне в ухо, отрывая меня от подслушивания.
Я обернулась и увидела, что Ной садится на пустой стул рядом со мной, на его ужасно красивом лице появилось любопытное выражение. Вблизи я увидела, что его глаза были того же темно-синего цвета, что и в моих воспоминаниях, а темно-коричневая прямоугольная оправа делала их еще больше.
— Просто куча случайных догадок, — ответила я, пожимая плечами, отрывая взгляд от его лица и переводя его на свой экран. — Наша техническая учебная программа в средней школе Саутсайда не совсем соответствовала стандартам Холиуэла.
— Понятно, — сказал он с терпением учителя. — Ну, не волнуйся. Мы быстро введем тебя в курс дела.
— Хм. — Я покрутила ручку между пальцами, стараясь не ерзать под пристальным взглядом, устремленным в мою сторону лица. После того, как я неожиданно оказалась сегодня так близко к Заку, и к нему самому, я была рада, что решила начать пользоваться тональным кремом, который придавал моей бледной коже немного загара и скрывал легкий налет веснушек, которые у меня всегда были на носу и щеках. Я сказала: — Разве ты не должен болеть за то, чтобы я вылетела из этого места? В конце концов, это намного выше моего положения.
— Нет, — сказал он, и в его голосе прозвучало удивление. — Это моя работа - учить тебя. И лично у меня нет проблем с теми, кто здесь получает стипендию .
Я фыркнула. — А, я слышала, что ты славный парень.
Прежде чем он успел ответить, Энни резко развернулась на своем месте. — Ной, — заныла она, — я думаю, что на один из этих вопросов есть два правильных ответа. Я не хочу, чтобы мне это зачли, если я выберу не то.
Я уловила намек на закатывание глаз, прежде чем он вежливо ответил: — За это не будет оценки, Энни. Просто выбери тот, который, по твоему мнению, самый верный.
Она захлопала длинными ресницами, глядя на него, ее шелковая блузка была расстегнута ровно настолько, чтобы был виден намек на ложбинку под ниткой жемчуга, когда она еще больше повернулась в своем кресле. Она прошептала с придыханием: — Я надеялась, что смогу поговорить с тобой после занятий? Я думаю, ты обнаружишь, что я уже многое знаю, и у нас могла бы получиться очень стимулирующая дискуссия .
Мерзко.
— Это правда? — Спросил Ной, посмеиваясь.
Ханна, к счастью, прервала это. — Энни, мне нужно напомнить тебе, что случилось с Кристин в прошлом году? — Она наклонилась, как будто пыталась что-то тихо сказать Энни на ухо, но говорила достаточно громко, чтобы я все еще могла разобрать, что она говорит. — После того, как они с Ноем встречались в течение шести месяцев, она попыталась договориться с ним и его отцом об инвестициях в новую компанию, которую они с отцом хотели основать. Ной не только отклонил ее просьбу, но и порвал с ней, обанкротил ее отца, забрав все средства Харгрейвз из их текущего бизнеса, и выгнал всю семью из города. Я просто говорю... Пытаться заполучить Наследника ни хрена не стоит.
Черт.
Я попыталась стереть шокированное выражение со своего лица, но Ной был слишком быстр для меня.
— Видишь ли, — сказал он, наклоняясь и тихо говоря мне на ухо. — Я не всегда хороший человек.
Затем он встал и направился к другому ряду студентов, оставив меня размышлять о том, что именно, черт возьми, случилось с Ноем Харгрейвзом.
ГЛАВА ШЕСТАЯ
— Шшшш! Он идет, он идет!
— Ты слишком громко разговариваешь, Зак!
— Нет, ты слишком громко разговариваешь, Джоджо!
— Вы оба такие громкие! — Ной закатил глаза, глядя на нас, прежде чем подполз к двери огромного шкафа моей мамы и лег плашмя на пол, пытаясь заглянуть в крошечную щель света под дверью, чтобы увидеть Беннетта.
Мы выбрали не очень креативное место, чтобы спрятаться, но пентхаус был таким большим, что Беннетту потребовалось бы много времени, чтобы найти нас.
— Отстань от меня, Зак! Ты вторгаешься в мое личное пространство, — заныла я.
— Не будь таким ребенком. Я даже не прикасаюсь к тебе.
Его нога в носке дважды ткнула меня, и я закричала на него: — Прекрати, Зак!
— Он идет! — Ной прокричал шепотом, бросаясь туда, где мы прятались за рядами очень дорогих платьев, и встал между нами.
Дверца шкафа распахнулась, и резкий свет из ванной теперь падал прямо на наше укрытие.
— Вы, ребята, ужасны в этом, — проворчал Беннетт, широко распахивая платья и глядя на нас
