адептка Флеймор не замужем. А если быть точным, разведена. С вами. Всё верно? — ректор казался совершенно расслабленным, ничего не говорило о том, что он нервничает, хотя, мне казалось, что назревает конфликт.
— Это не важно, что написано в личном деле. У нас временные трудности в отношениях и мы их решим. Вас это не касается, ректор. Будьте добры, оставьте нас наедине. — Тоном Джейдона можно было заморозить небольшой южный городок.
— Хм… — Постучал ректор по подбородку, делая вид, что задумался. — Нет.
— Прошу прощения?
— Я сказал — нет, магистр Вемион. — А вот теперь угрожающий тон появился у ректора Свеймона. — Вы немедленно покинете этот класс и займётесь своими прямыми обязанностями, а после занятий, зайдёте ко мне в кабинет. Вам ясно?
Лицо Джейдона нужно было видеть. Я впервые в жизни почувствовала себя спокойно и защищено, стоя за спиной ректора, а когда мой бывший муж, скрипя зубами, ушёл, вздохнула с облегчением. Видимо, это было слишком громко, потому что мужчина оглянулся и укоризненно посмотрел на меня.
— Я не хотела, — пискнула я, сжимаясь, — он сам за мной погнался!
Ректор не ответил, лишь взял меня за руку и открыл портал. Затащив меня практически волоком в него, вывел в своём кабинете и усадил в кресло. Я не понимала его настроения, ведь буквально минуту назад, он меня защищал. Сейчас же, мужчина был напряжён, словно струна, и мерил шагами кабинет.
Попытку открыть рот и произнести хоть слово, отмела сразу же — горький опыт, знаете ли. Пришлось терпеливо ждать, пока буря пройдёт и мужчина будет готов говорить.
Как ни странно, ректор остановился, чем вывел меня из задумчивости, и повернулся ко мне.
— Я не вправе, — начал он осторожно, — требовать от вас рассказа о том, почему вы развелись, но не исключено, что я получу вызов на поединок от вашего бывшего мужа. Хотелось бы быть уверенным, что я ввяжусь в это не по причине обычных бытовых разногласий между супругами. Вы не подумайте, я сочту за честь, защитить вас, но всё же…
Я не могла его винить. Он вступился за меня, как джентльмен, и на поединок явится, с честью. Но наши догонялки с Джейдоном действительно выглядели так, будто мы поссорились из-за ерунды и теперь просто играемся, кто кого.
Слова застряли в горле. Я была бы и рада поведать немного деталей, но, как назло, клятва сыграла свою роль. Я не имела права порочить фамилию и род Вемион никакими рассказами и подробностями нашей личной жизни. Я даже посплетничать ни с кем не смогла бы…
Грустно опустив голову, я не знала, что делать. Промолчать? Будет некрасиво по отношению к ректору. Рассказать я не могу…
Решение пришло внезапно, только требовало от меня титанических усилий. Я подняла голову на ректора, который внимательно наблюдал за моими потугами, но не мешал, а потом решительно встала с кресла и потянулась к пуговкам на платье.
— Леди Флеймор, я не это имел в виду! — не очень-то рьяно возмутился он, но я жестом попросила его молчать и продолжила.
Расстегнув несколько пуговиц, до которых смогла дотянуться, я произнесла:
— Подойдите, пожалуйста.
Мужчина не сразу, но сделал шаг ко мне. Я повернулась к нему спиной.
— Там, — я расстегнула пуговку сорочки, — между лопатками.
Самый серьёзный удар Джейдон нанёс мне на третью ночь. Вместо плётки он использовал цепочку, которую невесть откуда принёс. Раны, нанесённые ею, заживали очень долго и были довольно глубокими. Края из-за рельефной формы, были немного рваными, отчего зажить ровно, они не смогли. После той ночи на моей спине образовались несколько самых крупных и отвратительных шрамов, которые было видно в любом зеркале, стоило только повернуть голову…
Мужчина подошёл ко мне со спины, и кожи коснулись тёплые пальцы. Мурашки появились мгновенно, но скорее из-за невозможности терпеть прикосновения…
Ректор отодвинул края сорочки и замер, разглядывая то великолепие, которое открылось его взору. Рвано выдохнул воздух из лёгких и осторожно застегнул пуговки обратно. Всё, включая те, что были на платье.
— Идите к себе, Катарина. Завтра тяжёлый день. Ужин вам доставят в комнату. — Мужчина тактично не произнёс ни слова о том, что увидел, а я была ему безмерно благодарна. — Постарайтесь отдохнуть.
— Благодарю. — Чуть хриплым голосом проговорила я и вошла в вызванный им портал, который привёл меня в комнату, в которой мне предстояло провести пять последующих лет.
Комнаты в общежитие выдавались из расчёта: одна комната — один адепт. В каждой была своя ванная, шкаф, кровать, небольшое окно, письменный стол и камин, около которого стояло милое кресло с пледом.
В спальне был полумрак, но освещения из окна хватало, чтобы без труда найти кровать и рухнуть на неё навзничь.
«День был длинным… Нужно выспаться», — подумала я, собираясь, даже не переодеваясь, просто выключиться, но, внезапно:
— Я же говорил тебе, Катарина. Ты от меня никуда не убежишь…
Глава 17
Не успела я подскочить с кровати, как меня придавило тяжёлым телом прямо к матрасу. Руки заломили, держав за спиной и доставляя мне боль.
Снова боль… Этот мужчина будет моим кошмаром на всю мою жизнь…
Магия, которая непроизвольно вырвалась, в попытке защитить свою хозяйку, была развеяна, а мне на шею накинута цепочка с маленьким камушком.
— Это чтобы ты не жглась больше, а то было больновато. — Усмехнулся Джейдон, связывая ремнём мои запястья.
Я беззвучно зарыдала, от своей беспомощности. Сейчас он снова будет творить все эти ужасные вещи, а я не смогу ничего с этим поделать… Слабая, беззащитная девчонка, которую так и будут всю жизнь истязать и издеваться.
Ярость затопила мой разум. Вся жалость, которую я испытывала к себе, в один миг превратилась в волну неимоверной злости, а магия, которую я перестала чувствовать, когда на меня надели ожерелье, вдруг огромной волной поднялась во мне, сметая всё на своём пути. Руки опалило жаром, а мужчина скатился с меня, пытаясь потушить свой костюм, который совершенно не собирался затухать. Ткань медленно тлела от моего огня. Сантиметр за сантиметром, одежда мужчины превратилась в золу, причиняя неимоверную боль, буквально впиваясь в его тело и рискуя остаться там навсегда.
Ремень, державший мои руки, рассыпался в пыль, а я поднялась на ноги, с ненавистью смотря на причину моей порушенной жизни.
Умом я понимала, что он и из этого выберется, но какое же довольствие я испытывала, отомстив ему хотя бы так…
Внезапно в голове возникли картины, как я причиняю ему боль раз за разом. За каждый оставленный на мне
