шрам, за каждый синяк и за каждое унижение, я мечтала ему отплатить…
Только вот чем я тогда буду отличаться от него?
Закрыла глаза и представила, как огонь возвращается ко мне, обратно, покидая мужчину. Каждая искорка медленно, будто нехотя, вернулась ко мне, оставив стонущего, словно щенок, Джейдона лежать на полу. Мужчина тяжело дышал и не двигался, а я молча вышла из спальни, в надежде найти коменданта, но распахнув дверь, снова влетела в ректора, который уже занёс руку для стука.
— Адептка Флеймор, у вас зарегистрировано несанкционированное использование магии вне специальных полигонов. — Строго произнёс ректор. — Что у вас происходит?
Вместо ответа я затащила его в комнату. Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать.
Ректор поморщился, попав внутрь. Запах гари и палёной плоти, боюсь, теперь не выветрится. Когда мужчина понял, кто лежит на полу, бегло глянул на меня, а потом открыл портал, взвалил на себя моего бывшего мужа и ушёл в неизвестном направлении, не сказав мне ни слова.
Я обессиленно опустилась на пол, дав, наконец-то, волю слезам. Эмоции лились из меня фонтаном. Сначала сквозь слёзы был смех, потом рыдания усилились, завершившись форменной истерикой.
Не знаю, сколько я так проплакала, но когда слёзы уже высохли, а я просто глотала ртом воздух, в дверь тихонько постучали. Когда ответа не последовало, дверь открылась, явив мне дородную даму, средних лет в белом чепце.
— О, дитя… — запричитала женщина, поднимая меня на ноги так ловко, словно я ничего не весила. — Нечего из-за этих обормотов рыдать. Справимся. Пойдём.
Выведя из спальни, меня повели по коридору, в конце которого, женщина махнула рукой и справа отворилась дверь. Это оказалась обычная комната, только гораздо больше, чем была до этого. Это помещение можно было назвать апартаментами.
В прихожей стояла вешалка для одежды, банкетка и полка для обуви. За следующей дверью была гостиная с двумя большими диванами, стоящими друг напротив друга, а также кресла, обеденный стол около окна и огромные стеллажи с книгами. Из гостиной было две двери — одна в спальню, которая полностью повторяла интерьер то, в которой я сожгла Джейдона, а вот вторая была меньше, только с кроватью и тумбочкой. Я сделала вывод, что это гостевая, хотя и не понимала, каких гостей можно принимать в академии для магов?
— Так. Ректор велел селить тебя тут. Всё будет хорошо. Вещи завтра будут перенесены, а ты выпей-ка это. — Женщина усадила меня на кровать и сунула в руку какую-то склянку с чем-то жёлтым. Проглотила, совершенно не чувствуя вкуса. — Вот умничка. А теперь спать. Быстро!
Веки, действительно стали непомерно тяжёлыми, а сознание куда-то уплывало. Наскоро скинув с себя обувь, залезла под одеяло и обняла подушку. Сон пришёл мгновенно.
Сквозь сон чувствовала чьё-то присутствие. Нежное прикосновение ко лбу, приятный аромат хвойного леса и лёгкое касание пальцами щеки, отчего стало спокойнее как-то…
— Спи, девочка. Всё будет хорошо.
Пробуждение вышло ленивым. Спала я крепко, но понятия не имела сколько именно. Оглядев себя, с ужасом поняла, что кто-то меня переодевал, а я даже этого не помню.
Не успела подняться на ноги и осмотреться, как дверь спальни распахнулась, явив мне ту самую дородную даму, всё в том же белом чепчике.
— Доброе утро, красавица! — с улыбкой произнесла она и распахнула шторы пошире. — Меня зовут Марта, я кастелян общежития. Заботилась о тебе все эти дни, так что не переживай. Переодевала тебя тоже я.
— Доброе утро. Спасибо вам огромное. — Пробормотала я, натягивая на себя одеяло. Уж больно эта женщина была приветлива. — Давно я тут?
— Ой, так уж почти неделю уже. — Сказала она, дёргая одеяло на себя и вытаскивая меня из кровати. Я лишь открыла рот от удивления, но тут же была поставлена на ноги. — Пора приводить тебя в порядок и показывать миру. Идём же.
Я позволила ей себя утащить в ванную, где с меня, бесцеремонно стащили сорочку, а потом также бесцеремонно впихнули в ванну, где уже была подготовлена вода и пахло травами. Тёплая вода приятно расслабляла мышцы, а я радовалась, что не вижу поблизости ни одного зеркала.
— Вымоешься сама, а потом выходи. Я тебе всё приготовила. — Улыбнулась Марта и вышла, оставив меня одну.
Я с удовольствием вняла её совету и тщательно вымылась. Выйдя, вытерлась насухо махровым полотенцем и закуталась в него же, чтобы не выходить совсем обнажённой. В спальне на кровати уже лежала учебная форма, бельё и рядом стояла обувь.
Форма вызвала у меня замешательство, потому что я никогда не носила брюки. Решила рискнуть и облачилась в предложенное, осмотрела себя, насколько смогла.
Моя худоба только усилилась, а потому форма висела, словно мешок. Там, где должно было обтягивать, всё болталось. Хорошо, хоть по длине было всё в размер. Грустно вздохнув, вышла из спальни, и мне в нос ударили аппетитные ароматы приготовленных блюд, что даже пришлось сглотнуть, от набежавшей голодной слюны.
Марта, которая суетилась у стола, завидев меня, снова широко улыбнулась и помахала, приглашая к столу.
— Ничего, сейчас на нормальной еде откормим тебя. Будешь похожа на девушку, а то сейчас только глаза и остались. Ну что за напасть с тобой приключилась, то ты так себя извела, а?
Решила не отвечать на вопрос, а просто занялась делом. Настроение стремительно улучшалось от всяких вкусностей на столе, я с первого раза даже не смогла определиться, а поэтому решила съесть всего по чуть-чуть.
Пышный омлет, воздушная каша с фруктами, сэндвичи с мясом и помидором, чай, кофе, сок. Я уплетала за обе щеки всё, до чего дотягивались руки, на что Марта с чисто материнским умилением наблюдала за мной.
Когда я доела последнюю булочку, посуда со стола испарилась, а в дверь в комнату отворилась, и на пороге появился ректор.
— Очнулась. — С тёплой улыбкой проговорил он, присаживаясь напротив меня за стол. — Как вы себя чувствуете?
— Сносно, спасибо. — Ответила я, проглотив остатки сдобы, — Простите, что принесла столько хлопот.
— Не думайте об этом, прошу вас. — Махнул рукой мужчина и налил себе кофе из чайника. — Правда, теперь у нас есть некие трудности…
— Какие? — я встрепенулась и даже не заметила, как с ногами забралась на кресло, позволяя себе излишне фамильярное поведение в присутствии постороннего, по сути, для меня мужчины.
Но ему не было дела ни до моей позы, ни до моего внешнего вида. Ректор с упоением смаковал каждый глоток кофе, а потом, сделав глубокий вдох, выпалил:
— Теперь мы с вами помолвлены.
Глава 18
