головой. — Толпа! Кошелёк прячь!
— Уже спрятал, — отозвался я.
А вот и он. Невысокий, щуплый мужичок неопределённого возраста, облачённый в безразмерную жилетку с таким количеством карманов, что позавидовал бы любой сапёр. Вчера я взял у него три десятка мышей, которые благодаря эликсиру и Пыху успешно эволюционировали и принесли мне отличную кассу.
— О, какие люди! — лавочник расплылся в щербатой улыбке. — Как там мои мышата поживают? Не подохли?
— Живы-здоровы, — кивнул я, подходя к прилавку, заставленному клетками. — Жрут от пуза, пищат, радуются жизни. Даже слишком активные стали.
— Мыши-качки! — тут же вставил Архимед. — Штангу жмут! Пи-пи-пи!
Продавец хрипло рассмеялся, утирая нос тыльной стороной ладони.
— Ох и птица у тебя, шельма! Ну, за чем сегодня пожаловал? Снова мыши нужны?
— Нет, мышей пока хватит. Кролики нужны. Обычные, кормовые или декоративки, без магических выкрутасов.
— Так у меня все F-ранговые! — продавец нырнул куда-то под прилавок и выставил наверх две просторные клетки, в которых копошились пушистые зверьки. — Вот, гляди. Местные, здоровые. Помёт свежий, мамка у них крупная была.
Я пододвинул клетку поближе.
— Открой дверцу. Пощупать надо.
Лавочник без вопросов отщёлкнул замок. Я запустил руку внутрь. Зверьки шарахнулись, но я действовал без резких движений. Ухватил одного белого кролика, поддерживая его под животом, чтобы не дрыгался, и вытащил на свет.
Кролик замер, смешно прижав уши, а его розовый носик заходил на бешеной скорости, впитывая ароматы окружающего мира. Настоящий комок тепла. Шерсть была невероятно густой и мягкой, как дорогой вельвет или свежевыпавший снег.
Архимед вдруг затих. Наклонил голову, разглядывая пушистика круглыми глазами, а потом тихо, почти нежно прокурлыкал:
— Облачко… Ушастое облачко!
Я невольно улыбнулся. Видеть, как наш главный циник и хам теряет дар речи перед лицом этого очарования — бесценно. Но работа есть работа.
Начал осмотр, стараясь не пугать зверька. Осторожно отвёл одно ухо, заглядывая в раковину — чисто, никаких струпьев или тёмного налёта, значит, ушного клеща нет. Глазки ясные, без слёз и гнойных выделений в уголках. Я слегка подул на мех на спинке, проверяя кожу. Никакой перхоти, никаких проплешин.
Повернул его мордочкой к себе. Зрачки чётко и быстро среагировали на свет. Я приподнял верхнюю губу — резцы ровные, белые, не переросшие, что для кроликов критически важно. Дыхание тоже ровное, без свистов и хрипов.
Кролик окончательно расслабился в моих руках и даже попытался ткнуться носом в ладонь.
— Хороший зверь, — резюмировал я. — Чистый, здоровый, с отличным характером.
Я опустил его обратно в клетку, где он с тихим «фырком» зарылся в опилки. Осмотрел ещё парочку.
— Беру пятерых. Почём отдашь?
— По тысяче за хвост, — не моргнув глазом, выдал мужичок.
Я быстро глянул на него с «Оценкой», узнал имя — чисто для дела. Человек простой, пьющий, на фамильярность отреагирует лучше. А что не представлялся мне, так и не вспомнит.
— Ильич, ну мы же на базаре, а не в элитном бутике на Тверской. Какая тысяча за обычного F-рангового кроля? Давай так: беру шестерых за пять тысяч. И наличкой прямо сейчас.
Продавец картинно схватился за сердце.
— Грабишь средь бела дня! Они жрут больше, чем стоят! Давай хоть по девятьсот?
— Пять тысяч за шестерых, — спокойно повторил я. — И две вот эти простые переноски по пятьсот рублей сверху. Итого шесть тысяч за всё. Соглашайся, пока я к соседу не ушёл. У него там тоже ушастые сидят, я видел.
Ильич пожевал губами для приличия, потом махнул рукой.
— Ладно, забирай. Умеешь без ножа резать. Как тебя, запамятовал…
— Денис, — ответил я. — Твой новый постоянный клиент.
Мужичок приосанился. Я отсчитал купюры, расфасовал шестерых кроликов по двум переноскам и, попрощавшись с продавцом, отошёл от прилавка.
Но таскаться с двумя клетками по рынку было не с руки. Так что я свернул в тёмный закуток между рядами, где пахло сыростью и старым картоном. Убедившись, что свидетелей нет, активировал Питомник.
Выбрал четверых кроликов. Погладил каждого по шелковистому меху, успокоил мысленными импульсами. И направил их в свободные слоты для неприрученных. Зверьки растворились в воздухе без единого звука. Затем ухватил опустевшую пластиковую переноску и отправил в Инвентарь. Она исчезла в беловатой вспышке.
Теперь у меня в руке осталась всего одна клетка с двумя кроликами. Так по рынку бродить гораздо легче. Поднял переноску на уровень глаз и сосредоточился на одном из ушастых.
«Глубокая оценка».
Интерфейс Системы тут же развернул перед глазами подробную простыню текста. Большую часть я уже привычно просмотрел мельком, сосредоточившись на главном.
Потенциал эволюции: Средний. Возможно перерождение в Магического Лугового Кролика (Ранг E).
Рецепт: «Отвар Прыгучего Клевера» (искристая полынь, пепельный одуванчик, лунный подорожник, клевер луговой, кора серебристожильной осины. Катализатор: 40 ед. маны).
Примечание: Пушистая экономика в действии! Превратите этих ушастых в золотые слитки… или хотя бы в оплату аренды!
Я довольно хмыкнул. Никакой экзотики, все ингредиенты — это магические аналоги обычных трав и древесины, которые кроликам не только можно есть, а нужно для правильного метаболизма и развития магических каналов. Клевер так вообще обыкновенный.
— Милаха! Комочек! — выдал Архимед, заворожённо глядя на розовый нос кролика. — Дэнька! Обнимашки!
— Будут, — пообещал я.
Мы отправились в травяные ряды.
Здесь воздух стал плотным и сладким, пропитанным густым ароматом высушенного на солнце сена и пылью кострицы. В нос бил почти лекарственный запах сушёных трав, смешанный с сырым, землистым духом кореньев. Повсюду громоздились увесистые снопы, плетёные корзины с пучками разнотравья и грубые деревянные ящики. Этот терпкий, удушливо-травяной коктейль буквально заполнял лёгкие, создавая ощущение сельского уюта посреди городского хаоса.
Я направился к прилавку дородной женщины в цветастом фартуке.
— День добрый, хозяйка, — поздоровался я. — Мне нужны травы. Искристая полынь, пепельный одуванчик, лунный подорожник и клевер. Грамм по сто каждого. И ещё немного коры серебристожильной осины, если завалялась.
Женщина оценивающе оглядела меня, затем попугая. Архимед приподнял хохолок.
— Есть такие, молодой человек. Только полынь нынче дорогая, сбор свежий, из данжа.
Она ловко выложила на прилавок пять пучков, перевязанных грубой бечёвкой, и небольшой обрубок коры, переливающийся мягким стальным блеском. Я не стал спешить с оплатой. В моём деле качество ингредиента — это разница между успешной эволюцией и обычным кроликом.
Первым взял пучок полыни. Листья имели странный серовато-зелёный оттенок, а по их поверхности пробегали крошечные, едва заметные искры, похожие на статическое электричество. Я поднёс траву к носу — резкий, горький, почти обжигающий аромат ударил в ноздри. Когда провёл пальцами по стеблю, кожу слегка покалывало, будто я коснулся оголённого провода, но со слабым током.
Искристая полынь. Качество: Обычное. Трава как трава, только слегка щиплет пальцы.
