В это время дверь, ведущая из сада на кухню, открылась, и вошел дедушка. Дэни весьма удивилась: она никак не ожидала, что он встанет в такую рань.
— Доброе утро, моя дорогая! — весело поприветствовал он ее.
Она улыбнулась ему, переполненная радостью, что сегодня он в ясном уме, хотя бы в это утро.
— Как ты себя чувствуешь, дедушка?
— Превосходно, моя дорогая, превосходно! — ответил он бодрым голосом, и его морщинистое лицо просияло улыбкой. — Я немного прогулялся по свежему воздуху и думал о принце Рафаэле. Какой прекрасный молодой человек, а, Дэни?
Внучка скептически посмотрела на него, но решила не противоречить. Старик выглядел счастливым, и она должна;
быть благодарна принцу за то, что на лице дедушки появилась улыбка; она не будет портить ему настроение. У них так редко бывают гости.
— Почему ты не хочешь, чтобы он за тобой ухаживал!
— Дедушка!
Он засмеялся и погладил ее по голове.
— А почему бы и нет? Ты пререкалась с ним, потому что он не такой, как мы все, кем ты привыкла командовать. Но это не значит, что он не позаботится о тебе.
— Тебе хорошо известно, что я сама могу о себе позаботиться. — Дэни с упреком посмотрела на дедушку и отпила кофе. — К тому же я никем здесь не командую.
Дед засмеялся и вышел в сад.
Когда он ушел, Дэни поднялась в спальню, чтобы одеться для поездки в город. Она надела свое лучшее платье из белого хлопка с цветочным рисунком. У него были короткие, фонариком, рукава, которые, к сожалению, не прикрывали забинтованную выше локтя руку. Ей пришлось сменить его на платье с длинными рукавами из вылинявшего голубого шелка. Представив себе, как ей будет жарко в этом платье, Дэни застонала. После того как Мария помогла заплести ей косу и уложить короной вокруг головы, Дэни осталось только надеть шляпку и взять перчатки.
Несколько минут ушло у нее на то, чтобы уложить все необходимое для спасения ее друзей в большой мешок, и тут она услышала грохот повозки. Похоже, это приехала синьора Габбиано. Дэни быстро проверила содержимое мешка: три обмазанные глиной бомбы, которые она сделала Только вчера, каждая величиной с ее кулак. Эти бомбы она аккуратно завернула в костюм для верховой езды. Кремень, чтобы поджечь их, большой моток пеньковой веревки, обмотанная тряпками шпага и сапоги со шпорами. Она поло-жила туда же свою маску из черного атласа и завязала мешок. Стоя перед зеркалом, она надела шляпку, завязала под подбородком ленточки, натянула перчатки, взяла мешок и спустилась вниз.
Здесь ее ждала коренастая пожилая крестьянка, синьора Габбиано. Мария проводила их во двор. Пока Дэни укладывала в повозку мешок и седло, пожилые женщины о чем-то шептались, с тревогой поглядывая на нее. Наконец Дэни привязала к повозке своего игривого гнедого коня, и на этом все приготовления к опасному мероприятию были закончены.
Все эти действия разбередили рану. Боль была такой сильной, что у Дэни закружилась голова. Но она все-таки взобралась на козлы и устроилась рядом с синьорой Габбиано.
— Друг Матео, Паоло, будет ждать меня и мальчиков в своей лодке, чтобы отвезти на материк, — сказала синьора Габбиано, как только повозка тронулась.
Дэни кивнула, стараясь не думать, что ей придется расстаться с ними, особенно с маленьким мошенником Джанни м с Матео, который на протяжении многих лет был ее закадычным другом. Но она не стала говорить о своей печали.
— У меня с собой бомбы, — проговорила Дэни. — Если охранники позволят мне вместе с вами навестить мальчиков, я передам им эти взрывные устройства, и тогда ваши сыновья наверняка сумеют выбраться из тюрьмы.
— Надеюсь, вы знаете, что делаете, синьорита, — вздохнула несчастная мать и стегнула серую в яблоках кобылу. Дэни промолчала, понимая, что синьора Габбиано считает ее виновной в том, что случилось с мальчиками, хотя та не обмолвилась об этом ни словом.
Двигаясь к городу по королевской дороге, они увидели всадника, скакавшего им навстречу.
Сердце Дэни упало, когда она узнала графа Бульбати. Граф был настолько тучен, что несчастная лошадь с трудом выдерживала его вес. Бульбати выглядел, как всегда, смешным в пышном наряде с многочисленными бантами.
— Нам остановиться? — спросила синьора Габбиано, чуть не упав в обморок от страха.
— Нет, не стоит. Может, он куда-нибудь спешит, и у него нет времени для болтовни?
— Скорее всего он едет именно к нам, — последовал ответ.
— Синьорита Даниэла! Как хорошо, что мы встретились, моя дорогая соседка! — воскликнул этот жирный боров, свесившись с лошади, отчего та даже присела на передние ноги.
— Доброе утро. Я вижу, вы куда-то спешите…
— Я провожу вас, синьорита, ради вашей же безопасности.
Граф круто развернул лошадь и поехал рядом с повозкой. Обильный пот заливал его круглое розовощекое лицо. У него были маленькие коричневые глазки, вечно хитро прищуренные, и толстые красные губы, которые Дэни видеть не могла, так как он без конца их облизывал, когда крутился возле нее как кот вокруг сметаны.
— Моей безопасности? — переспросила она, героически стараясь придать своему голосу заинтересованность, на лицо наклеить маску любезности.
— Синьорита Даниэла, я слышал, что вчера ночью солдаты устроили облаву на ваших землях и этих мерзких бандитов, которые целых полгода мучили нас, наконец арестовали! — Он замолчал и внимательно оглядел синьору Габбиано. — Господи, да это же мать тех самых разбойников! Любезная, вы плохо их воспитали. «Подвига» ваших сыновей потрясли всю страну.
«А что ты скажешь о своих делишках, ты, продажная свинья?!» — чуть не выпалила Дэни, но вовремя спохватилась: если она разозлит его, то тем самым весьма осложнит свою жизнь.
— Совсем наоборот, граф, — язвительно проговорила она, — бандиты они или не бандиты — это еще надо доказать, — но зато все прекрасно знают, что они отнимают золото у богатых и делят свою добычу с бедняками.
— Осмелюсь сказать, герцогиня, что если бы вы принадлежали к числу богатых, то не считали бы их такими уж благородными. Я слышал, что их главарь все еще на свободе. Хотелось бы мне знать, кто такой этот Всадник в маске? — заявил он, бросив на нее проницательный взгляд.
Она вздрогнула, по спине ее пробежал холодок. Бывали минуты, когда ей казалось, что граф Бульбати вычислил ее и теперь играет с ней как кошка с мышью, чтобы в один прекрасный момент загнать ее в угол.
— Я знаю, — небрежно произнесла она, — что вы добрый человек и поэтому проявляете заботу обо мне, но мой дедушка и я пока не подвергались нападению…
— Говорят, что принц Рафаэль был вчера у вас, — прервал он ее; в его маленьких глазках сквозила ревность.
