Субедей тронул коня и, не отрывая глаз от, произнес.
— Если они пойдут вдоль правого берега, то с такого расстояния, мы перебьем их как куропаток.
— А если нет? — Бейбак с сомнением посмотрел на маленькие фигурки на плоту.
— А если нет, ну тогда выловим их трупы за порогами. — Субедей, показывая, что разговор окончен, ткнул коня пятками. Тот обиженно заржал и в два прыжка вырвался вперед.
Андрей подрулил к острову, когда уже начало смеркаться. Впереди грохотали пороги.
— Переночуем на острове. Я в темноте, в такую хрень не полезу. — Парень как- будто уговаривал сам себя.
Но никто возражать ему и не собирался. Наоборот, как только плот коснулся песка, Тайя шагнула в воду. Выйдя на берег, она осмотрелась и, найдя удобное место, начала собирать дрова для костра.
Андрей, вытаскивая плот подальше на песок, продолжал ворчать про себя. С того момента, как он узнал о порогах, настроение его окончательно испортилось. Нахлынули воспоминания той кошмарной ночи. То совершенно жуткое состояние: страх, отчаяние и решимость убивать. Эта торчащая в горле кость, и кровь, хлещущая потоком. Втайне он надеялся, что такого больше не повторится, ну хотя бы не так скоро. И вот снова. Уже завтра их ждет что-то похожее. Невозможно. Он просто устал. Что-то сломалось внутри. Ведь только-только все успокоилось, показалось, что можно вздохнуть свободно, не трястись ежесекундно за свою жизнь и вот на тебе. Снова та же песня. Когда же это кончится? Андрей вздохнул и зашагал по кромке воды.
Девушка не понимала, чего это пришелец так завелся, она то выросла там, где смерть всегда рядом, где каждый день — борьба за выживание, а человеческая жизнь стоит недорого. Как говаривала ее бабушка — чем больше ты будешь думать о сегодняшнем дне и поменьше заглядывать в завтрашний, тем больше шансов у тебя этот будущий день увидеть. У Тайи не было оснований не доверять своей бабуле, поэтому очень скоро под раскидистой кроной старой ивы запылал костер, и начала подрумяниваться насаженная на прутья рыба.
— Андр-эй. — Позвала Тайя.
Какой-то он нервный. Девушка оценила беспокойное хождение пришельца по берегу. Жалко его. На таком надрыве долго не протянет.
— Андр-эй. — Позвала она еще раз и замахала рукой, когда он обернулся.
Зовет, подумал парень. Надо идти, а то подумает еще чего. Сидит себе спокойно, ест рыбу, как будто мы завтра в парк собрались идти гулять. В парк. Чего бы я только не отдал сейчас, чтобы оказаться с женой и сыном в нашем парке. Надо поесть и заснуть. Успокоиться. Пусть все будет, как будет, все равно ведь ничего не изменишь.
Андрей подошел к костру и уселся на корточки.
— Нн-а. — Тайя, широко улыбаясь, протянула ему кусок рыбы. — Ешь.
Парень взял протянутый кусок и, глядя куда-то в пустоту, начал безучастно жевать. Тайя, продолжая улыбаться во весь рот, дотронулась до его руки.
— Руу-ка. Пра-виль-но?
Андрей сморщился, давая понять, что у него нет настроения для веселья.
Как я с ним завтра с таким в пороги пойду. Тайя сняла улыбку с лица. Как же вернуть тебя к жизни, пришелец ты мой. Завтра придется драться, зубами цепляться за жизнь. Сможешь ли?
Парень, тем временем закончив есть, вновь отправился к реке, его фигура растворилась в темноте, буквально в двух шагах от костра. Куда это он, забеспокоилась было Тайя, но услышав характерное фырканье и плеск воды, успокоилась. Вместе с этим пришло и понимание. Мужчина прогнулся, но еще не сломался. Ему нужна цель, ради которой все его страдания, ради кого непосильный психический надрыв, убийства и смерть, идущая по пятам. Глубоко в душе он понимает, что за жизнь надо сражаться, но это слишком размыто и неубедительно. Нужна осязаемая, ощутимая картинка, убедительная как крик о помощи.
Тайя вскочила, нужно было торопиться, пока Андрей не вернулся. Она расстелила попону и сделала над ней несколько пасов руками, затем встав на плотную, шерстяную ткань коленями, быстро начала читать фантомное заклинание. Темп речитатива все возрастал, глаза закатились, и исчезнувший зрачок говорил об абсолютной погруженности в себя. Этот загово́р, самый сложный из доступных непосвященным, потребовал от девушки полной собранности и отрешенности. Когда она закончила, пот градом катился по ее лицу, и кисти рук заметно дрожали. Теперь оставалось только дождаться возвращения пришельца.
Умывшись, Андрей вернулся к костру, девушки нигде не было, но это почему-то его не взволновало. Очень хотелось спать, глаза просто слипались, расстеленная попона оказалась очень кстати. Она тянула его прилечь, свернуться калачиком и забыться сном, защититься хотя бы на время от всех гнетущих проблем. В глазах все затуманилось, остался только светящийся прямоугольник грубо сплетенной ткани, на который парень скорее упал, чем прилег.
Андрей открыл глаза от шепота, кто-то звал его по имени. Он приподнялся и увидел свою жену.
— Света? Как ты здесь? — Парень ошарашенно протянул руку.
— Не спрашивай ничего. — Жена каким-то неуловимым движением оказалась рядом, ее взгляд прожигал странным, неестественным светом.
Она взяла его руку и опустилась вниз, на колени. Теперь ее глаза были прямо напротив.
— Мы ждем тебя. Волнуемся. Ты должен вернуться, не оставляй нас.
— Света, ты что. — Андрей прижал ее к себе, покрывая лицо поцелуями. — Я вернусь! Я обязательно вернусь!
Глаза девушки потеплели. Она освободилась от его объятий и, взяв за подол свою короткую рубашку, одним движением стянула ее через голову. Встряхнув взметнувшимся облаком волос, Света прошептала.
— Ты совсем забыл меня.
— Нет! — Андрей вновь притянул ее к себе. — Я помню твое тело, я до сих пор схожу от тебя с ума.
Его губы прошлись по ее шее, опустились ниже и впились глубоким поцелуем в розовые торчащие соски.
Девушка подставляла свои груди под горячечные губы парня.
— Ты помнишь их?
— Да! Да. — Его руки с вожделением вжимали в себя ее тело.
— Хочу почувствовать тебя. — Ее руки скользнули вниз, стаскивая с него джинсы и направляя в себя его возбужденный член.
Андрей смотрел в огромные глаза своей жены и ему нравилось то наслаждение, которое они излучали.
— Сильней. — Она впилась когтями в его плечи. — Сделай мне больно.
Он сжал зубами ее сосок, контролируя по выражению лица предел боли.
— Сильней! — Ее рот приоткрылся, и кончик языка призывно облизал губы. — Сильней!
Их движения стали резче и жестче. Девушка задвигалась все быстрей и быстрей, то бросая свое тело вперед и накрывая его россыпью своих волос, то откидываясь назад, подставляя под мужские руки свои узкие бедра. Наконец она, вскрикнув, изогнулась всем телом и замерла, вжимая себя в мужскую плоть.
Андрей кончил почти вместе с ней, и оргазм был настолько силен, что все тело скрутило в судороге. Не в силах пошевелиться, он увидел склонившееся над ним такое знакомое лицо жены и пугающе-чужие глаза на нем.
— Теперь я вижу, ты по-прежнему силен. — Ее губы жарко шептали ему в ухо. — Ты справишься. Всех победишь и вернешься. Все пройдешь, все преодолеешь и вернешься. Я верю тебе!
Андрей открыл глаза. Жены рядом не было. Он закрутил головой, надеясь увидеть ее рядом. Солнце еще не взошло, но ночь уже посерела и потеряла свою черную непроглядность.
Этого не может быть. Андрей вскочил. Ощущения и воспоминания были настолько яркими, что не могли быть сном. Он чертыхнулся и чуть не упал, запутавшись в спущенных штанах.
— Это что тоже сон. — Парень рассуждал вслух, натягивая джинсы. — Она была здесь? Нет, ерунда какая-то, все приснилось. Или…
Он резко развернулся в сторону костра. Там спала Тайя нервно, беспокойно с разметавшимися в разные стороны волосами, но все же спала.
— Нет, это была Света. — Андрей потер лоб. — Просила, чтобы я вернулся, и я, идиот, обещал.
Он вдруг разозлился. Ну, вот она всегда так. Вернись и все тут. А как? Как будто от меня что-нибудь зависит. Действительно, как они там без меня. Светка не работает. Конечно, с голоду не помрут, родители помогут, но все же. Нет, кровь из носу, а надо вернуться. Вернуться. Андрей лихорадочно заходил взад вперед. Девчонка эта точно что-то знает, а значит надо во всем разобраться.
