зрелище. Волк бросился к наблюдательной вышке. Охотники не стали церемониться и осыпали незваного гостя градом стрел.
Оглядев людей, бегущих в ратушу, я прикинул размеры волка. Такой избушку разберёт за пару часов. Волки — терпеливые охотники, и сомневаюсь, что местные уступят нашим представителям. Ещё несколько серых теней перемахнули через стену, которая им особо не мешала. Один, заприметив скопление людей, бросился к ним. Но наёмники ощетинились копьями, держа зверя на дистанции.
Взгляд скользнул к дому Агаты, и я увидел Рени, выглядывающего из-за двери. «Дурак, почему не бежал к ратуше?» Тем временем смотровая вышка с грохотом завалилась. Лучники пытались отпугнуть волков, но тщетно — бедолаг стащили и уволокли за частокол.
Количество волков росло, и они активнее тестировали оборону наёмников. Но те были готовы: один из бойцов сделал точный выпад и пронзил шею зверюге. Подранок заскулил, но далеко уйти не смог. Нескольким охотникам удалось подстрелить других волков, они заметались в попытках вытащить стрелы.
Внезапно все волки замерли и дружно завыли. И в ответ снова прозвучал тот жуткий, леденящий душу вой. Через ворота перепрыгнул волк, стоявший на двух лапах.
— Твою мать! Благородие, да ты просто счастливчик! И шаман, и оборотень! За пять лет я ни разу с такой хренью не сталкивался!
— Выживем — будем кутить на пять золотых!
— А чего не на десять?
— Под столом будет занято, на лавке неудобно. Придётся топать в самую дорогую гостиницу.
Наёмники перешучивались. Я понимал ход Гаррета: страх сковывал, а впереди ждало худшее. Боевой дух был важнее всего.
— Как думаете, его шкура в замке будет смотреться? — встрял я в разговор.
— Не стоит, ваше благородие. Я отсюда чую, как от него воняет!
Тем временем оборотень подошёл к раненому волку, обнюхал его и уставился на нас красными глазами. Дальше события понеслись вскачь. Кто-то из охотников не выдержал и выпустил стрелу. И за ней, как по команде, полетели остальные.
Оборотень прыгнул на соседний дом и спикировал прямо на меня. Я как раз находился в центре строя, между охотниками и наёмниками. Удар лапой был такой силы, что я смёл с ног троих бойцов. Приземлившись, я увидел свой меч, выпавший из рук. Рванулся к нему, но в тот же миг оказался в челюстях одного из волков.
От ужаса выхватил запасной кинжал, я изо всех сил стал колотить рукоятью по морде твари. Получив несколько ударов, зверь швырнул меня в сторону, я влетел спиной в дверь дома Агаты. Волк ринулся за мной, но едва переступил порог, как рухнул без чувств. Я огляделся: рядом стоял бледный, как полотно, Рени с поднятой рукой.
— Это... чем ты его так?
— М-м-м... магией.
Услышав рык с улицы, я поднялся. Следующая морда, сунувшаяся в проём, получила клинок в глаз и безвольно шлёпнулась на пол. Я выглянул и нос к носу столкнулся с оскаленной пастью. Ткнул наугад — раздался скулёж, и к двери больше не подходили.
— Ты... ещё раз так сможешь?
— Н-н-н... Наверное.
Подошёл к Рени и выплеснул ему в лицо воду из кувшина.
— Соберись. Всё обсудим потом.
— Да.
— Ну, хоть заикаться перестал — и то хлеб.
Оглянувшись, я увидел, как наёмники отбивают у волков тела павших товарищей. Но самого оборотня нигде не было.
— Где оборотень? — крикнул я.
— На крышах, ваше благородие! Не зарубили гада!
Как прогнать этих тварей? Стрелы их почти не берут. Вдруг одну из туш оттащили от входа.
— Рени, готовься.
Я встал в стойку, ожидая появления противника. «Выживу — распоряжусь, чтобы в каждом доме пяток копий стоял». Из-за угла показалась лапа оборотня. Я шагнул навстречу и рубанул по ней, но на этот раз будто ударил по дубовому стволу. Оборотень ответил мгновенно, и я вновь отправился в полёт.
Когда чудовище сунуло морду в дом, Рени атаковал его, как и прошлого волка. На этот раз оборотень лишь издал скулёж и отпрянул. С улицы донеслись радостные крики.
— Неужели отогнали?
Поднимаясь, я посмотрел на Рени — тот всё ещё был бледен, как мел. Я взял тряпку и вытер клинок. Рени стал магом, а это значило лишь одно: теперь он мой «зонтик» от сильных мира сего. Сняв шлем и положив его на стол, я поставил ногу на волчью морду.
— Рени из деревни Агатон. Спрошу только раз: готов ли ты пойти за мной?
— Готов.
— Я, Люций из рода Цербер, буду звать тебя другом. Отныне и впредь твои враги — мои враги.
Я вновь обнажил меч, коснулся гардой своего лба, а затем поднял клинок.
— Теперь — к ратуше. Найдём Агату.
Рени побледнел ещё сильнее. «Ох, и влетит же моему новоиспечённому другу...» Я как-то не ознакомился с местными церемониями — нужно будет почитать, а то прослыву деревенщиной. Едва мы приблизились к толпе, Рени схватили в охапку. В такие моменты лучше не лезть.
— Где Гаррет?
— Вон он. Руку и ногу сломал.
— Это я в него влетел?
— Так точно, ваше благородие.
Я подошёл к раненому. Что я знал о переломах? По сути, только то, что нужно наложить шину. Осмотр показал: переломы страшные, но закрытые — это уже что-то. Подозвав медсестёр, я велел принести длинные полосы ткани, восемь прямых палок и чего-нибудь крепкого.
— Благородие, ты что задумал?
— Не дёргайся. Лечить тебя задумал. Но есть нюанс...
— Какой?
— Будет очень больно.
Разогнав зевак, я подробно объяснил Гаррету, что собираюсь делать, и назвал примерные сроки. Ждал, пока алкоголь сделает своё дело. Поставив конечности в нужных направлениях, мы примотали их к туловищу, чтобы он лишний раз не беспокоил их. Затем я объяснил девушкам, как ухаживать за пострадавшим. «Эх, настрадаются они с ним...»
— Леонид, принимай командование.
— Слушаюсь, ваше благородие. А что делать-то?
— Расставь людей в дозор, организуй похороны погибших. Гаррета пару дней не трогай. Кстати, у нас есть покусанные? Поцарапанные?
— Есть. Охотников эта тварь изрядно потрепала.
— Собери всех пострадавших в одном месте. Пусть несут туда же выпивку.
— Будет сделано!
Этой ночью многие оценили мои лекарские навыки самыми бранными словами — и я их не винил. Обезболивающим служил только алкоголь, и пили его все. Первым делом я промыл раны самым тяжёлым
