поднялся с кровати — не тут-то было, это не на пуховых перинах валяться. Накинув припасённую с вечера одежду, вышел на улицу. Повсюду виднелись следы вчерашнего сражения. Обойдя с охраной деревню, мы выяснили: в суматохе не успели закрыть ворота, и гоблины прорвались, перебив караул.
Из-за этой оплошности погибло больше двенадцати человек. Сегодня их должны были отправить в последний путь. Гоблинов было чуть больше сорока, а потери — огромные. Что-то тут не так. Это же деревня охотников, с таким отрядом они должны были справиться без труда.
— Леонид, почему так много погибших?
— Ваше благородие, так у охотников нормального оружия нет.
— Как это нет? — удивился я. — Вчера проверял учётную книгу — деньги им платили исправно.
— Не знаю, кто кому платил, а на всех луков — десяток, да стрел — пара колчанов.
— Понял тебя. Пошли кого-нибудь, пусть узнает у местных, что им нужно для нормальной жизни.
— Да всё необходимое уже в доме старосты.
Я остановился и с укором посмотрел на него.
— И чего же не раздал?
— Так это ж не моё дело…
— Собирай охотников. Будем выдавать добро.
— Слушаюсь, ваше благородие.
«Мда, всё будет сложнее, чем я думал», — мелькнуло в голове. Окинув взглядом людей, наводящих порядок, я направился к дому старосты.
Его подвалы ломились от добра: луки, стрелы, копья, какие-то склянки… Спустившись, я попробовал сделать пару уколов копьем. Фраза о дуэлях прозвучала в памяти гулким эхом.
— И не очень-то надо…
Вскоре начали подходить крепкие мужчины — собралось человек сорок. Выйдя из дома, я громко объявил:
— Я Люций из рода Церберов, прислан главным защитником Окрида, чтобы восстановить на этих землях закон. Есть среди вас человек, который может говорить за всех?
Охотники перешептались, и вперёд вышел рослый одноглазый мужчина лет сорока.
— Я Олаф, ваше благородие.
— Слушай, Олаф, дело вот какое. В подвалах старосты оружия — видимо-невидимо. Скажи, как вышло, что всё оно тут, а не у вас?
— Так по вашему же приказу.
Я удивлённо приподнял бровь.
— В смысле, по моему?
— Ну, вы постановили, чтобы всё оружие хранилось у старосты.
— Тащите сюда старосту!
Его быстро привели и окатили ведром холодной воды.
— Ну-ка, староста, объясни, почему оружие должно храниться в твоём доме?
— Ваш батюшка письмо прислал…
— И у тебя, конечно же, это письмо сохранилось?
— Нет… Воровка проклятая всё украла! Я бы сам никогда…
— Пока не убивать.
— Сам слышал, Олаф? Похоже, вас тут долго и основательно обманывали.
— Так и денег стали мало платить, ваше благородие. Мы старосту немного помяли, а потом вот…
— Снаряжайте охотников. Составьте список того, чего не хватит.
— Так мы, ваше благородие, неграмотные…
— Леонид, у нас есть грамотные?
— Гарет обучен.
— Олаф, когда закончите, найди Гарета и составь с ним список. А мы пока займёмся допросом.
Передо мной усадили старосту. Бедолага был связан по рукам и ногам. Я неспешно перелистнул страницу учётной книги, вчитался в цифры и, не поднимая глаз, тихо произнёс:
— Ну, рассказывай, Велес. Как ты докатился до жизни такой?
— Ваше благородие, я никогда!.. Ничего!.. Всё — по вашим указаниям!
Я достал его чёрный гроссбух, громко хлопнул им по столу и раскрыл на последней заполненной странице.
— Вот, смотри. В этой книге написано, что у вас были рекордные сборы мяса зверей. А вот в этой — что месяц был совсем бедный. Расскажи, как так вышло.
— Ваше благородие, да не знаю я ничего! Отпустите меня…
— Давай договоримся так: ты мне всё рассказываешь, и я отправляю тебя в тюрьму Окрида. Понимаю, приятного мало.
Я встал во весь рост и указал на дверь, за которой слышались голоса собравшихся охотников.
— Но у меня есть и другой путь. Я отдам тебя деревенским и буду следить, чтобы они тебя не убили слишком быстро. Что выбираешь?
— Ваше благородие, давайте я вам заплачу! У меня много чего припрятано!
— Хорошо.
В глазах бывшего старосты блеснула надежда. Я даже почувствовал, как Леонид за моей спиной скривился от отвращения.
— Верни всех, кто вчера погиб, и я тебя отпущу. Так уж и быть.
— Что?.. Но это невозможно!
— Ну, невозможно, так невозможно. Тогда вернёмся к двум другим вариантам. Рассказывай.
И Велес рассказал. Честно говоря, не думал, что сработает, но я его знатно напугал. Хотя, наверное, когда сидишь связанный, а громила-охранник тыкает в тебя мечом, это уже само по себе страшно.
Схема оказалась банальной, как мир. Купцы из столицы сбивали цены, чтобы потопить конкурента и выкупить его бизнес. Решили демпинговать за счёт Окрида. Просто и быстро. А этот болван даже имён не спрашивал. Даже интересно стало: Антонио ему лично голову открутит? Пакостить магам — дело опасное.
Следующая встреча должна была состояться через несколько дней, и мне нужно было поймать этих засранцев. Чем больше говорящих голов — тем лучше. Ну а самое приятное было — получить небольшой сундучок с монетами. Нет, ну серьёзно, как в этом мире можно быть таким жадным? Тут гоблины по лесам бегают, а эти умники цены демпингуют!
Вернув бывшего старосту под охрану, я отправился решать вопрос со своим жильём. Рени уже чувствовал себя бодрее, но, когда зашёл вопрос о ценах, поплыл как двоечник у доски. Агата тоже не сильно способствовала решению проблемы, так что пришлось искать помощь на стороне.
Гаррет выслушал мои «хотелки» и выдал ценник в десять медных монет. На данном этапе эта сумма проблем не представляла, так что я оплатил сразу за год. Агата, увидев такие деньги, решительно собралась падать в обморок, но мы с Рени дружно помешали этой процедуре.
В результате ко мне теперь был приписан ещё и Рени — с функцией «принеси-подай».
***
Замок Помпео, рабочий кабинет.
Едва войдя в кабинет, Эмилия набросилась на мужа:
— Дорогой, зачем ты меня отвлекаешь? Ты видел, что натворили эти курицы? Замок совсем не готов к балу!
Антонио поднялся из-за стола и подхватил жену на руки. Та вспыхнула и запищала от неожиданности.
— Дорогая, ты не поверишь! Я сегодня продал свою броню.
— И сколько же заработал мой добытчик?
— Полтора золотых.
Раздался громкий, искренний смех.
— И кто же этот гнусный обманщик, что уговорил тебя расстаться с доспехами?
— Ты уже слышала слухи?
— Про младшего
