всём этом было кое-что приятное: оказывается, Дюваль продали свои чертежи королевской артефакторской мастерской и получали процент с продаж и за счёт этого и жили. Договор был составлен так, что мы могли продать свою разработку и другим мастерским и также производить холодильники самостоятельно. Вот что долгие годы позволяло семейству Дюваль оставаться на плаву. Однако отчёт о продажах и выручка придут лишь к весне, и даже этот доход не покроет все долги Ирвина.
От усталости я потёрла глаза рукой.
— Соберись, Аби-Аля, начнём с малого. Нельзя отчаиваться и отступать. Терпение и труд всё перетрут. Сначала закончим уборку в мастерской, создадим грелки, а затем перейдём к артефактам. Поэкспериментируем на маленьких фигурках големов. А теперь спать, об остальном подумаем утром на свежую голову! — сказала я себе самой и поплелась в спальню.
От волнения я проснулась рано, на рассвете. Хотя для нас, жителей современных мегаполисов, это было вовсе не утро, ведь зимой световой день намного короче и солнце встаёт куда позже, нежели летом. Но здесь, в Тотбурге люди жили, больше ориентируясь на солнце, и жизнь начиналась и заканчивалась с его лучами.
Сегодня я ночевала в спальне барона, Лео в другой, а нянюшка в комнате для слуг над мастерской. И судя по тому, что в доме было тепло, она уже тоже встала и протопила камины. Я потянулась и покаталась с боку на бок по мягкому матрасу, наслаждаясь шелковистостью постельного белья. Затем раскинула руки и ноги звездой и задумалась.
Меня не отпускала мысль о том, что я заняла тело Абигейл. Я боялась как внезапного возвращения в свой мир, так и раскрытия того факта, что я не Абигейл, принятия меня за какого-нибудь демона… От таких допущений воображение рисовало жуткие картины моего линчевания, меня прошибал пот, а сердце норовило выскочить из груди. Нет, такого поворота событий нельзя допустить. Я должна походить на люэну Абигейл, хотя бы минимально, пока я здесь.
Сколько я не копалась в памяти Аби, никакой информации о путешественниках сквозь миры я не нашла. Возможно, их тут и не было, а может, всё это тщательно скрывалось.
Вдруг я всё же не умерла в своём мире… тогда я вернусь домой?! Или просто исчезну? Пронзила меня следующая мысль. Я потёрла лицо руками, тихонько завывая. А затем решительно сжала кулаки. Нет, если кто и мог такое провернуть, то, исключительно бог. Поэтому самым лучшим решением будет наведаться в храм! Так, а что здесь с религией?!
Я прикрыла глаза. Яркие картинки закружили меня в хороводе сменяющихся кадров. Я будто смотрела фильм. На основании его сделала несколько простых выводов: у каждого народа, проживающего в этом мире, свои божества и многие являлись язычниками. Люди во Фрухтранде поклонялись трём богам. И именно им возводили храмы. Верховный бог Алоис, его младший брат Манфрид и их сестра Марлис. Алоис отвечал за рай, Манфрид за ад, а Марлис, богиня справедливости — за перерождение и суд.
Вот именно к марлис мне и стоило обратиться, возможно, она ответит на мои молитвы. Я поднялась с постели, быстро приняла ванну, оделась в платье и добавила к своему списку дел поход в церковь.
— Доброе утро, госпожа Абигейл, я как раз шла вас будить. Завтрак уже накрыт, — сообщила нянюшка и слегка склонила голову.
— Благодарю, Илма, — вежливо произнесла я и зашла в трапезную.
Теперь стол выглядел как в старые времена из воспоминаний Аби: застелен изящной скатертью и красиво сервирован, пусть и деревянными ложками. Дорогие мельхиоровые все распродали.
Я улыбнулась и уселась за стол. Няня просто погрела приготовленную мной вчерашнюю еду, а новую варить не стала, чтобы лишний раз не переводить продукты.
— Что вы собираетесь делать, госпожа? — тут же осведомилась о моих планах Илма, едва я начала пить чай.
— Привести в порядок лавку, сделать несколько артефактов, сходить в церковь и принести извинения начальнику стражи — господину Хоуку.
— Незачем тебе ходить к этому гаду! — широко зевая, пробормотал Лео.
— А вот и есть зачем! — отрезала я. — Я хочу подать заявление о розыске Ирвина, а ещё на передел имущества. Как маг, унаследовавший семейный дар, я имею право стать основной наследницей. Тогда, возможно, я смогу вообще ничего не платить кредитором и признать расписки Ирвина неправомерными.
— Ох, святая Марлис, — сложила ладошки Илма и поцеловала изображение богов, что носила на шее. — Госпожа, а коли не выйдет? Судебные издержки весьма велики!
— Ничего, но и выигрыш в случае успеха ещё более значим.
— И всё равно, я против, чтобы ты встречалась с драконородным, — Лео начал вяло ковыряться в каше. Весь этот разговор определённо портил ему аппетит.
— Я понимаю, что тебе не нравится его происхождение и самомнение…
— Нет, дело не только в этом. Он очень пугает. От одного его взгляда у меня мороз по коже, сестра. Он похож настоящего убийцу. Ты видела его руки, шрамы… Наверняка не раз бывал в сражениях. И на нас… на нас он смотрит как на грязь под своими ногами, — отвёл глаза в сторону Лео. — К тому же он виноват…
— Глупости! Господин Реджинальд Хоук не виноват в моей травме. Такое могло произойти с каждым. Если и кто и виновен, то владелец здания, что не почистил козырёк и убрал сосульки. А господин Хоук дал тебе визитку и деньги! Наоборот, помог.
— Ничего он не собирался давать… — Лео покраснел и сжал в руках ложку, так сильно, что показалось, того гляди её сломает!
— То есть он прошёл мимо девушки в беде? Вот бесчувственный чурбан! — тут же возмутилась Илма.
— Когда сестра меня оттолкнула, а на неё сверху упал лёд… я остолбенел. Просто смотрел, как под её головой искрящийся белый снег окрашивается в алый! А он даже не заметил, просто пошёл дальше. Лишь когда люди начали кричать и говорить, он обратил на нас внимание. Подошёл, обмотал голову Аби своим шарфом, донёс до дома, кинул визитку, монетку и велел вызвать лекаря. Даже не извинился. Целитель у нас один на город и денег на его услуги едва хватало, но он не явился к нам. Конечно, зачем ему такой нищий сброд, когда есть клиенты побогаче. А потом, когда я пришёл к Хоуку с просьбой о помощи, он проигнорировал нас!
— Послушай, — я строго посмотрела на Леонарда. — Это не вина господина Хоука. Он вообще не обязан был нам помогать. Подумаешь, слишком сильно хлопнул дверью. С таким подходом к этой истории можно притянуть за уши кого угодно. Но господин Хоук не толкал меня под падающие сосульки, не кидал их в меня и
