Читаем без скачивания Я ничего не могу сделать - Елена Клещенко

Повинуясь жестам господина Кайтале, Дэк прошел к столику и оказался лицом к лицу со столичным гостем.

Так, Эшхольц. Контроль дыхания, мимики, позы. Смущенный студент кланяется важному человеку. Важный человек не уделяет студенту внимания, приподнял веки и тут же снова опустил. И отлично.

Господин Титу, друг господина Сегонти. Он же доктор Дану Ривша, для круга избранных Головастик. Не убит, не сгинул в застенках, а совсем напротив – неплохо выглядит. Постарел, конечно, бледные щеки обвисли, но, несомненно, он. Не головастик уже, целая жаба.

Студент затоптался, не решаясь сесть, повертел пуговицу на куртке – мало ли, вдруг не сработает автоматическая идентификация образа. Теперь на мониторах у дежурных – на Базе, на спутнике, – вспыхнул красный квадратик: «Внимание! Важная информация», и все компьютеры заработали в полную силу, сверяя, дополняя, уточняя. Ха, Каммерер знал, кому доверить невыполнимую миссию! Вы интересовались Головастиком, Максим? Вот вам Головастик, очень просто.

Господин Титу перебирал листы в папке, одобрительно мыча и не трудясь складывать их по порядку. При всем величии момента Дэк едва удержал ухмылку: было в его манере – в том, как он разглядывал рисунки, выпятив нижнюю губу и двигая бровями, – что-то от Экселенца.

– Умгум… мило, мило. Очень, э-э… красиво, насколько я могу судить. Ну что ж, Кайтале, мы ведь с вами еще увидимся? Когда я вернусь с объекта.

– Да, разумеется.

– Кстати, как там дорога?

– Сравнительно неплохо.

– Я понял, – с брюзгливой миной отозвался господин Титу.

– Да, армейский вариант. Изначально туда предполагалось добираться по воздуху…

– Нет уж, спасибо, доеду по земле. Всего наилучшего, Кайтале, и вам, молодой человек.

Головастик поднялся из кресла, сделал знак дворецкому, и вдвоем они удалились. Дэк повернулся к господину Кайтале: дескать, это здорово – большие начальники и все такое, а делом заниматься будем?

– Ну вот видите, Дэк, – улыбнулось доверенное лицо, – помните, что я говорил о славе… Итак, приступим.

Сладостей ему в этот раз не предложили. Господин Кайтале казался рассеянным, похоже было, что отличия между классическим и эклектическим вариантами проекта его не слишком интересовали. И соответствие техническому заданию он проверял как-то вяло и поверхностно. Менеджер, принимавший больницу, был куда более въедливым, а по стоимости эти проекты различались раз в десять…

– Неплохо, весьма неплохо. Нет, что я говорю? – замечательно. Конечно, надо будет еще показать приглашенным экспертам и, разумеется, самому господину Сегонти. Если бы спросили моего мнения, лично я бы остановился на классическом здании, оно мне импонирует больше, есть в нем нечто, м-м, глубоко традиционное. Удивительно, как вы проявили такое глубокое понимание, необычно для молодого человека… И прежде чем мы с вами поговорим о втором этапе, еще один серьезный вопрос.

Господин Кайтале закрыл папку и взглянул на Дэка в упор, улыбка его заледенела.

– Нам стало известно, что вы сотрудничаете с газетой.

Выдержать паузу. Удивление: брови, глаза, рот.

– С газетой?

– С газетой, которая называется «Пересчет».

– А-а. Я так понял, что это не совсем газета, то есть не профессиональная, ее делает архивно-статистический факультет. Они меня звали, но я отказался. Работа тупая, на их условиях мне это не было интересно. А что?

– Нет-нет, ничего. Но, видите ли, Дэк, у меня другие сведения.

Продолжать отыгрывать удивление, не краснеть. Массаракш, ты сосредоточился на контроле ментограмм и забыл о простых вещах. О том, например, как размахивал «Пересчетом» перед группой. Дурак. Что он мог узнать?

– Какие у вас сведения?

– Что вы не отказались.

– Кто вам это сказал?

– Полагаю, это не важно. Мы ведь в любом случае можем получить сведения из самого надежного источника… – господин секретарь положил указательный палец себе на висок.

– А… Что, опять?

Если они будут знать, что ищут, если пригласили опытного оператора… Косвенные ассоциации, дорога к Зеленому Дому… ерунда. Подписей на моих рисунках нет, имени в выходных данных нет, стиль меня не выдаст – художник, которого я имитировал, на Саракше никому не известен…

– Видите ли, Дэк, эта газета, о которой мы говорим, хотя и считается университетской, но ее сотрудники избрали курс, несовместимый с… э-э, понимаете? Я верю вам, но здравый смысл обязывает подстраховаться. Вы помните наш разговор о конфиденциальности? Поймите правильно, контакты с газетой скандальной направленности – последнее, чего нам бы хотелось. Но если нас дезинформировали, то нет проблем, я прав? В конце концов, мы вкладываем значительные суммы…

– Да, конечно. (Студент вспомнил о гонораре и подавил амбиции.) Мне снова пройти туда?

– Это не отнимет много времени, Дэк, спасибо вам за сотрудничество.

Опять коридор второго этажа, знакомая дверь. На этот раз за ментоскопом, как положено, сидит человек в белом халате. Немолодой, лысоватый, неприятно напомнивший Головастика. Нечто неуловимое в позе, выражении лица – расслабление и в то же время сосредоточенность на чем-то запредельном – выдавали опытного ловца помыслов. Ханс видел таких в старых записях, сделанных самим Сикорски, до взрыва телецентра.

– Господин Кантуут, вот этот молодой человек. Сколько вам нужно времени?

– Как пойдет, – буркнул оператор. Фамилия и акцент выдавали в нем уроженца Страны Отцов, и Дэк ощутил тревогу. – Четверть часа, эдак.

Господин секретарь вышел, деликатно прикрыв дверь. Ничего объяснять не стал. Видимо, ментоскописта проинструктировали заранее. Знать бы, кто та сволочь. Макти?..

– Надевайте… Есть сигнал. Что вам известно о газете «Пересчет»?.. Вам нравится эта газета?.. От кого вы впервые услышали про нее?

Да, это не любитель, это профессионал. Сам Головастик подбирал? Из других беглецов, имевших доступ?.. Нет, это потом. Словами думать можно, но это потом.

– Опишите ваш визит в редакцию. Кого вы там встретили?..

Давай-давай, отцов сын, ты профи, и я профи… Плешивый господин Кантуут пристально вглядывался в свой экран, заполненный тенями образов, один раз хмыкнул – наверное, увидел скульптуру Арви.

– Какие вам делали предложения? Вас о чем-нибудь спрашивали?..

Спрашивали, знаю ли я издательский процесс, а я не знал.

– Вы говорили с кем-нибудь из редакции о вашей работе над проектом?

Нет, нет, не говорил, а если бы и говорил, что бы это дало? Господин Мелга не верит в излучение, каждый день стонет под лучевым ударом, а все равно не верит…

Ментоскопист резко втянул в себя воздух, кресло под ним скрипнуло. Щелкнула кнопка сохранения изображения.

– Сидите на месте, – голос был ровным и скучным, но Дэк увидел его лоб, блестящий от пота. Господин Кантуут неторопливо двинулся к двери, вышел и закрыл ее за собой.

Шлем и «браслеты» удержали бы неопытного пациента, и даже Дэк затратил на них более трех секунд. Он сразу же ускорился, как на тренировке, – он не знал, сколько у него времени. Бросил взгляд на экран. Черные линии на белом. Берег, залив, очертания города и центра на холме, черная точка и концентрические круги, залив перекрывающие. Узнаете свой набросик, господин Закаста? Тридцать три раза массаракш, Максим, если вы это видите, я заранее согласен со всем, что вы скажете. С тем же успехом я мог бы написать признание на бумаге, как здесь принято…

Окно. Еще полсекунды на задвижку. Створка наружу, уцепиться пальцами за карниз, ногами упереться в стену, толкнуть обратно створку – если повезет, щеколда защелкнется от сотрясения и подарит им дополнительный повод для раздумий… третий этаж, до асфальта всего ничего, – и р-раз! Прыжки с высоты – то немногое, что ему удавалось на тренировках лучше, чем другим, малый вес тут был в его пользу.

Автомобиль исчез, но переулок, конечно, не пустовал. Перекрестье взглядов: пяток прохожих, велосипедист. Дэк одернул студенческую куртку, молодцевато подпрыгнул на месте, испустил университетский клич:

– Йех-ху! Пара пива моя!

Подмигнуть девушке, встретить улыбку в ответ. Пожилой дядька смотрит неодобрительно, велосипедист крутит пальцем у виска, но никто не зовет полицейских. Выпрыгнул паренек на спор из окна, ноги-руки не переломал, узла с барахлом при себе не имеет, вот и ладненько… Бодрым шагом до угла. (Открывается дверь в кабинете с ментоскопом, увидели, что меня нет, орут друг на друга…) Бодрой рысцой до подворотни. А там уж бегом через двор и в другой квартал.

Он понимал, что зайти в дом госпожи Энно теперь не получится и что студент Закаста должен исчезнуть как можно скорее. Жаль некоторых вещей, но ничего непоправимого нет: второй тайник за городом, в лесу. Главное – выбраться из города.

Дэк Закаста, политический преступник.

Хонти, Малундарг

Нет, стой, так не получится. «Пересчет». Теперь люди господина губернатора знают, что я знаю про излучатели, и крепко подозревают, что я сотрудничал с газетой, – а во вновь открывшихся обстоятельствах достаточно и мимолетного контакта. Выходит, не «Пересчет» меня подставил, а я их. Я должен их предупредить. Во всяком случае, Мелге и Лину надо скрыться, они разговаривали со мной про излучатели. Но как? Если я приду в редакцию, там меня и возьмут.