– Что?
– Ради меня тебе не нужно одеваться.
Глава 8
Ступни Бью были холодными, как лёд, хотя сам он весь вспотел под странно тяжёлым пледом. Слишком тёплым пледом. Судя по всему, плед был того же мнения, так как он сполз и у него словно выросла нога, колено которой так сильно прижало его яйца, что Бью застонал и проснулся.
Его заспанные глаза встретила густая копна светлых волос, и под непослушными прядями он обнаружил лицо спящей Саванны. Тёмно-русые ресницы ни разу не дрогнули. На щеке был виден мятый отпечаток подушки. Саванна завернулась в его синее одеяло, как в кокон. Гладкая, стройная нога свободно лежала поверх его талии.
Пострадавшие яйца сразу простили её, и теперь он потел уже совсем по другой причине. Бью вдруг представил, как проведёт рукой по её бедру, потом нежно перевернёт её на спину и освободит от всех этих одеял, простыней и халата, чтобы добраться до тёплой плоти. Потом медленно разбудит и наконец возьмёт так, что её пальцы погрузятся в его шевелюру и она закричит, чтобы весь дом знал, что её утро началось великолепно. Плохая идея. Они договорились не поддаваться притяжению. Лучше всего убраться от соблазна подальше, так как с каждой секундой, которую Бью проводил рядом с Саванной, его стойкость таяла. Как можно тише он выбрался из постели и выключил будильник. Не важно какие у неё на сегодня планы, он сомневался, что ради этого она встанет в шесть часов утра. Саванна понежилась на тёплом месте, оставшемся от его тела, и пробубнила что-то вроде: «Надо посмотреть, что с пирогом».
«Сладких снов, Саванна».
В душе Бью помылся холодной водой, чтобы устранить противоречия между мозгом и членом. Надев рабочую форму, он пошёл на кухню и наполнил свой термостакан. Когда полез в кухонный шкафчик за керамическим бокалом для своей гостьи, ему на глаза попался другой стакан и Бью, в итоге, взял его. Этот больше подходит случаю. Потом он покопался в выдвижном ящике, забитым всяким хламом, и выудил оттуда блокнот и карандаш. Он написал своей невесте записку и поставил кофе вместе с запиской на прикроватную тумбочку рядом со спящей красавицей, которая за это время успела скинуть с себя одеяла и почти весь халат. Саванна лежала лицом вниз поперёк его кровати, выставив напоказ одно из самых прекрасных творений природы. Сердцевидную попку украшали две маленькие ямочки. Пульс Бью участился, когда он на мгновение представил, как наклоняется и сжимает эту впечатляющую панораму, а потом будит её таким поцелуем, от которого останется засос и который станет причиной его опоздания на работу. Он практически мог слышать, как Саванна заспанным хриплым голосом стонет его имя и чувствовал, как она прогибается вперёд, приподнимая свои бёдра, чтобы дать ему... пощёчину – в худшем случае, а в лучшем – массу неприятностей.
«Двигай на выход, Монтгомери. Единственное, что ты сегодня оседлаешь – это твоё рабочее кресло».
Через пол часа Бью стоял в комнате отдыха и наливал себе вторую чашку кофе, когда в помещение зашёл его напарник Хантер. Долговязый блондин облокотился бедром о кухонную стойку, пригубил свой кофе и ухмыльнулся.
– Ну что, Хомти Домти21, чем увлекательным занимался на День благодарения?
Бью специально не торопился, подольше наполняя свою чашку кофе и возвращая кофейник обратно в кофеварку. Он подождал, пока его напарник сделает ещё один глоток, а потом сказал:
– Я обручился.
Хантер подавился и начал кашлять.
– Пресвятые угодники! Такого я не ожидал.
– Я тоже.
Хантер вынул фонарик из нагрудного кармана и посветил Бью в глаза.
– Это же как сильно тебя огрело по голове?
Бью резко отвернул голову.
– Прекрати. Мой мозг работает замечательно. Честно сказать, меня просто посетила гениальная идея.
Чтобы доказать это, он озвучил обстоятельства своей псевдо-помолвки.
– Слава богам или кому там ещё! – воскликнул Хантер после того, как выслушал объяснения. – Так ты теперь спишь с той аппетитной маленькой блондинкой?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Мы не спим вместе, идиот.
Но вчера вечером именно это и произошло. Просыпаться с ней рядом доставило гораздо больше удовольствия, чем он готов был признать.
– Хантер Кнокс, я не твоя служанка и не буду убирать машину в одиночку, – прервал их раздражённые женский голос. – Бери свой кофе, поцелуй свою жёнушку на прощание и двигай булками в гараж.
Бью посмотрел мимо своего напарника на сердитую брюнетку, которая несмотря на положенные правилами обычные белую майку и тёмно-синие рабочие штаны выглядела, как голливудская версия женщины-фельдшера.
– Привет, Эшли.
Заведующая сменой посмотрела на него своими блестящими, серыми глаза и, кажется, немного подобрела.
– Привет, Бью. Как голова?
– Пока на месте.
– Тогда постарайся, чтобы так и оставалось. Чем меньше выездов с этим никчёмным оболтусом, которого ты называешь напарником, тем лучше будет всему необъятному региону Атланты.
– Извини, мадам-шутница, что я задержался на минуту. Мой партнёр только что рассказал мне, что обручился.
– О! Вау! Мои поздравления! – Эшли подошла к нему и обняла. – Я правда очень рада за тебя.
Через её плечо Бью стрельнул в Хантера хмурым взглядом, которым он надеялся чётко продемонстрировать недовольство. Но его, так называемый, напарник отказывался смотреть на него. Эшли отпустила Бью, и он выдавил из себя улыбку специально для Эшли.
– Спасибо.
– Позже я хочу узнать подробности. – Она отступила на шаг. – И ты должен взять её с собой на рождественский корпоратив и познакомить нас с ней. – Потом Эшли повернулась к Хантеру и её улыбка исчезла. – Если ты через три минуты не поможешь мне почистить машину, я перееду тебя на ней.
Она оставила висеть угрозу в воздухе, гордо развернулась и вышла.
Как только Эшли исчезла из вида, Бью ущипнул своего напарника.
– И что это было, гад?!
– Ай! – Хантер ущипнул его в ответ. – Ничего. Я только хотел назвать ей причину, по которой отвлёкся. Это ты тут строишь из себя помолвленного, а я просто помогаю, чтобы всё выглядело по-настоящему.
– Я обманываю только своих родителей и родителей Саванны. Не коллег! Я молчу уже про всех врачей в отделении скорой помощи, медсестёр и санитаров в Атланте.
– И что с того, если они будут думать, что у тебя есть невеста? Где урон? Ты ведь не встречаешься с другой женщиной и вообще даже близко ни с кем не встречаешься, даже не думаешь об этом.
– Но теперь мне придётся просить Савану пойти со мной на рождественский корпоратив, иначе все будут думать, что я стесняюсь представить ей своих коллег. А когда мы расстанемся, я буду несчастны парнем-неудачником. Ничего особенного, но мне уже на всю жизнь хватило жалости других.
– Хорошо. Понял. Прости. Об этом я не подумал.
– Действительно. Ты был слишком занят попытками оправдаться перед Эшли. Это безнадёжно.
– Я не знаю, почему. – Хантер взял салфетку со стола, скомкал её и выбросил в мусорное ведро. – Ко всем остальным она относится с профессионализмом, ко мне же она вечно обращается: «Подними свой ленивый зад и двигай в гараж. Никаких отговорок». Я вообще-то очень милый парень. Люди любят меня. Особенно женщины.
– Возможно, ты слишком сильно стараешься. Она чует твоё отчаянье.
– Какое отчаянье? Обычные женщины находят меня обаятельным. У меня уйма подруг, которые подтвердят, что во мне много шарма.
– Эта отговорка выглядит ещё более отчаянной, чем ты думаешь, Хант.
– Говорит мне помолвленный девственник.
– Я не девственник.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Но мог бы за него сойти, если подумать, как часто ты в последнее время использовал своего дружка в деле.
Воспоминание о полуголой Саванне в кровати вспыхнуло у него в голове и высмеяло его больше, чем всё то, что сказал и мог сказать его друг. Бью поднял руку, чтобы отмахнуться от воспоминаний, от безумного желания и от всего этого разговора.
