у вас совершенно бесполезный магазин… — рассердилась покупательница. — Кроме странных разговоров, вы здесь совершенно ничего не можете мне предложить!
— Мне жаль, что я не смог помочь вам… — извиняясь, развел руками кудесник. — Но я хотя бы дал вам гарантию…
— Совершенно бесполезную, надо сказать, гарантию… — съязвила девушка.
— Зато совершенно бесплатно… — усмехнувшись, заметил чародей.
* * *
— Так почему же ты ей не продал ни одного знака судьбы? — мурлыкнул черный кот. — Я же знаю, у тебя целая коробка первоклассных знаков под стойкой лежит.
— Не сыпь мне соль на рану, — устало вздохнул кудесник. — Ты же знаешь, сколько я ни пытался продать знаки судьбы, их всегда возвращают по гарантии. Даже если я их бесплатно начну раздавать, люди все равно не будут их брать, а уж тем более следовать им.
— Почему? — фыркнул пушистый ассистент.
— Потому что подумают, что их опять хотят обмануть… — чародей откинул капюшон и снял маскировочное заклинание. — Ведь, по большому счету, никому не нужны сами знаки судьбы…
— Как так, не нужны?! — опешил кот.
— А вот так, — устало вздохнул кудесник. — Людям нужны гарантии того, что выбранный ими путь на дороге жизни был единственно правильным и верным. Им нужны гарантии… Понимаешь? Гарантии… А какие могут быть гарантии в этой жизни? Да никаких!
— Так что же ты теперь с этими бесполезными знаками делать будешь?
— А ничего не буду делать… — отмахнулся чародей. — А может, гирлянду из нее сделаю, глядишь, под Новый год кто-нибудь и купит.
— И не жалко? — усмехнулся кот.
— Жалко, но что же делать со всеми этими знаками судьбы, если они всё равно ничего никому не могут гарантировать?..
Великое Му
Великое Му паслось на лугу.
И пришел к ней буддийский монах.
Дай ответ, говорит.
Дай мне смысл, говорит.
До нирваны никак не дойду…
* * *
Корова жевала траву и никого не трогала. Это была самая добропорядочная и воспитанная корова из всех живущих коров. Знаменита она была тем, что своим рёвом пробудила не одного спящего Будду, от чего, конечно, в нашем мире стало намного больше просветления, осознанности и всего такого.
И еще у нее было очень вкусное молоко…
* * *
— Ты уверен, что это то самое Великое Му? — спросил беспробудный Будда у кота.
— Конечно, — бодро закивал пушистый проводник, — это оно и есть.
Беспробудный Будда оглядел Великое Му.
— Так это же обычная корова! — усмехнулся беспробудный.
— В реальном мире все вещи и события выглядят не тем, чем являются на самом деле, — развел лапками кот, — но Великому Му чужды все эти заморочки с обликом. Ибо оно отрицает все условности этого мира и пребывает в своем идеальном, обыденном облике.
— Не, так дела не делаются, — хмыкнул мужчина, — 10 золотых за то, чтобы ты отвел меня к обыкновенной корове, — это слишком много…
— Вот поэтому ты и беспробудный, — мурлыкнул кот, — даже мне, коту, и то понятно, что эта корова пасется здесь не просто так…
— А что же мне делать? — спросил беспробудный.
— Почему ты задаешь вопросы мне, коту, а не Великому Му? — удивился кот. — Спрашивай у него, а не у меня.
Беспробудный Будда подошел к корове, поклонился, ощущая себя полным кретином, а, возможно, даже посмешищем, что было еще обиднее, и спросил у нее:
— Что я должен сделать, чтобы пробудиться?
Корова, не обращая внимания на человека, продолжала меланхолично щипать возле своих ног траву и мудростью не делилась.
Беспробудный будда обернулся на кота и пожал плечами.
— Молчит… — признался он. — Ничего не говорит, только траву щиплет.
— Ты ничего не понял, — хитро мурлыкнул кот. — Великое Му показывает тебе, что ты должен заметить ту часть внешнего мира, которая соответствует твоей природе, и молча принимать ее.
— Почему молча? — спросил беспробудный.
— Потому что подавишься, — усмехнулся кот. — И вообще, за едой не разговаривают! Это даже котята знают.
— Вот как… — удивленно пробормотал беспробудный.
Он почувствовал себя чуточку просветленным и уже не таким посмешищем.
— Знаешь, когда ты это мне объяснил, — признался беспробудный, — все стало немного яснее. Наверное, ты не врал, и это действительно Великое Му.
— Конечно, не врал, — торжественно соврал кот. — Коты вообще никогда не врут…
Беспробудный будда опять повернулся к корове и, поклонившись еще раз, задал свой следующий вопрос:
— Что мне делать с тем, что я приму?
Корова фыркнула — острый лист осоки щекотал ей нос. Она подняла голову и, спокойно жуя приемлемую для нее часть внешнего мира, посмотрела на кота.
— Переведи, — сразу попросил беспробудный.
Он решил не ломать себе голову этими коровьими коанами, а сразу обратиться к пушистому толмачу.
— Ты должен хорошенько обдумать и переварить то, что принял от внешнего мира, — мурлыкнул кот.
— И лучше молча и не торопясь? — усмехнулся беспробудный.
— А ты не безнадежен… — усмехнулся кот.
— Ну так… — от похвалы беспробудный довольно улыбнулся и снисходительно посмотрел на кота. — Мы ведь тоже кое-чего могём, тоже кумекаем…
Он повернулся к Великому Му и задал следующий вопрос:
— И что же может помешать мне принять внешний мир и хорошенько его обдумать?
Корова хлопнула себя по пузу кисточкой хвоста, отгоняя незнакомых насекомых, которые очень хотели близко познакомиться с ее шкурой.
— Бить себя кнутом? — удивился беспробудный. — По пузу?
— Да нет же! — усмехнулся кот. — Ты должен отгонять назойливые мысли, которые будут тебя отвлекать. Их лучше сразу прихлопнуть!
— Назойливые мысли? — не понял беспробудный.
— Ну… Это та часть внешнего мира, которая чужда твоей природе и которая желает покушать за твой счет, — пояснил кот.
— Понятно, паразиты, значит, — вздохнул беспробудный.
Он уже порядком устал вытягивать из Великого Му его му-мудрость, но 10 золотых он уже заплатил, поэтому решил закинуться просветлением на полную катушку.
— А какое благо я получу от того, что приму внешний мир и хорошенько его обдумаю?
Корова со вздохом опустилась на траву и прикрыла глаза. Видимо, этот назойливый человек утомил ее не меньше палящего июньского солнца и надоедливых насекомых.
Беспробудный тоже опустился на траву и подозрительно посмотрел на кота.
— Она не сломалась?
— Нет, Великое Му говорит, что нужно дать благу созреть, тогда оно само себя покажет…
— И долго ждать? — нетерпеливо спросил беспробудный, глядя на часы.
— Думаю, к вечеру благо созреет, — усмехнулся кот.
И он, удобно растянувшись на травке, принял первую позу кошачьей йоги…
* * *
Корова истошно мычала, чем вызвала панику у заснувшего от скуки беспробудного будды.
— Она точно сломалась! Я так никогда не получу свое Сатори! Требую деньги назад!
— Да подожди истерить, — усмехнулся кот, — разве не видишь, благо созрело. Великое
