12 марта 1937 года. 19:54.
Севернее Альгоры.
Еще до потери университетского городка, а вместе с ним - и плацдарма для наступления на Мадрид с запада, Франсиско Франко приступил к разработке новой наступательной операции. И пусть западное направление вскоре окажется для националистов утраченным, все еще остается возможность взятия столицы с севера.
Направлением главного удара был выбран город Гвадалахара. Этот населенный пункт был удобен тем, что через него пролегали удобные для дальнейшего продвижения в направлении Мадрида шоссейные дороги, а сам город после его захвата мог стать отличным плацдармом для наступления. Немаловажно было еще и то, что северное направление до сегодняшнего дня считалось довольно спокойным и линия обороны там была несколько слабее, нежели, скажем, на юге.
Итак, цель операции была определена, осталось перебросить под Гвадалахару необходимое количество войск и захватить город. Вот только с войсками имелась большая проблема. После февральской победы под Малагой Франко удалось значительно сократить линию фронта и высвободить около пятнадцати тысяч человек, но их было недостаточно для взятия Гвадалахары и развития наступления на Мадрид.
Помочь могли итальянские экспедиционные силы, однако Бенито Муссолини отказывался передавать их в полное распоряжение Франко без одобрения плана операции. Вот и пришлось испанскому генералиссимусу отправлять план на утверждение итальянскому капралу. Хорошо еще, что Муссолини одобрил решение наступать на Гвадалахару и выделил для этого сорокатысячный корпус под командованием генерала Марио Роатты.
Всего же для захвата Гвадалахары и последующего наступления на Мадрид националисты собрали шестидесятитысячную группировку войск при двухстах семидесяти орудиях, ста восьми танкетках, тридцати двух броневиках и шестидесяти самолетах. И все это против двенадцатой отдельной республиканской дивизии полковника Виктора Лакалье Семинарио, под командованием которого было не более десяти тысяч солдат и десятка танков Т-26.
Вечером четырнадцатого числа в городе Альгора произошло совещание, на котором были окончательно утверждены направления ударов. Начались последние приготовления к атаке.
15 марта 1937 года. 10:00.
Участок фронта между Мандайоной и Навальпотро.
Разумеется, подготовка националистов к наступлению не осталось незамеченным. Вот только генерал Миаха и полковник Рохо, сосредоточившие свое внимание на взятии Университетского городка, обнаружили это слишком поздно, да и свободных резервов, которые можно было бы быстро перебросить на серверный фронт у республиканцев не было. Так что, генералу Миахе пришлось выделять подкрепления из расквартированных в Мадриде частей, ослабляя при этом оборону столицы.
К переброске на север стали готовиться Первая Мадридская дивизия, состоявшая из переобученных советскими инструкторами ополченцев, и советская добровольческая бригада имени Коминтерна. С Харамского участка фронта спешно сняли одиннадцатую Интербригаду, состоявшую, в основном, из германских, французских и итальянских добровольцев. Общее командование республиканскими силами на Гвадалахарском участке взял на себя полковник Висенте Рохо Льюк, до этого исполнявший обязанности начальника штаба генерала Миахи.
Благодаря развитой сети шоссейных дорог, существовавшей между Мадридом и Гвадалахарой, республиканцам было гораздо легче перебрасывать подкрепления на север, нежели националистам - на юг, где, из-за гористой местности, с дорогами все было значительно хуже. Но даже имея такое преимущество, республиканцы не успевали отправить войска на фронт до начала наступления, так что первый удар дивизии полковника Лакалье предстояло встречать самостоятельно.
Положение Лакалье было откровенно незавидным. Мало того, что его дивизия была рассредоточена по довольно широкому участку фронта, так еще и солдаты в ней обладали не самой лучшей подготовкой. Да и с полевыми укреплениями в районе дислокации дивизии было не ахти. Это в Мадриде генерал Миаха, получивший возможность самостоятельно принимать любые решения по вопросам обороны столицы, прислушался к своим советникам и начал возводить вокруг города эшелонированную линию укреплений. На северном же фронте многие командиры разделяли взгляды военного министра Ларго и рытьем окопов не утруждались.
Утром четырнадцатого марта силы итальянского корпуса пошли в наступление. После непродолжительного артиллерийского обстрела части второй дивизии «Черное пламя», входившей в состав итальянского корпуса, пошли на прорыв. Первыми в направлении республиканцев двинулись итальянские пулеметные танкетки, следом за ними выступила пехота.
На участке прорыва, между Мандайоной и Навальпотро, республиканцы располагали несколькими орудиями и тремя танками Т-26, что позволило на какой-то момент сдержать наступление. Однако, вскоре орудия были выбиты огнем гораздо более многочисленной артиллерией итальянцев, а танки, неуязвимые для пулеметного огня и потому в начале боя эффективно выбивавшие итальянские танкетки, оказались подбиты из имевшихся у «Черного пламени» немецких противотанковых пушек. Не выдержав натиска, республиканцы начали оставлять свои позиции, оголяя линию фронта и открывая националистам дорогу на Гвадалахару.
Впрочем, и итальянцы не сумели достичь поставленных перед ними задач. По плану вторая дивизия «Черное пламя» должна была прорваться вглубь республиканской территории на пятнадцать километров и, наступая вдоль шоссе на Гвадалахару, выйти на рубеж Архесилья - Масегосо-де-Тахунья. Затем вдоль шоссе должна будет действовать уже третья дивизия «Черные перья», а «Черному пламени» следовало изменить направление на Бриуэгу.
Однако, полностью выполнить поставленную задачу помешали погодные условия. Начавшийся дождь со снегом и опустившийся после него туман снизили видимость почти до нуля, из-за чего вторая дивизия вынуждена была остановиться на линии Кастехон-де-Энарес - Альмадронес - Аламинос, не дойдя до намеченного рубежа три - пять километров.
16 марта 1937 года. 10:00.
