Однако судьба другого пленника ясна с самого начала. Эдуард IV говорит:
А Сомерсету — голову долой.
Акт V, сцена 5, строка 3
Его приказ был выполнен. Эдмунда Бофорта, сына Эдмунда Сомерсета из второй части «Генриха VI», казнили 6 мая 1471 г. Его младший брат Джон погиб во время битвы; это означало, что род Бофортов вымер. Эти двое были последними, кто вел свою родословную от Джона Гонта и Катерины Суинфорд только по мужской линии.
Оставался лишь юный Генри Тюдор, граф Ричмонд, правнук Джона Гонта с материнской стороны.
«Вот тебе…»Эдуард, принц Уэльский, сын королевы Маргариты и (предположительно) Генриха VI, был также взят в плен в битве при Тьюксбери, где, согласно легенде, распространенной позднее среди поклонников Ланкастеров, он вел себя геройски.
Согласно более ранним свидетельствам, принц пал в бою от руки неизвестного воина. Однако его поздним поклонникам нравится думать, что он попал в плен.
Оказавшись в плену, принц дерзко отстаивал свое право на трон, глядя в лицо братьям Йорк. Доведенный словами принца Эдуарда до белого каления, король Эдуард кричит:
Так вот тебе, исчадье злобной ведьмы!
Акт V, сцена 5, строка 38
С этими словами король закалывает принца, которому в этот момент всего восемнадцать лет.
Джордж Кларенс и Ричард Глостер тоже наносят Эдуарду удары кинжалами, создается представление, что храбрый принц из ветви Ланкастеров пал от руки трех убийц. Эта история о зверствах сторонников Йорков должна как-то уравновесить историю о зверствах ланкастерцев, убивших Ретленда и Йорка (см. в гл. 13: «Эдвард распутный…»).
Но истории о зверствах обычно внушают подозрения (хотя и не всегда; это могут подтвердить люди, пережившие сравнительно недавние исторические события в Германии и России). Скорее всего, юный принц Эдуард просто погиб на поле боя вместе с двумя тысячами своих сторонников. Если бы его взяли в плен, то, скорее всего, казнили бы так же, как Сомерсета, и уж совсем невероятно, что принца убили кинжалами три царственных брата.
«Убей же и меня!»Королева Маргарита, присутствовавшая при смерти сына, наконец не выдерживает. Теперь все ее надежды рухнули. Сын был светом ее очей, средоточием ее надежд и чаяний. Сейчас Маргарите сорок один год, на другого ребенка рассчитывать не приходится, так что жить ей незачем. Впервые в жизни она не грозит, а умоляет о единственном даре, который ей могут преподнести враги:
Убей же и меня!
Акт V, сцена 5, строка 41
Безжалостный Ричард Глостер хочет выполнить ее просьбу, но Эдуард отталкивает его. Он боится, что, убив принца, они и без того слишком скомпрометировали себя.
Вообще-то эта трагическая сцена — плод фантазии Шекспира. Королева Маргарита не попала в плен при Тьюксбери; даже если ее сына и убили, она не могла присутствовать при этом. Маргарита бежала с поля боя и добралась до Ковентри, где укрылась в монастыре. Однако, когда после битвы армия Эдуарда проходила через Ковентри, Маргариту обнаружили и арестовали.
«…Кровавый ужин»После сражения при Тьюксбери Эдуард вдруг замечает, что Ричард исчез. На вопрос брата отвечает Кларенс:
Он спешно отбыл в Лондон, государь;
Должно быть, на кровавый ужин в Тауэр.
Акт V, сцена 5, строки 84–85
В Тауэре заключен Генрих VI; Кларенс намекает, что теперь, когда принц Эдуард мертв, а королева Маргарита попала в плен, Ричард намерен заняться Генрихом.
Действительно, следующая сцена происходит в Тауэре. Ричард Глостер смотрит на бывшего короля, сжавшегося от страха, а тот добавляет к перечню уродств Ричарда, выдуманных позднее противниками Йорков:
С зубами ты родился в знак того,
Что в мир пришел, чтобы терзать людей.
Акт V, сцена 6, строки 53–54
После этого рассвирепевший Ричард закалывает короля кинжалом.
Хорошо известно, что на самом деле все было не так. Король Эдуард и его армия снова триумфально вошли в Лондон 21 мая 1471 г., через две с половиной недели после победы у Тьюксбери. На следующее утро Генриха нашли в Тауэре мертвым. К тому времени ему было всего сорок девять лет. Всю свою жизнь он был королем, хотя не имел для этого ни сил, ни способностей. Им всегда управляли и командовали другие, своего мнения он не имел, шарахался из стороны в сторону, был (мягко говоря) человеком недалеким, а иногда просто душевнобольным и после долгой жизни, полной несчастий, возможно, приветствовал смерть, избавившую его от мучений.
Конечно, вряд ли можно считать смерть Генриха естественной; таких совпадений не бывает. Никто не сомневается, что король Эдуард приказал без лишнего шума убить бывшего короля; надо признать, что причины для этого у него были. Если бы Генрих был жив, для сторонников Ланкастеров он по-прежнему служил бы поводом для восстаний, мятежей и заговоров, а Эдуард был сыт ими по горло. Генриха VI убили по той же причине, по какой убили Ричарда II (см. в гл. 6: «Иль друга нет…»), а до Ричарда — Эдуарда II.
Однако весьма неправдоподобно, что Ричард Глостер, доставивший приказ короля в Тауэр, собственноручно убил Генриха. Наемных убийц в то время вполне хватало, никаких доказательств личной вины Ричарда нет, если не считать позднейших рассказов любителей жутких историй, которые обвиняли Ричарда во всех смертных грехах, стараясь оправдать сомнительное с точки зрения закона положение его непосредственного преемника. (Историю пишут победители.)
«Кларенс, берегись…»Шекспир следует официальной, антийоркистской и антиричардовской версии событий, но улучшает ее всей силой своего гения. В следующей пьесе этого цикла Ричард — главный герой, и список его чудовищных преступлений достигает умопомрачительных размеров. В нескольких эпизодах этой пьесы можно увидеть намек на это, и вот теперь обо всем говорится открыто.
Стоя над безжизненным телом Генриха, Ричард говорит:
Кларенс, берегись: ты застишь
Мне свет, — я черный день тебе готовлю.
Я брату нашепчу таких пророчеств,
Что станет Эдуард за жизнь страшиться;
Чтоб страх унять, твоею смертью стану.
И Генриха, и принца нет в живых.
Сперва тебе, потом другим черед.
Акт V, сцена 6, строки 84–90
После смерти короля Генриха VI мужская линия потомков Джона Гонта пресеклась. Генри Тюдор не был Плантагенетом. Он являлся потомком Генриха II и Эдуарда III по материнской линии.
«Мой Нед…»Однако за это время у английского престола появился новый наследник.
В заключительной сцене пьесы Эдуард, вновь захвативший трон, соединяется со своей королевой и говорит ей:
Приблизься, Бесс, я поцелую сына.
Ведь для тебя, мой Нед, отец и дяди
В броне зимою проводили ночи;
Пешком шагали в летний зной палящий —
Чтоб ты владел своей короной в мире
И наших всех трудов пожал плоды.
Акт V, сцена 1, строки 15–19
Первому сыну Эдуарда, родившемуся, когда его отец находился в изгнании, во время победы при Тьюксбери было пять месяцев. 26 июля 1471 г., когда Эдуарду еще не исполнилось семи месяцев, его сделали принцем Уэльским, поскольку прежний носитель этого титула умер.
Джордж Кларенс и Ричард Глостер приносят младенцу клятву верности, но елизаветинская публика прекрасно знает, что речь Эдуарда, обращенная к сыну, звучит иронически, потому что этот мальчик не будет «владеть своей короной в мире». А если кто-то этого не знает, достаточно реплик Глостера, брошенных в сторону, чтобы понять: Ричард замышляет злодейство, которое ярко проявится в следующей пьесе.
«…Во Францию отправить!»Остается решить только один вопрос: как поступить с бывшей королевой Маргаритой, за которую заплатили выкуп?
Король Эдуард в приступе благодушия говорит:
Убрать ее, во Францию отправить!
Акт V, сцена 7, строка 41
В действительности выкуп поступил не так скоро. Эдуард продержал Маргариту в тюрьме пять лет; условия содержания были не роскошными, но вполне сносными. Только после этого Маргариту выкупил Людовик XI Французский, и в 1476 г. она вернулась во Францию, которую оставила пятнадцатилетней невестой тридцать лет назад. Время ее царствования было самым несчастным как для нее, так и для Англии.
Пока все выглядит безмятежным. Третья часть «Генриха VI» заканчивается триумфом и праздником. Вот последние слова короля Эдуарда (и последняя строка в этой пьесе):
Счастливые нас ожидают годы.
Акт V, сцена 7, строка 46
Однако на заднем плане маячит темная фигура Ричарда — символ опасности. Следующая пьеса, «Ричард III», откроется его монологом, после чего начнется самая мелодраматическая из историй, рассказанных Шекспиром.
