class="p1">Впрочем, жаловаться было не на что. Кузьма отлично вел катер. В лицо, огибая ветровое стекло, задувал теплый ветерок. Ощутимо пахло тиной, рыбой и, почему-то, цветущими акациями.
Вдруг вода впереди разверзлась. В воздух взмыло чудовище с зубастой пастью – огромное настолько, что казалось странным, как оно помещается в реке. Длинное, бесконечное тело с многочисленными плавниками, сверкало на солнце.
Максим уловил желание рулевого свернуть в сторону.
- Не сметь! – закричал он на ухо Кузьме. – Держи курс! Держи!
- Оно нас сожрет!
- Плевать! Курс держи!
Кузьма отреагировал на крик командира. Штурвал не шелохнулся. Катер продолжал идти прямо. Чудовище распахнуло пасть – в нее могли бы свободно войти два десятка линейных крейсеров. В блестящих выпуклых глазах отражалась река, деревья по берегам, катер.
- Прощайте… - прошептал Кузьма и закрыл глаза. – Не поминайте лихом.
Клим поднял двустволку и выпалил, но, разумеется, не нанес вреда чудовищу. Здесь не помогли бы и залпы корабельных орудий.
Зубы сомкнулись точно на суденышке, но ничего не произошло. Монстр прошел сквозь катер, поднял стену брызг и исчез в глубине… В глубине чего? Это, как и многое в Зоне, осталось без ответа.
- Мы живы! – закричал Кузьма. – Ты – гений!
- Строго говоря, чудовище нас сожрало, - возразил Максим. – А потом стало нами. Вернее, оно сожрало тех двоих на заднем сидении.
- Это как нас тогда? – прошептал Кузьма.
- Да. Пока они этого не заметили. К их счастью. Так что помалкивай.
- Понимаю… - прошептал Кузьма. – Я буду нем, как рыба!
- Белуга! – издевательски сказал Максим.
- Да ну тебя… Вечно ты как ребенок. Я это еще в прошлый раз заметил.
- Я гораздо хуже. Или хужее. Если хочешь.
Долгий путь продолжался. Правда, теперь путешественники продвигались вперед с комфортом, а не на своих двоих. Утомленные переживаниями Антон с Климом задремали. Да и сам Максим провалился в сон. Не спал только Кузьма. Он продолжал вести катер вверх по течению.
Неожиданно мотор смолк. Максим тут же подскочил:
- В чем дело? Что случилось?
- Приплыли, - заявил Кузьма. – Дальше пути нет.
Реку перегораживала плотина гидроэлектростанции. Вода, журча, точно мурлыкая, бурлила и пенилась у сливных отверстий.
- И снова знакомые места, - Максим сделал рукой широкий жест. – Когда-то лично майор Церпицкий открыл задвижки и пустил турбины в ход. Бьюсь об заклад: от главного здания отходит железнодорожная ветка.
В самом деле: когда выбрались на берег, на бетонную площадку у турбинного зала, увидели рельсы, тянущиеся к складам.
- Когда-то я разбил здесь автомотрису, - задумчиво произнес Максим. – Но теперь ее нет. Зона всегда возвращает все на место. Катер в следующий раз тоже переместится обратно под мост.
- Что-то твой «Комсомолец» она у тебя не отбирает, - возразил Кузьма.
- Он не принадлежность Зоны – только и всего. Я его из сорок второго года вытащил.
- Вон оно что… Из сорок второго… - Кузьма откровенно ехидничал.
Максим не стал отвечать. Просто махнул остальным рукой и пошел по шоссе, пересекающему железнодорожный путь.
Совсем близко, из-за леса, торчали башни многоэтажек и заводские трубы. Максим вел своих товарищей именно туда – на ночлег. Но чем дальше он продвигался, тем дальше отодвигался поселок. За два часа ходьбы расстояние не изменилось ни на метр. Казалось, асфальт под ногами движется назад вроде беговой дорожки.
- Фитнес что надо, - бурчал Максим. – А ну-ка, шевелите булками! Может, здесь как в Зазеркалье: хочешь куда-то добраться, беги вдвое быстрее?
Но все так и оставалось по-прежнему. Ни лес, ни поселок не изменились ни на йоту. В конце концов Максим остановился, сел прямо на асфальт, достал из кармана графический калькулятор – новый, современный – и начал считать ничего в целом не значащие примеры. От вычисления корней квадратных и кубических уравнений и до расчетов по сложным физическим формулам, заранее введенных в память счетной машинки.
Товарищи сгрудились вокруг него, наблюдая за его действиями через плечо. Они молчали полчаса, потом Антон не выдержал:
- Ну что? – нетерпеливо воскликнул он.
- Ничего. Не понимаю, чего тебе от меня нужно?
- Ну ты же что-то считаешь.
- Да это просто время скоротать. Садитесь, доставайте жратву. Будем ждать. У меня самого такое в первый раз.
Клим и Кузьма покорно сели рядом с Максимом и достали из рюкзака консервы. Антон же все не унимался:
- Чего ждать, отец?
- С моря погоды. Знал бы, сказал. Мы, наверное, слишком далеко продвинулись. Вот Зона и притормаживает нас. До срока.
Треугольное, косматое солнце склонилось к горизонту. Начало темнеть. Со стороны поселка потянуло холодным ветерком. Максим услышал шум призрачных автомобилей и только что не прыгнул на обочину. Антон вздрогнул и бросился за ним. Клим с Кузьмой остались на месте. Совершенно «глухие», они оставались в неведении, с удивлением наблюдая за товарищами.
- Давайте к нам! – крикнул Максим. – Мало ли что произойдет. Вот поедет по дороге монстр-машина, поздно бежать будет.
Клим и Кузьма подчинились и тоже пересели на обочину.
Так прошло несколько часов. За это время окончательно стемнело, и над Зоной вспыхнули звезды. Вывернутый наизнанку месяц медленно выплыл из-за леса.
- А говорил, что в Зоне ночью на открытом месте оставаться нельзя, - Клим упрекнул Максима.
- Как правило, нельзя. Но сейчас Зона готовит нам что-то особенное. Для этого она оставила нас здесь до темноты. Ничего. Скоро нам будет знак. Да не просто знак, а знамение!
Предсказание Максима сбылось в самой середине ночи – в пятнадцать минут второго. Но то, что случилось, превзошло все ожидания и опасения.
Совсем близко, за лесом, сверкнула вспышка – ослепительная после темноты. Где-то там, позади деревьев, в небо уперся столб клокочущего пламени. Раздался оглушительный треск и грохот, точно сотни гигантских солдат били в барабаны. По воздуху прокатилась горячая волна. Ощутимо запахло гарью и бытовым газом.
- Это что еще такое? – рот у Клима открылся так, что было видно каждую пломбу на его зубах.
- Сигнал нам, - ответил Максим. – Пора выступать! Или наступать. Уж не знаю, как правильно.
Он пошел вперед по шоссе, но через несколько сотен метров свернул на проселочную дорогу. Судя по направлению, грунтовка вела прямо к источнику пламени. Сейчас оно застыло, словно на жуткой цветной фотографии. Замерли и деревья – их больше не качал
