э…
– Ты уезжаешь.
– Да! Да, мы уезжаем. Мы с Лэндри уезжаем.
– Чудесно, скатертью дорога! – Бенджи развернулся, собираясь догонять удаляющееся стадо. Однако затем, быстро передумав, снова повернулся к Питу, и в его глазах искрящимися свечами зажигания сверкнула ярость. – Нет, знаешь что? Я тебя вычислил. Я вижу тебя насквозь, Пит Корли. Ты пришел сюда ради внимания, ради средств массовой информации, ради поклонников… ради фоток в долбаном Инстаграме и восторженных отзывов в Твиттере. Но еще ты от чего-то сбежал. Ты сбежал от всего. От своей группы, от семьи, от обязанностей. Когда здесь полилось дерьмо, ты расплатился сполна. Поступил так, как нужно. Помог мне спасти людей. А потом, когда вы со своим мальчиком устроили здесь прощальные каникулы, упиваясь жалостью к себе, ты все равно находил время помогать, и за это я очень признателен. Но мы еще не закончили. Нам предстоит проделать долгий путь, прежде чем мы сможем остановиться. Ряды пастухов редеют. Я не могу терять людей. Я не могу позволить тебе улизнуть, словно перепуганной кошке. Бежать некуда, рок-божество. И это твой дом. Так что, знаешь, я отзываю свое разрешение уйти. Засунь все это дерьмо куда-нибудь поглубже в себя, потому что ты остаешься и поможешь довести всех этих людей до Урэя, штат Колорадо.
Длинной пустынной дорогой между ними протянулось молчание. Для пущего театрального эффекта налетел ветер, пустив ползущие по земле песчаные змейки.
– Это было очень хорошо, – наконец отрывисто кивнул Пит. – Очень – знаешь, очень круто, по-мужски. Я одобряю. «Твою мать» и «дерьмо». Я так понимаю, практики у тебя маловато, но все равно получилось весьма пристойно. – Он медленно захлопал.
– Спасибо, – совершенно искренне произнес Бенджи.
Оба рассмеялись. Пузырек натянутости не лопнул, но немного воздуха из него просочилось.
– Слушай, я никуда не убегаю. Если что, я пытаюсь… сделать обратное. Мне нужно «не сбежать прочь», мне нужно… вернуться домой. Я решил… точнее, мы решили, Лэндри и я… отправиться разыскать мою семью.
– О!
– Да.
– Вот как. – В голосе Бенджи прозвучало неприкрытое сомнение. – Оба? Вместе?
– Когда ты произнес это вслух, громко, я понял, каким сумасшествием это выглядит. Блин!
– Я полагал, твоя семья… уехала без тебя? И никто не знает… ну, об этом.
– О необузданном гомосексуализме? Никто не знает. Может быть, Лина подозревает. Господи, может быть, она знала с самого начала, не знаю!
– Ты считаешь, это хорошая мысль?
– А ты думаешь, нет? Вероятно, нет. Но это моя семья. Я обосрал все, что мог. Меня не было с ними, когда это обрушилось. Я даже не знаю… – Человеческие чувства напомнили Питу о том, что он действительно человек, и это показалось таким грязным, таким вульгарным, что он поспешил поскорее их затоптать. – Я даже не знаю, все ли у них в порядке. Родители жены – люди состоятельные, и мне хочется надеяться, что они останутся в стороне, но…
– «Белая маска» не щадит никого. Она косит людей направо и налево.
– Да. – Пит щелкнул языком. – Да, это так. Поэтому… я должен это сделать. Я должен найти своих близких. Сказать им правду. Узнать… готовы ли они принять меня, принять нас с Лэндри. Я их люблю, но я люблю и его. Может быть, мы сможем жить все вместе каким-нибудь причудливым полиамурным образованием. – Он поспешно поднял руки вверх. – Конечно, я не имею в виду своих ребят. Они останутся детьми совершенно раздолбанной семьи. Что, если учесть грядущий конец света, вероятно, наименее раздолбанное из всего.
– Тут ничего не поделаешь.
– Тут ничего не поделаешь, это точно. – Пит положил руку Бенджи на плечо. – Я просто хочу, чтобы мои близкие знали, кто я такой. И что мне не все равно. Прямо сейчас, о боги, если они еще живы, они, вероятно, меня ненавидят. И по праву.
«Твою мать, они просто обязаны меня ненавидеть!»
– Полная задница, Пит.
– Знаю.
– Просто ты как-то начинаешь мне нравиться.
– Ха! Я понравился тебе с самого начала.
– Ну, ты парень обаятельный.
– Точнее, обаятельный козел, но я стараюсь за это держаться.
Бенджи переступил с ноги на ногу.
– Ты уезжаешь прямо сейчас?
– Не собираюсь долго тянуть. У нас впереди немало миль.
– Около трех тысяч, я так думаю.
– Спасибо, док. – Пит протянул руку.
Бенджи ее пожал.
– Отправляйся к своей семье, рок-божество.
– О, да пошло все! – пробормотал Пит, после чего обнял Бенджи. Он не отпускал его какое-то время. Если честно, слишком долго, достаточно, чтобы это показалось странным. Но такой уж он есть, и, может быть, хотелось ему надеяться, в конечном счете это окажется на его могильном камне.
Здесь лежит Пит Корли.
Право, он жил слишком долго.
Настолько долго, что это казалось странным.
Покойся с миром, твою мать!
* * *
Потом, когда стадо покинуло асфальт и оказалось на вымощенной щебнем дороге, проходящей мимо изрешеченной пулями таблички «Конец дороги», Пит оседлал водительское место «Зверя».
– С какой стати ты завел речь про это дерьмо? – набросился он на Лэндри. – Про эту мифологическую дрянь, «Илиаду», или как там ее?
– Потому что, безграмотный тупица, мы в Гекторе, штат Калифорния, а в том куске, который я процитировал, как раз говорилось про похороны Гектора, троянского престолонаследника, врага Ахилла. И мы тогда как раз совершили поминальную трапезу, наевшись этого мусора. Кстати, ты заметил, что я выбросил все это дерьмо?
– Спасибо.
– Всегда пожалуйста.
– Мы правда сделаем это? – вдруг засомневался Пит.
– Да, членосос. У нас полный бак бензина, полный запасной бак, у нас полно дерьмовой еды и – позволь мне немного романтики – у меня есть ты, а у тебя есть я.
– Сладкие слова.
– Такие сладкие, что у тебя разрушатся все зубы. Леденец пополам с ириской.
– Однако кое-чего нам недостает.
– Да? – Лэндри изогнул брови.
– О да.
Достав из бардачка магнитофонную кассету, Пит покрутил ее в пальцах.
– Музыки. Нам не хватает самого главного ингредиента – рок-н-ролла, чтобы покатиться по этой горной дороге[125].
Засунув кассету в магнитофон, он завершил дело, грозно ткнув ее до конца длинным, похожим на коготь указательным пальцем. Магнитофон щелкнул, зажужжал, и из крохотных динамиков «Зверя» загремел пятый студийный альбом «Мерзкого пошляка» – «Волшебная миля». Когда в заглавной песне вступила соло-гитара, Пит, подпевая, завел двигатель.
Взревев, «Зверь» тронулся в долгий путь.
63
Точильный брусок
НОВОСТНОЙ ПОТОК, ПОСВЯЩЕННЫЙ КРИЛУ: Это полный бред. Мы бы вышли на улицы, если б это не привело к тому, что все заразились бы «белой маской». Эд Крил – фашист. Он купил себе путь во власть. (1/?)
|
Вот что я слышала: у него есть бункер в Канзасе, один из «бункеров выживания», устроенных в бывших пусковых ракетных шахтах элитных жилых комплексов для богатейших из самых богатых. Можете загуглить, если у вас еще есть интернет. (2/?)
|
Если остался кто-либо живой, чтобы проследить за деньгами, я слышала, что в конечном счете они оказались в карманах тех судей Верховного суда. (3/?)
|
Вы хотите знать, где Осиро и остальные преемники? Умные деньги
