Король мечи из Небесного Железа о колено ломает и от взрывов даже не чешется, — пробурчал Макото. — У вас есть какой-нибудь конкретный план его уничтожения или мы просто навалимся толпой и будем молиться всем богам?
Дружное молчание за столом ответило само за себя. Поэтому собравшиеся принялись обсуждать другие, не менее животрепещущие вопросы. Риота предложил закрепиться на холмах, что лежали прямо на пути армии Короля, и дать ему бой прямо там. Добраться до места предполагаемой битвы можно было дней за пятнадцать. Если не тащить с собою пушки — десять. Кенджи возразил, что без поддержки артиллерии их шансы на победу упадут в разы. С этим не стал спорить уже никто. Также Риота сообщил, что разведчики Волков смогли взять в плен айров, отбившихся от основного войска, и выяснить, что дикарями помимо их вождей командует Всадник под именем Громостоп. Тот, кого называют Факел, отвечает за всех демонов, а еще двое — Шторм и Ветролов — служат личной охраной самого Короля.
Какой-либо изощренной тактики у Короля, похоже, не было. Он планировал атаковать в лоб, пустив вперед вперед варваров. Во-первых, чтобы они приняли первый удар на себя и сохранили жизни куда более ценных воинов. Во-вторых, идущие по пятам демоны не давали дикарям и шанса развернуться и дать деру. Многие дикари уже пожалели о своем решении и нередко покидали войско целыми племенами. За предателями, как правило, отправлялся в погоню один из Всадников вместе с отрядом демонов, и если беглецов удавалось поймать — участи дикарей сложно было позавидовать, так как умерщвляли их самым жестоким образом в назидание другим.
Это укрепило мысли Кенджи о том, что смерть Короля будет равна победе. А уж если удастся уничтожить и Всадников… Но то пока что были лишь мечты. Итак, в многочисленных спорах и обсуждениях тактика вырисовывалась следующая. Большую часть Святого Войска составляли асигару[1]. Они разбивались на отдельные группы, каждую из которых должен был возглавлять самурай — более-менее опытный воин или заклинатель.
Простые пехотинцы расположатся на флангах и будут прикрывать артиллерийские расчеты и колдунов — подготовкой и контролем последних пообещал заняться лично Даичи. Пред тем, как принять бой, необходимо было по максимуму высечь войско Короля пушками, ружьями и заклинаниями. Не стоило забывать и о бомбах, которые изобрел Червь. Они должны были не только нанести урон первым рядам противника, но и обезопасить Святое Войско от захвата в «клещи».
По центру же расположатся самые искусные воины. Именно им необходимо было выдержать прямой удар армии Короля, отбросить противника и открыть путь к владыке демонов отряду под предводительством Кенджи, и постарается уничтожить его любой ценой. Даже если взамен придется отдать собственные жизни. И вот тут внезапно оказалось, что Ичиро, к ужасу Макото, тоже намеревался принять участие в сражении, причем рядом с братом.
— Братец, — поперхнулся Макото вином, услышав это, — ты хоть понимаешь, во что ввязываешься? Настоящий бой — не благородный поединок, который любят описывать в книгах и поэмах. Это дерьмо, кровь и боль. Уж поверь мне на слово, я знаю, о чем говорю.
— Я понимаю, — решительно кивнул Ичиро. — И полностью осознаю весь тот ужас, с которым мне предстоит столкнуться. Но какой из меня глава Дома, если я буду отсиживаться за спинами своих людей, пока те гибнут за общее дело?
— А я скажу, какой — живой и здоровый, — сказал Макото. — Кто будет управлять Домом, если мы оба погибнем? А какого будет матушке потерять помимо мужа оставшихся сыновей? У нее кроме нас никого нет.
Ичиро поджал губы и скрестил руки на груди.
— И все же я настаиваю на своем праве принять посильное участие в общем деле, — проворчал он. — Если уж ты так настаиваешь, я готов кинуть жребий.
— Да ты в жизни никогда не дрался даже! — воскликнул Макото, приглаживая торчащие в разные стороны волосы обеими руками.
— Неправда, — с обиженным видом возразил Ичиро. — Помнишь, как я дал по шею тому хмырю, что кинул яблочный огрызок в мою лошадь?
— Во-первых, ему было лет десять, а тебе четырнадцать. Во-вторых, если бы не подоспевшие слуги, пострадала бы, скорее всего, уже твоя шея. Как и прочие части тела.
После долгих уговоров Ичиро, пускай и нехотя, но согласился с тем, что и для Дома, и для Святого Войска будет лучше, если он останется в Каноку. Зато оживился средний Утида, который тоже вдруг решил лично биться с Королем и его приспешниками. Правда, после того как Кенджи в красках описал то, что может Король, не забыв упомянуть о Всадниках, пыл парня слегка поутих и больше он тему не поднимал.
Риота оценивал свои силы чуть более трезво и вызвался командовать разведчиками, ведь никто кроме волков — за исключением айров, разумеется — не знает заснеженные пустоши лучше. Все прочие вассалы Волков пришлют столько воинов, сколько смогут — Войску поможет даже Дом Медведя, невзирая на распри с главенствующим на севере Домом. Помимо них против Короля готовы были выступить некоторые племена, что годами жили бок-о-бок с вессами и были вовсе не прочь объединиться с ними против общего врага. Тем более, что Короля сопровождали те самые дикари, что не так давно согнали соседей с насиженных мест, убив их близких и друзей.
Разговор выдался долгим и продлился почти что до самого вечера. Риота покинул шатер самым первым, пообещав привести северян сразу к месту предполагаемой битвы. После исчез отпрыск Утида — был он столь бесполезен, что никто и не заметил, как он в очередной раз отлучился по нужде и не вернулся — далее же по своим делам отправились Даичи с Ичиро, который, похоже, все еще слегка дулся на то, что ему предстоит отсиживаться в столице, пока брат рискует жизнью.
Когда в шатре остались лишь Кенджи, Аз и Макото, последний тяжело вздохнул, откинулся на спинку стула и сложил ноги на стол.
— Никогда бы не подумал, что подготовка к битве так утомляет. Раньше все было как-то проще — мы просто вваливались в заброшенный замок или монастырь и надирали задницы всем, кого видели, — с хрустом зевнул он. — Надеюсь, это того стоит… К слову, у меня хорошие новости — отец Маи пообещал подумать над тем, выдавать ли свою дочь за меня замуж или нет.
— Поздравляю! — искренне порадовался за друга Кенджи и хлопнул Макото по плечу.
—
