из Культпросветучилища, расположенного в Челябинске. Это училище я видел еще когда прибыл в город из Берлина и случайно запомнил адрес, потому что табличка находилась как раз на углу дома и бросалась в глаза. А составляя эту бумагу, в голову пришло указать в нарисованном штампе и адрес, что, по моему мнению, делало «документ», более достоверным. Предполагалось его предъявить, если вдруг появятся проблемы с посадкой на поезд до Владивостока.
— А, я, что уже поменяла фамилию? — Удивленно спросила подруга.
— Ну, когда-нибудь ведь это произойдет, надеюсь.
— Ты, делаешь мне предложение?
— Нет, но… Я просто подумал, что если справка будет выписана на двоих, то будет смотреться гораздо естественнее если мы будем считаться супругами.
— Только считаться? Потому, что до венчания, даже и не мечтай, о чем-то большем.
— Сань, ну мы же договорились.
— И ты первый же и сделал все по-своему.
— Хорошо, не супруги. Пусть будет брат с сестрой.
— Это гораздо лучше, но я все же предпочла бы остаться под своей фамилией.
— Мне переделать?
— Не стоит. Но в следующий раз, хотелось бы решать такие вопросы вместе.
Пока же, начали собираться в дорогу. Если придется добираться до Байкала водным путем, то придется проплыть как минимум пять тысяч километров. При этом при наличии паруса, на это уйдет от сорока до шестидесяти дней, по самым скромным подсчетам. Если удастся, воспользоваться поездом, конечно меньше, но гарантии на то, что нас пропустят через Китайскую границу, в сторону Владивостока, не было никакой. Была кое-какая надежда на справку, но достаточно призрачная. Поэтому, как бы не пришлось, от Байкала пробираться пешком, что в итоге выльется в еще большее время. Но так или иначе, было решено отправиться в путь при этом, как можно быстрее. Потому что до первых заморозков оставалось уже меньше двух месяцев. И вполне могло случиться так, что нам пришлось бы где-то искать место для зимовки.
Именно поэтому, сразу же были отложены патроны для обеих карабинов Мосина, которые было решено взять с собой. Причем, надеясь на то, что большую часть пути мы проведем в лодке, сильно ограничивать себя в массе груза не было нужды. Именно поэтому мы набирали груз не особенно экономя. После, когда лодку придется оставить, нужно будет идти пешком. Именно для этого случая, были сделаны некоторые приготовления.
Банкнот номиналом в пять сотен, увы не нашлось, поэтому пришлось весь объем набирать сотенными купюрами. При этом, учитывая, то, что бумага легко набирает сырость, пришлось вымудряться тем, что вначале, Санька из тонкой кожи сшила специальный мешок, как раз по нужным размерам, в который были плотно уложены двадцать килограммов стодолларовых купюр, после чего этот мешок, был запечатан, дополнительно прошит и вложен в отдельный заплечный мешок, который предназначался именно для меня. Помимо денег, я рассчитывал нести на себе еще и патроны, для наших карабинов, кое-какую одежду, и возможно продовольствие. При этом деньги должны были находиться вплотную к спине, и потому были незаметны, прикрытые вещами. Тоже самое было сотворено и с вещмешком, предназначавшимся для Александры.
Хотелось бы конечно взять всего и побольше, но увы мы были ограничены нашими собственными силами. Саня, даже не порывалась взять больше десяти килограммов денег, прекрасно понимая, что впереди нас ждет зима, и требуется теплая одежда и запас продуктов, а все остальное по остаточному принципу. И далеко не факт, что нам удастся добраться до нужного нам места, именно на лодке. О деньгах мы уже не вспоминали. Даже того, что взяли с собою при рачительном использовании, должно было хватить на долгие годы. Главное было вывезти их за кордон, а вот с этим и были основные проблемы.
Кроме денег, были взяты и некоторые, на мой взгляд самые дорогие украшения. С другой стороны, вряд ли здесь была какая-то дешевка. Все же это не магазин ширпотреба, а часть Российской казны. Тем не менее, старался выбирать что-то снабженное прозрачными камешками, в которых я хоть и не очень разбираюсь, но надеюсь что стекла здесь точно не найду. А алмазы всегда в цене. Кроме того были взяты с собою десятирублевые монеты 1896 года выпуска, с портретом Николая Второго. Сотня монет, потянули вес чуть больше килограмма. Наверняка пригодятся в дороге, а масса не такая уж и высокая. Монеты были сложены по двадцать штук и завернуты в плотную вощеную бумагу, что было достаточно удобно.
С погребом все решилось достаточно просто, я постарался расколоть тот булыжник, на более мелкие части, большой кусок взгромоздить обратно на люк, прикрыв его большим камнем, потом с помощью глиняного раствора, выложить что-то похожее на ступени, которые были до того момента, пока я не стал разбивать камень. Получилось конечно не очень красиво, но функцию ступенек, моя кладка, так или иначе исполняла, достаточно хорошо. Может со временем, кто-то и доберется до люка, и обнаружит оставшееся там золото, но это будет очень нескоро. Во всяком случае, я очень надеюсь на это.
И наконец, загрузив лодку, и взяв все, что было необходимо в дороге, двенадцатого августа 1930 года, мы вышли в путь. Саня, провожая взглядом свою избушку, долгое время, не могла успокоиться, вытирая на щеках текущие слезы.
Глава 5
5
Стоило нам зайти в Окунево к Санькиному знакомому, как тот сразу же сказал, что лодку надо менять. Честно говоря, я и сам подумывал над этим, видя насколько сильно так погрузилась в воду из-за вещей собранных в дорогу. Я конечно прекрасно понимаю девушку, которой было просто жалко оставлять все что было ею нажито, но и рисковать своей жизнью тоже не стоило. Впрочем, судя по ее виду, она похоже именно на это и рассчитывала.
Одним словом, уже на следующий день мы вышли из поселка, на почти новеньком четырехвесельном яле с разрезным парусом. Лодка оказалась несколько больше нашей, и вполне вместила в своих бортах, все что Александра решила взять с собой. Правда из-за обмена нам пришлось отдать три золотые Николаевские десятки, но похоже, оно того все-таки стоило.
(Лодка, на которой герои отправились в путешествие)
Лодочка оказалась довольно ходкой и потому всего за шесть дней мы добрались до Самарово, как раз успев к воскресной ярмарке, на которой зависли почти на три дня. В общем-то я прекрасно понимаю девушку, столько времени охотилась и собирала все эти шкурки, и разом все бросить, ради
