вслушивалась. Она вернулась, она в своем теле, но цена, что ей пришлось за это заплатить, оказалась слишком высока.
Крис криком позвал остальных, и через минуту в комнату ворвались Данте, Мелори, Роуз и Рейн. Они крутились вокруг Мио, задавали ей кучу вопросов, а она решила для себя, что её воспоминания о Бездне умрут вместе с ней, и ни словом не обмолвилась об этом. Она спросила, сколько пролежала без сознания и вздрогнула, услышав ответ. Больше месяца. Больше месяца в этом мире, и долгие годы в Бездне — вот как это ощущалось.
Ей коротко рассказали, что было с её телом, пока её разум находился в Бездне. Все думали, что Мио умерла, но нежелание её тела разлагаться озадачило их, и они перенесли его в особняк, правда, без явной надежды на её пробуждение, ибо Мио была еще слишком молодым умершим и разложение могло быть не таким стремительным. Но и спустя сутки тело девушки оставалось неизменным, а ведь даже на теле смертном человеке уже должны были бы появится следы разложения. Удивленные умершие решили вести круглосуточное наблюдение за телом Мио, но реализовать этот замысел помешал один неприятный фактор. Как оказалось, сначала Крис даже не обратил внимания на последнюю просьбу Мио и пару дней умершим приходилось оттаскивать его от её тела, ибо парень, почти что обезумевший от ненависти и злости, намеревался любым способом уничтожить тело, сжечь или расчленить, словом, не дать пробудиться тому злу, которое, как он думал, может очнуться вместо девушки. И поэтому пришлось на несколько дней запереть тело Мио в одной из комнат с особо прочной дверью. На это время Крис успокоился и сам заперся в своей комнате, погрузившись в долгие размышления и не выходил оттуда где-то два дня. А потом его словно переклинило, он резко выбежал из пустой комнаты, отыскал Мелори и выпросил её впустить его в комнату к Мио. Она исполнила его просьбу, и под пристальным надзором Данте Крис приблизился к анабиозному телу девушки, после чего долго смотрел на неё со странным, выжидающим выражением. Потом он попросил у Мелори и Данте разрешения перенести тело Мио в его комнату, и что он сам будет выжидать момента её пробуждения, когда бы это не произошло. И решительность его взгляда позволило умершим понять, что он не причинит вреда телу, пока не узнает, кто именно в нем скрыт. Крис единственный, кто по-настоящему верил в пробуждение девушки и единственный, кто готов был ждать, сколько бы это ожидание не продлилось. Так же он единственный мог без колебаний уничтожить её, если поймет, что Мио больше нет в её теле.
Ну а через месяц она пробудилась и, даже не смотря на её бессмысленный пустой взгляд, Крис принял её, как свою Мио и смягчил враждебный взор.
Конечно, позже все умершие заметили перемены, произошедшие в девушке. Мио подолгу оставалась одна в пустой комнате и размышляла. Она теперь была уверена, что больше не являлась человеком. Каждый, кто попал в Бездну, становиться низшим демоном. Об этом ей каждый раз напоминали её удлинявшиеся зрачки в моменты сильного морального или физического напряжения. И само внутреннее состояние больше не походило на человеческое: Мио стала более сдержанной, замкнутой, избавилась от многих бывших принципов и жизненных ценностей. Она долгое время не могла возобновить былые отношения с умершими, скрывала от них свои эмоции. Понять себя ей помог Лука, который был почти таким же, как и она — человеком-демоном. Только ему она смогла рассказать о своих воспоминаниях из Бездны и всю правду о периоде вне тела. Лука стал её «учителем» и помог осознать и ужиться со своей демонической сущностью. Хотя, каким бы ни был благосклонным Лука, умершие не одобряли его тесную связь с Мио, особенно вспоминая о её странном поведении после пробуждения и «особенностях» Луки как бывшего демона, поэтому впредь они общались более тайно. Но это уже было в будущем, а в первое время после своего пробуждения Мио оставалась одна со своими переживаниями.
Через некоторое время после пробуждения, Мио поняла, что не сможет больше вернуться к своей нормальной жизни и, после долгого разговора с Крисом, решила уйти. Ей пришлось прибегнуть к помощи Локки, чтобы все прошло как надо. Она должна была начать новую жизнь, полностью разорвав связь с прошлой, даже, возможно, на время изолировать себя от остальных умерших. Крис с нетерпящим возражения тоном заявил, что хочет уйти вместе с ней. Как бы Мио не изменилась после Бездны, но её чувства к Крису не угасли, напротив, она ощутила, что он неотъемлемая часть её прошлой, новой, и всех последующих жизней, поэтому она была искренне благодарна ему за его решение. Больше она в Спрингс не возвращалась, до этого момента.
Спустя месяц после их ухода, из города уехал Рейн. Он отправился к кузне Фёрт, надеялся отыскать девушку. Он не смерился с её смертью. А потом умершим пришло от него сообщение, что в кузне нашлось её истлевшее тело. Правда, после этого Рейн все равно не вернулся.
А уже через год старый особняк полностью опустел. Больше ни у кого не осталось ни желания, ни причин жить в нем: каждый хотел начать свою жизнь с чистого листа, а Спрингс стал для нас уже потрепанной исписанной тетрадью.
* * *
Мио грустно усмехнулась своим воспоминаниям и ответила:
— Мы были вместе лишь первый год, а потом пошли каждый своей дорогой. Мы часто видимся друг с другом, но живем отдельно. С ними все хорошо. Рейн, насколько мне известно, подался в Тибет. Его демон стал слишком сильно бушевать, а кто-то рассказал ему, что среди монахов есть умершие, живущие уже пятьсот лет. Он надеется, что они ему помогут.
— Не представляю его монахом, — хмыкнул Локки.
— Вот-вот, я тоже так думаю. Что на счет Мелори и Данте, то их жизненные цели разделились, и они сами тоже. Мелори вернулась на свою родину, похоронила останки Элиота, купила небольшой домик и начала воспитывать Роуз в тишине и покое. Она не желала ничего и слушать о демонах, умерших, и прочем ненормальном. Данте навещал её раз в месяц и рассказывал о своих делах. Сам Данте объединился с Лукой и они вдвоем стали следить за каждым шагом Алана и его приспешников, чтобы быть наготове, если они вновь взбунтуются. Это нелегко, так как демоны сами охотятся за Лукой, и уже не раз возникали серьезные стычки. На свое двадцать первое день рождения, Роуз
