вдруг заметили в нише начало лестничного пролета.
Надеясь, что преследователи пробегут мимо, земляне бросились вверх по лестнице, прыгая через три-четыре ступеньки. Они предпочли бы спуститься, выбраться на твердую землю, но их отпугнул внезапно раздавшийся внизу необъяснимый звук – металлический лязг и стрекот. Вверху царила полная тишина.
– У них тут что, лифтов не бывает? – спросил Ровертон через несколько минут. – Пешком в таком небоскребе целую вечность карабкаться можно.
– Вероятно, есть какой-то другой способ перемещаться с этажа на этаж, только вряд ли он нам пригодится, раз мы не знаем, как его применять.
Казалось, прошел не один час, пока они поднимались по нескончаемой лестнице. Шум погони затих вдали; видимо, гномы все еще продолжали поиски на нижних этажах. Среди бесконечной череды освещенных красным лестниц и коридоров землянам никого не встретилось. Слышен был только подземный рокот, но и он постепенно становился глуше. Должно быть, они находились в глубине здания; ни разу им не попалось выхода на балкон или хотя бы проблеска дневного света. Они уже не считали этажи; казалось, они затеряны в какой-то ужасной, вечной и нескончаемой башне. Поразительно, какая маниакальная тяга к величию заставила этот крошечный народец воздвигать такие исполинские постройки.
У Вольмара и Ровертона ноги будто налились свинцом. Каждый следующий шаг казался непосильным, словно поднимаешь тяжелый груз. Они задыхались в шлемах, несмотря на непрерывно поступающий воздух, в висках стучало оглушительно, будто река ревет на перекатах.
– Куда мы идем-то? И зачем? – спросил Ровертон, когда они остановились перевести дух. – Ясно же, чем все закончится. Все шансы против нас. Миллион возможных убийственных исходов. Хорошо, если успеем весь запас воздуха в баллонах истратить.
– Здешний воздух вполне может оказаться для нас несмертельным, – сказал Вольмар. – Если вспомните, мы еще не пробовали им дышать. Наши низкорослые друзья, очевидно, были столь любезны, что наполнили баллоны химическим аналогом прежнего запаса.
– Ну, я без крайней необходимости не стал бы пробовать местную атмосферу. Но что толку дальше карабкаться? Вся планета против нас. Наверняка вокруг миллиарды гномов со всякой адской химией, и все готовы нас гнать, как диких зверей.
– К чему беспокоиться по пустякам? Идемте, с крыши этой вавилонской башни должен быть прекрасный вид.
Наконец закончилось мучительно медленное восхождение и впереди блеснул дневной лиловый луч. Земляне вышли на крышу, где к небу тянулась узкая центральная башенка. Сама крыша была плоская и вся уставлена шарообразными механизмами, – возможно, они использовались для наблюдения за солнцем и звездами. Хрустальные сферы и колесики бесшумно вращались внутри больших сфер из такого же материала.
На крыше как будто никого не было, но к зданию приближалось несколько летательных аппаратов. Боясь, что их заметят, земляне бросились к двери в башенке. За дверью оказалась лестница, и они продолжили свой бесконечный подъем.
На самом верху открывался выход в некое подобие беседки с высоким куполом, пронизанным десятками отверстий. Здесь стояло множество приборов – несомненно, астрономических инструментов. Были здесь космолябии и армиллярные сферы, рассчитанные на неведомую для человечества вселенную; были странные двойные и тройные зеркала из белого минерала с поверхностью, изогнутой под самыми немыслимыми углами; были линзы, установленные одна позади другой в изогнутых полукруглых рамах и предназначенные для нечеловеческого зрительного восприятия. В центре алебастроподобного пола был встроен траурно-черный диск футов четырех в диаметре, примерно на шесть дюймов ниже пола. Посередине диска, почти вплотную друг к другу, были установлены два вертикальных стержня.
Земляне сперва не заметили, что в беседке кто-то есть, но потом за мешаниной непонятных устройств разглядели дряхлого сморщенного гнома, который склонился над циферблатом, исписанным косыми рядами значков, разделенных на группы. Гном был безоружен и не замечал землян, пока они не подобрались к нему вплотную. Тут он обернулся и увидел.
Потрясенный появлением двух существ, которые ему должны были показаться чудовищами, гном шарахнулся в сторону и бросился к черному диску. Не зная, что он собирается делать, Ровертон кинулся наперерез. Старик, в ужасе от вида светящегося оружия в руках землян, петляя между приборами, увернулся и от Вольмара, и от Ровертона, добежал до лестницы и сломя голову помчался вниз.
– Упустили, плохо дело! – сказал Ровертон. – Мне не особо хотелось его убивать, но теперь он разболтает другим, где мы прячемся. Скоро вся свора прискачет, а то и еще скорее.
– Ну, раз уж мы здесь, хотя бы полюбуемся видом.
Они подошли к просвету между тонкими колоннами, и перед ними открылся удивительный пейзаж. На много миль во все стороны раскинулся величественный город. От высоты захватывало дух, существа на улицах виделись микроскопическими точками. А за пределами города лежала неописуемо своеобразная местность: широкие каналы с кроваво-красной водой, пересекаясь, образовывали уступчатые острова и дальше убегали в поля и леса, где растительность пестрела оттенками, каких не увидишь у футуристов. Еще дальше резко очерченным силуэтом на фоне фиолетовых небес высились изогнутые в форме рога угольно-черные горы и другие, ослепительной белизны чище пентелийского мрамора.
– Ничего себе! – воскликнул Ровертон. – Ради такого почти стоило сюда карабкаться. А все-таки лучше бы на это смотреть из «Алкионы».
Вдруг послышался гомон пронзительных голосов, на крышу внизу выбежала толпа гномов, и все они бросились к центральной башенке.
– Значит, не так уж сильно они отстали, – заметил Вольмар. – И конечно, наш друг астроном рассказал им, как мы ворвались в его обсерваторию, а его самого выгнали.
Ровертон окинул приборы оценивающим взглядом. Некоторые были намертво прикреплены к полу при помощи металлических брусков и штифтов, но было много и отдельно стоящих или укрепленных в подвижных рамах. Ровертон выбрал себе инструмент из семи вогнутых линз в общем каркасе из стержней и проволоки малахитового цвета. Инструмент лег в руку приятной тяжестью; он явно годился в качестве метательного снаряда.
– Сможем удерживать лестницу, пока хватит боезапаса! – объявил Ровертон.
Вольмар взвесил на руке небольшую армиллярную сферу. Земляне стащили в кучу у верхней ступени лестницы все, что можно было сдвинуть. Едва они закончили работу, на лестнице показались преследователи. Они шли сплошной массой, и почти все держали в руках парализующие жезлы, светящиеся стержни и много другого необычного оружия.
Земляне принялись швырять в толпу свои фантастические снаряды – градом посыпались зеркала, металлические шары и странные многогранные штуковины, которые вполне могли оказаться телескопами и спектроскопами. Передние ряды нападающих повалились на ступени с пробитыми головами и сломанными конечностями, загромождая проход, многие были убиты или парализованы собственным оружием.
Гномы мигом убрали с дороги убитых и раненых и хладнокровно продолжили наступление, будто потери нимало их не тревожили. Еще многие скатились по лестнице, сраженные различными астрономическими
